Квест для принцессы

Часть 6

— Замёрзли? — с беспокойством осведомился Андрей.
— Спасибо! Мы прекрасно провели время в вашем милом обществе, — игнорируя вопрос, протянула руку, – попрощаться. Виолетта проделала те же манипуляции в сторону Стаса, и мы дружно обменялись рукопожатиями.
— Может, вас отвезти? – с надеждой в голосе промямлил Андрей.
— Не переживайте, доберемся без приключений. Машина припаркована в метре от клуба, — улыбнулась я, толкая задумчивую Виолетту.
— Я спать хочу... — невпопад ляпнула она. Схватив её под локоть, потащила на тропинку к декоративным кустарникам.
— Надеюсь, мы встретимся, — крикнул нам вслед Андрей.
Отвечать желание испарилось, не терпелось поскорее оставить это злачное место.
Не мешало бы прогреть авто, как-то уж слишком зябко показалось мне. Я завела мотор и включила обогрев. Плавно тронувшись, мы выбрались из зарослей. Виолетта мирно дремала на пассажирском сиденье. На дороге безлюдно. Впрочем, не удивительно в такой поздний час, я увеличила скорость.
— Слушай, а дружок этот, Стас, мутный, — неожиданно донёсся пьяный голосок Виолетты.
— Думаешь?
— Как пить дать! «С какой целью, — спрашивал, — в клуб пришли? С кем?»
— Действительно, странный… — задумчиво ответила я.
Время близилось к рассвету, и ужасно хотелось спать. Ввиду этого, развивать дискуссию я не видела смысла, тем более мы почти подъехали к архитектурному жилому зданию, где обитала Виолетта.
— Прибыли, — оповестила я сопевшую подругу.
— Куда?
— Домой, куда ещё!
— А-а-а, это хорошо. Вечер классно провели, если вдруг потребуется моя помощь или сопровождение в какое-то необычное заведение — звони, я всегда за!
— Обязательно, — буркнула я, помахав рукой в знак прощания.
По пути к своему комплексу тревожные мысли не покидали меня. Вот зачем понадобилось убивать мерзкого коротышку? Стас нарисовался неспроста! Его появление в эту ночь наталкивает на размышления. И главное, почему я влезла в очередную сомнительную авантюру — непонятно! Чересчур часто звучит теперь уже риторический вопрос.
Пытаясь сосредоточиться, я без остановки зевала. Глаза слипались. Нужно припарковать машинку и топать наверх. Возле лифта — никого. Ноги не слушались, и от выпитого шампанского слегка подташнивало. Исходя из того, что в таком количестве я коварный напиток никогда не употребляла. Открыв дверь, я вошла внутрь, едва передвигая ногами. В просторном холле горело бра. «Вроде выключала», — подумала я, но особого значения не придала. Скинула туфли и накидку, затем пошла в направлении спальни. Однако меня ожидал неприятный сюрприз. В полумраке огромной комнаты на диване полулежа расположился Глеб с бокалом виски в руке.
— А где блондинка? — не сильно удивившись, уточнила я.
— Ревнуешь?
— Так, интересуюсь, для порядка. Некрасиво получается — ушел с одной, пришел к другой.
— А где твои друзья?
— Явился проверить, с кем я сплю?
— Возможно…
— Ревнуешь? — хмыкнула я.
— А ты как думаешь? — прозвучало как-то глухо и многозначительно.
Отвечать я не торопилась. Медленно стянула с себя платье, повернувшись к нему спиной, и, с облегчением выдохнув, небрежно оставила лежать на полу. Попутно снимая полупрозрачное белье, я как ни в чём не бывало проскользнула в спальню. Реакция Глеба меня совершенно не беспокоила, но полагаю, такого поворота он явно не ожидал.
— Я спать. Будешь уходить — захлопни дверь! — крикнула я из комнаты.
С удовольствием растянувшись на кровати, зажмурив глаза, я ждала, когда прозвучит щелчок закрывающейся двери. Но Глеб, видимо, не торопился покидать мою квартиру. Спустя мгновение я услышала отчётливые шаги. Кровать чуть прогнулась под тяжестью тела. Он обнял меня сзади, отчаянно прижимаясь, словно опасаясь, что я вырвусь из его крепких объятий. Властные прикосновения обжигали, доставляя немыслимое наслаждение. Я чувствовала нетерпеливые губы на своей шее, ощущение, дурманящее, обволакивающее, точно туман.
— Привет, — нежно прошептал на ухо Гордеев.
— Привет, — счастливо улыбнулась я темноте.
Утро началось не так, как я планировала. Проснулась от голоса Глеба, доносящегося из холла. Накинув на себя шелковый халат, я застала бывшего говорящим по телефону и на ходу шнуровавшим ботинки. Окинув меня равнодушным взглядом, муженек проворно натянул ветровку.
