Кваздапил. История одной любви. Начало

Часть вторая. Сестра. Глава 1

Я вспомнил множество историй разорванных и неразорванных связей. И все они с математической точностью утверждали законы, открытые Павловым. И в норме, и в патологии законы условных рефлексов были непогрешимы. В них лежал ключ многих страданий. (М.Зощенко «Повесть о разуме»)

Глава 1

Утром погруженная в себя Хадя напоминала сломавшийся механизм. Для безопасности она осталась ждать в машине, до ее дома я добрался на троллейбусе.

От косяка до косяка дверь в квартиру пересекала приклеенная бумага с печатью и вчерашней датой. Подъезд казался вымершим, а звонить соседям и расспрашивать не хотелось. В нашем с Хадей положении лучше никому не попадаться на глаза. Неспешно, словно из груди не пыталось выскочить сердце, я спустился по лестнице и направился в банк. Половина моих накоплений на мечту перестала быть виртуальной и переехала во внутренний карман. Четырехколесное счастье подождет, а с реальным несчастьем требовалось бороться здесь и сейчас. Часть денег я потратил на новый телефон, новый номер и подключение интернета, остальное пошло на аренду однокомнатной квартиры и закупку продуктов. Хозяева квартиры меня придирчиво оглядели, перекрестный допрос и предоставленные документы успокоили, и ключи от малюсенькой малосемейки перешли в мои руки. Одна комнатка с мебелью, кухонька, совмещенный санузел — что еще требуется человеку? Кровать, правда, всего одна, но большего не требуется. Я выглянул на улицу: предпоследний этаж, высоток поблизости нет, в окно никто не заглянет. Конечный диалог выглядел так:

— Не шуметь, вечеринки не устраивать, будем проверять, — объявила хозяйка. — И если соседи хотя бы раз пожалуются…

— Обещаю, что постояльца тише меня не найдете.

Переезд состоялся сразу, заодно я перевез на место часть своих вещей, которыми не пользовался — для возможной проверки хозяевами. Само собой, что одновременно я остался жителем комнаты на шесть персон. Новая квартира снималась не для меня.

Убедившись, что никто не видит, из машины в подъезд, а затем в лифт тенью скользнула Хадя. Я открыл перед ней дверь в квартиру:

— Твои хоромы на ближайшее время.

— Спасибо. — Взгляд карих глаз рухнул вниз, на щеках проступили пятна. — Не знаю, как отплатить за все, что ты для меня делаешь.

Не церемонясь, я взял Хадю за подбородок и приподнял прячущееся от меня лицо.

— Только посмей еще раз заикнуться на эту тему.

Вышло грубовато, зато действенно.

— Спасибо.

— Брату тоже за все «спасибо» говорила?

— Ты не брат. — Она снова не знала, куда девать глаза. — Ты как брат.

— Давай договоримся: спасибо скажешь один раз, когда все удачно закончится. Тема закрыта.

— Спасибо.

— Не пойдет. О чем мы только что?..

— Э-э… хорошо, Кваздик.

Пакеты с продуктами заняли место у холодильника, я еще раз окинул взглядом жилье. На первое время все есть.

— Ключи пока будут только у меня, завтра на всякий случай сделаю дубликаты.

— Я не собираюсь выходить.

— Повторяю: на всякий случай. — Обуваясь в дверях, я протянул Хаде купленный телефон с большим экраном. — Кроме меня номер никто не знает, поэтому любые чужие звонки для тебя не существуют. И зарегистрируйся в соцсетях под новым именем.

— Я не пользуюсь интернетом. Брат не разрешал.

— Придется научиться. Не справишься — помогу. Сюда буду заходить каждый день, под вечер, чтобы все видели, что в квартире живут. Не сильно потревожу? Может, лучше приходить только на выходных?

— Нет-нет, я с ума сойду в одиночестве. Приходи… почаще. — Хадю пронзил очередной приступ смущения, ввергнувший в молчание на все время, пока я шнуровал кроссовки. Затем она испуганно огляделась. — А если кто-то позвонит в дверь?!

— Не открывай.

— А если полезут воры?

Надо же. К примеру, я, мужчина, о такой возможности не подумал.

— Если кто-то решит, что в квартире пусто, и начнет возиться с замком, пошуми — воры-домушники не любят статьи «грабеж», а настоящие грабители обычно идут туда, где заранее известно, что дело стоит риска. Не думаю, что сюда кто-то полезет. И все же постоянно держи телефон под рукой, создай на нем быстрый набор моего номера в одно касание.

— А хозяева могут прийти? У них есть ключи?

— Комплект ключей они оставили себе наверняка. — Я задумался. — Если ничего не случится, без меня они прийти не должны. Значит, ничего не должно случиться. Тогда они не придут.

Звучало логично, и все же Хадя переспросила:

— А вдруг?

— На родственницу ты не похожа, на однокурсницу, которая пришла позаниматься, тоже. Давай, ты будешь моя девушка?

— Нет. — Ответ был твердым и не допускал возражений.

— Тогда домработница.

— Это лучше. — Хадя выдавила натужную улыбку: — На правах домработницы требую, чтобы ты приходил сюда есть. Обещаю, что не разочаруешься.

Ее глаза вспыхнули, на бледном лице вновь появилась жизнь. Создалось ощущение, что у Хади появился смысл жизни. А через миг он вновь потерялся:

— Продукты стоят денег…

— Это не твоя проблема. — Я посмотрел на нее столь же жестко, как в моменты недовольства смотрел Гарун. После его смерти обязанности брата перешли ко мне, пусть Хадя еще не осознала этот факт до конца. — Мне во временное владение досталась машина, в свободное время буду подрабатывать.

Пара звонков — и этим же вечером меня взяли в службу такси. Условия мне понравились. Зарплата особо не баловала, зато заказы приходили на телефон, и выбор, браться или нет, оставался за мной.

Следующий день я посвятил новой работе. Первые заказы принесли первый заработок и первый опыт. Ориентироваться в городе помогал телефонный навигатор. Верить ему во всем не следовало — в отличие от заявлений бездушной железки с приятным голосом кое-где проехать было невозможно, а ничего хуже, чем выбираться из тупика задним ходом, на сегодняшней день для меня не существовало.