Квенты Винкроса 5. Алмазный принц

1.3

∼ 3 ∽

Микаэль не мог точно знать, как воспринимали охранники каравана появление двух незнакомцев, ведь они договаривались о встрече только с Зейдом. Теперь же по милости Хармана ему предстоял поединок с эль-клифцами, которого Ронг предпочел бы избежать. И вовсе не потому, что боялся. Просто не хотелось, чтобы кто-либо узнал его секреты. Во-первых, о магии света, так неудачно проявившей себя недавно — за нее могли и покарать. А во-вторых, он мог выдать свое иномирное происхождение.

Скорее всего, сами охранники считали его дарданцем, но это не точно. Жители соседнего талирата не враждовали с Дарданом и его народом, вели торговлю и поддерживали военный нейтралитет, но определенно считали себя более опытными воинами. Вот теперь и посмеивались с появления Ронга и Хармана на постоялом дворе «Сытый странник», представляющим собой нечто вроде караван-сарая.

Собравшись на площадке неподалеку от повозок с товаром, мужчины внимательно рассматривали Микаэля и перешептывались, указывая на него. Он не понимал их речь и слегка злился. Но, как сказал ему Дангерт, незнание языка может сыграть пользу. Если получится втереться в доверие, они проедут в Риадейл без лишних вопросов.

Последним к импровизированному рингу вышел сам старший караванщик в сопровождении Зейда, который и отходил, чтобы позвать того посмотреть представление. Выглядел он, в отличие от помощника, слегка настороженным, вовсе не таким, как днем. Некоторое время они еще разговаривали друг с другом, после чего Зейд подошел к Микаэлю, что стоял в ожидании со скрещенными на груди руками.

— Тэрим разрешил провести бой, он хочет посмотреть, что ты умеешь, — обратился к Мику эль-клифец. — Как тебя зовут, воин?

Мик помнил, что в дарданском, как и во многих других языках Винкроса, попросту не было слова «вы». Смысл заключался исключительно в тоне разговора, который не мог верно воспроизвести подданный талирата.

Как рассказывал Харман, почти все языки северного полушария в этой части мира походили один на другой. Они имели разные наречия, но произошли от общего древнего языка. А вот в Эль-Клифе уже говорили иначе. В этот момент Ронг пожалел, что слишком плохо знает историю мира. Стоило быть осторожнее, чтобы не проколоться на сущей мелочи. Надо больше слушать и запоминать.

Микаэль уже собирался представиться настоящим именем, потому как не видел смысла выдумывать. Но Харман неожиданно вмешался:

— Его зовут Гром.

Микаэль недобро сверкнул глазами в сторону своего спутника. Зейд в свою очередь тоже посмотрел на Дангерта и удивленно переспросил:

— Гром?

— В тайной крепости, где он обучался боевым искусствам, запрещено использовать настоящие имена. Мастер всегда дает своему ученику новое имя, которое тот будет с гордостью носить впредь.

«Черт, что несет этот придурок?» — раздраженно подумал Мик. Он не совсем понимал, почему Дангерт продолжает врать и дальше. А врать Харман умел мастерски — не усомнишься. Теперь Ронг сильно сомневался во всем, что тот говорил раньше.

Но вслух возмущаться не стал, лишь кивнул. Гром так Гром, какая разница.

— Против тебя выступят трое наших бойцов, кто именно — решит жребий. Сумеешь победить всех — поедешь вместе с нами, назначим тебе жалованье, как и остальным.

— А как же он? — указал Микаэль на Хармана.

— Если он владеет холодным оружием, этого будет достаточно. Конечно, его способности мы тоже проверим, устроим бой на мечах. Но для начала посмотрим, что можешь делать ты. — Зейд покосился на кожаные перчатки собеседника.

Такое ощущение, что Зейда больше забавляла ситуация, чем интересовали реальные умения двух людей. Либо караванщик был уверен, что Мик не выстоит три схватки.

— Я выступлю без оружия. И твои воины должны тоже выйти против меня с голыми руками.

— Перчатки не в счет? — спросил Зейд, заставив Ронга напрячься.

— Это часть церемониальной одежды, — пришлось соврать, что вызвало диссонанс. — Я имел в виду голые руки не в прямом смысле слова, твои парни тоже могут быть в перчатках. Главное — без клинков.

— Я принимаю условия, — усмехнулся Зейд. — Что ж, тогда устроим жеребьевку.

Для того, чтобы определить кандидатов, он достал из кармана игральные кости, после чего предложил своим ухмыляющимся охранникам бросать их. Троим мужчинам, которые наберут большее количество очков, и предстояло выйти на площадку.

Одного выбрали сразу — им стал высокий человек, руки которого сплошь были покрыты шрамами. Кубики, выпавшие из его смуглой ладони, показали «шесть» и «пять». Еще четверо из компании набрали одинаковое количество баллов, которые в сумме составляли по «десять». Им пришлось поочередно перебросить кости.

Коренастый мужчина с короткой черной бородой, что выглядел самым опасным из компании эль-клифцев, получил наибольшее число — две шестерки. Еще один вновь выбил десятку. Вот он не показался Мику серьезным противником.

— Что ж, с тебя и начнем, Бирил. Потом будет драться Ургис, а за ним Амр — если до него, конечно, дойдет очередь, — сказал Зейд, потирая руки в предвкушении того, что его парни сейчас начистят морду «этому Грому» — именно это Мик прочитал в уверенном взгляде эль-клифца.

«Начал Харман, а все расхлебывать придется мне, потому что подтвердил всякий бред», — мелькнуло в мыслях Ронга, пока он разминал руки перед предстоящим боем.

Тем временем на покрытую песком площадку вышел темноволосый с короткой стрижкой паренек, которого Мик посчитал самым слабым из всей троицы. Его золотистые глаза отразили свет заходящего солнца, чуть заметно сверкнув.

— Проиграет тот, кто вылетит из круга или не поднимется минуту, — напоследок добавил караванщик. — Только без убийств. Иначе мы возьмем взамен твою жизнь, — обратился он уже к Микаэлю.

Когда-то в юности Мик всерьез занимался спортом, ездил на международные соревнования и даже умудрился к двадцати годам получить черный пояс мастера дзюдо. Но после смерти матери приоритеты сместились, началась другая жизнь. Профессиональный спорт он забросил и занялся тем, что приносило больше денег. Тогда он переквалифицировался в бойца ММА. Несмотря на то, что многие новые его коллеги по смешанным боевым искусствам пришли в этот вид единоборств после бокса или других ударных видов спорта, на ринге Микаэль чувствовал себя куда увереннее, ведь умел верно выстраивать свою защиту. А после и вовсе, помимо частных уроков самообороны, по совету знакомого стал периодически участвовать в боях без правил, где дозволялось почти все. Вряд ли случайный грабитель в темном переулке ушел бы от него с трофеями.