— Уже уходишь? — спросила я, глядя ему прямо в лицо.
— Да, — коротко ответил он.
— Ну пока, — пожала я плечами.
— Не спросишь, почему? — усмехнулся он.
— Зачем? Всё более чем ясно и понятно.
— Ну-ну! — только и сказал он и вышел, громко хлопнув дверью.
Не знаю, что на меня нашло, но в этот момент мне показалось, я задыхаюсь. Грудь сдавил спазм. Горькие слезы ручьем хлынули из глаз. Я закрыла рот рукой и начала сползать по стене. Впервые за последние два года я разрыдалась — от безысходности и обиды. В это утро мой мир рухнул, и я осталась один на один с осколками своих иллюзий…
К вечеру я, наконец, перестала жалеть себя и успокоилась. Размышления о том, что я буду делать, когда найду Сёму, превосходно отвлекали. Изначально я представляла, как душу дружка или до умопомрачения кидаю дротики. Однако потом возникла мысль о запоминающейся и беспощадной расправе. Около восьми внезапно раздался звонок. Увидев номер Кости, я удивилась. В такое время…
— Здравствуй, — в голосе послышались тревожные нотки.
— И тебе не хворать.
— Слушай, мне кажется, я знаю, где Семён, — без перехода начал он.
— Поделишься догадками?
— Давай через часик подскакивай, я в офисе.
— Хорошо.
— Тогда до встречи. — И он положил трубку.
Необычный разговор получился, а главное, содержательный! Но придется ехать, заинтриговал меня Костик. В ванной я привела себя в порядок, придав опухшему от слез лицу более сносный вид. Второпях натянув теплый свитер, лосины и высокие сапоги, застегнула куртку, закинув в карман ключи и телефон. Глаза, разумеется, красные, но и я не на свидание лечу! Утеплившись, я выскочила из квартиры. Вечерами было холодно, да и темнеть стало раньше. Осень наступила очень быстро, с холодными ветрами, опадающими листьями и эхом одиночества.
На парковке транспортных средств немного. Обычно к десяти места заняты. Поэтому выехать можно спокойно и без препятствий. На проспекте пришлось проторчать полчаса из-за огромного потока машин. Потом застряла на светофоре. Хорошо, что расстояние от моего дома до офиса незначительное. Я пропустила несколько встречных автомобилей на повороте. В конце концов, добралась до стоянки у бизнес-центра. На улице совсем стемнело. Уличное освещение не спасало от ощущения, будто уже глубокая ночь. Окна в здании светились в основном на нижних этажах, несколько – на верхних. Вычислить, где окно Костиного кабинета проблематично! Да и зачем мне это, просто нервничаю. Непонятно, отчего странные мысли лезут в голову. Оглядываясь по сторонам, точно воришка, я направилась к центральному входу. Электронный пропуск застрял в кармане куртки, и я лихорадочно пыталась вытащить злополучный предмет. Сумасшедший дом! Такое поведение мне не свойственно, и это пугало больше всего. В просторном вестибюле – пусто. Конец рабочего дня наступил часа два назад. За стойкой администратора – никого. В это время, кроме сонного охранника в специальной комнате для наблюдений, ни одной живой души. Двери лифта бесшумно открылись на нужном мне этаже. В темном коридоре глухая тишина. Уверенность в правильности своих действий таяла с каждым шагом. Выдохнув, я неслышно ступая, пошла чуть вперед на тусклый свет, льющийся из приемной. Значит, Костя меня ждет, а я навыдумывала страшилок. По мере продвижения тело точно цепями сковал мерзкий, необъяснимый страх. Я упрямо тряхнула головой, пытаясь сбросить с себя неприятное напряжение. С опаской, заглушая нарастающее чувство крайнего замешательства, я заглянула внутрь. Первое, что бросилось в глаза, — ужасный беспорядок в кабинете. Папки, где хранились документы, хаотично разбросаны на полу, а на столе всё перевернуто. Кости в кабинете не наблюдалось. Возможно, он вышел. Небольшой шкаф, в нише которого находился сейф, открыт настежь.
Кто-то явно похозяйничал без спроса, пачки долларов лежали на месте, документы пропали. Взгляд переместился вниз. В этой суматохе я не посмотрела, что у меня под ногами, — а стоило! Из-под стола торчала чья-то конечность в ботинке. Обойдя громоздкую мебель вокруг, я увидела бездыханное тело начальника. Лежал он неестественно, точно кто-то специально аккуратно положил лицом в пол. Видимых следов насильственной смерти я не обнаружила. Только у виска небольшое отверстие от пули с запёкшейся тонкой струйкой крови. В кулаке Костик сжимал крохотный клочок бумаги. Присев на корточки, я дрожащими пальцами достала смятый обрывок. Послание предназначалось именно мне и никому другому — знакомым почерком выведено одно слово: «Найди».
Да уж, Сёма, дорога к тебе усеяна трупами. Я не удивлюсь, если дружочек лично отдал Косте записку. Мятую бумажку я положила в карман и решила обследовать сейф. Важные документы Костя хранил дома или у Семёна. Об этом знали только трое, а вот те, кто искал, — нет. Ноутбука на столе тоже не было, либо лэптоп позаимствовали, или спрятали в надежном месте. Отсюда пора уходить. Не ровен час, нагрянут менты, а с ними встречаться в планы на вечер не входит. Кабинет покидала в спешке, предварительно уничтожив следы пребывания подручными средствами, в частности, своим свитером. Я с осторожностью двигалась в темноте, вслушиваясь в каждый шорох. Воображение рисовало страшные картины, и я бессознательно превратилась в запуганного зверька. Спускаться можно только по пожарной лестнице, а двенадцать этажей — это прям спортивный забег. В боку противно закололо, и к машине я еле добрела, слегка согнувшись. Радует, что на стоянке пусто. Вроде бы никому на глаза не попалась. Я испытывала острое желание побыстрее оказаться в безопасности, завела мотор и рванула с места без оглядки. На приличной скорости проскочила два светофора, не притормаживая. Теперь парочка штрафов мне обеспечена, но иначе никак. В квартиру я влетела, точно все маньяки города гнались за мной. На ходу стаскивая обувь и куртку, я едва дышала. Перевела дух на секунду и устремилась к ноутбуку. Почтовый ящик – пуст. Я набрала в поисковике резервный электронный адрес связи с Семёном и отправила письмо. Карякин мертв, нетрудно догадаться, что компаньон в курсе событий. Что делать мне — вопрос. Убийца Кости на этом не остановится, продолжит искать дальше. Сёму он не найдет, а меня — слишком быстро. Идея скрыться в доме бывшего в нынешних реалиях уже не казалась безумной. Как ни странно, ответ пришёл через минуту. Во входящих появилось сообщение. Ильин, как водится, лаконичен. Ответ в его неизменном стиле: «Жди».
— Очень емко! Браво, Сёма, браво! — сказала я, вслух злясь на весь мир. — «Жди», и всё, твою мать, — я в ярости захлопнула ноутбук. Чего ждать-то? Пока меня прибьют!
Я обняла себя руками и принялась качаться из стороны в сторону. В немом оцепенении просидела довольно долго, из состояния отрешенности меня вывел неожиданный звонок в квартиру. Я медлила реагировать: незваных гостей не ждала, а у некоторых и вовсе свои ключи есть. В глазок отчего-то не видно никого. Понадеявшись на охрану, я медленно приоткрыла дверь.
Зря, конечно! Трое знакомых бритоголовых увальней стояли у дверей. Удар под ребра я получила сразу. От неожиданности отлетела на пол в холле. Пока я приходила в себя, они беспрепятственно ввалились в помещение.
— Привет, красотка, смотрю, не соскучилась! — громко заржал самый высокий.
— Да как-то не очень! — скривилась я.
— Поговорить нам с тобой срочно надо.
Я поднялась и, схватившись за ушибленное место, побрела за ними. Компания вальяжно устроилась на кремовом диване, вытянув ноги в грязных кроссовках, пачкая мой красивый паркет. Мне ничего не оставалось, как присесть на краешек кресла.
— Итак, — начал первый. Остальные молчали, но торчащие из их карманов пистолеты были красноречивее всех слов.
— Подруга твоя, Алка, — продолжил он, — весело проводит время в водоеме с рыбками и с пулей в голове.
Брови самопроизвольно поползли вверх: «Значит, нашли», — подумала я.
— В квартире папки с ценными бумагами нет. В машине, брошенной у подъезда, тоже. Выходит, девка их спрятала или передала кому-то. Нас страшно интересует, у кого документы.
— А я-то тут при чём? — с удивлением подала голос.
— Вот и мы думали, ни при чём, пока не увидели в клубе, — снисходительно усмехаясь, произнес высокий, считай, он у них за главного.
— Странно, а я вас не заметила, — криво улыбнувшись, буркнула я. Они переглянулись и засмеялись.
— Ключевой момент — с кем! — буркнул бандит, внимательно рассматривая меня.
— С кем? — как попугай, повторила я.
— Смотри, — зловеще кивнул второй, — да она дурой прикидывается!
Но главарь ответил на заданный вопрос:
— Со Стасиком, дружком Аллочки.
— Одну минуточку. Вы о тех двух, что к нам прицепились! — с облегчением вздохнула я. — Здесь всё просто: мы с Виолой приехали в клуб жениха ей найти, она замуж хочет, так эти двое и подсели. Один из них — Андрей вроде… Второй — друг его, Стас. Только подозрительный тип, как выяснилось! — быстро затараторила я, но главарь меня перебил:
— Подожди, не тарахти, что заведенная! Почему так решила?
— Он весь вечер с коротышкой за соседним столиком глаз не сводил… неприятный такой, коротышка этот, — сумбурно закончила я.
Все трое между собой многозначительно переглянулись.
— А потом вообще поднялся и ушел. Правда, вернулся почти мгновенно, но танцевать не ходил.
— Кто? — выпучил бесстыжие зеньки самый молчаливый.
— Стас, кто ж ещё! — страдальчески взвыла я, мысленно поражаясь чужой тупости.
— Зачем ушел-то? — спросил главарь.
— Ну знаете! Мне не отчитывался! — огрызнулась я.
— Непонятная картинка вырисовывается. Где бы ни появлялась, сразу трупы тут как тут, — хмыкнул он.
— Коротышку грохнули, — задумчиво изрек тихоня.
— Ничего себе! — воскликнула я. — Похоже, Стас ваш и прикончил. А что… видок у него отъявленного бандита!
— Не исключено, — перебил меня главарь.
— Ты бы, куколка, нам голову перестала морочить, документы где? — ласковым голосом продолжил молчун, ткнув пистолетом мне в бок.
— Помилуйте, я в глаза не видела никаких документов, а вы постоянно норовите меня покалечить! — жалобно заголосила я.
— Да, непростая ты деточка. Ну разберемся, собирайся давай!
— Куда? — испуганно спросила я.
— Прокатимся в одно местечко, — заулыбался высокий и подтолкнул меня с кресла.
Деваться некуда. Потому, нахмурившись, я потопала в спальню переодеваться. Джинсы натянула чёрные и свитер сменила на джемпер крупной вязки. Куртка и высокие ботинки – мало ли что, а замерзнуть не хотелось.
— Неплохо, — оценил мой наряд молчун.
Таким эпатажным составом мы покинули квартиру. Спускаться пришлось, что и следовало ожидать, не на лифте. По лестнице и через черный ход. Откуда они знали, как можно выйти незамеченными, необходимо на досуге уточнить у нашего охранного агентства. В целом не мешало бы разогнать шарашкину контору под названием «Ястреб»! С наблюдением у них явно проблемы, раз кто попало беспрепятственно проникает в частную собственность. Размышляя на эту тему, я не заметила, как мы спустились на подземную парковку, проскользнули через шлагбаум и завернули за угол. На обочине стоял заляпанный джип с вмятинами на переднем крыле. Номера от слоя грязи не было видно, удалось рассмотреть только последние цифры региона. Судя по всему, парнишки залетные.
— Да, клубочек запутывается всё больше и больше, — прошептала я едва слышно.
Все почти одновременно забрались в джип, рядом со мной уселся молчун. Ехали долго, так что я даже успела вздремнуть, непроизвольно облокотившись на него. Проснулась от резкого толчка. Дальше пошла просёлочная дорога с ухабами. Протерев глаза, я начала вертеть головой в разные стороны, пытаясь понять, куда меня в очередной раз занесло.
Везут, надо полагать, в места глухие. Мы проехали заброшенную свалку. Впереди, если мне память не изменяет, лесополоса. Вдруг машина замедлила ход, и показались груды камней и какое-то недостроенное здание. На улице окончательно стемнело, и картина вырисовывалась далеко не радужная.
— На выход — приехали! — рявкнул главарь.
Я нехотя вылезла из теплой машины и поморщилась от порывов холодного осеннего ветра.
— Давай топай! — подтолкнул меня угрюмый тихоня.
С вероятностью в девяносто девять целых и девять десятых процента здесь меня и положат. И поделом дуре эдакой, вечно лезу, куда не следует!
— Смейся, паяц, над разбитой любовью! — пробормотала я.
— Ты что там бубнишь? — зловеще прошипел конвоир.
— Арии пою, — фыркнула я.
— Чего? – от удивления его глаза поползли на лоб.
— Хрестоматийная теноровая ария из оперы «Паяцы», – терпеливо пояснила я.
— Развлекаешься, — громко засмеялся старшенький и переглянулся с немым.
— Ей-богу, убогий! – невнятно буркнула я.
Третий бритоголовый тип – слова за всё время не проронил. На меня не смотрел, только оглядывался постоянно.
В конце концов, мы подошли к разрушенному зданию, и меня завели за стену. Везде кромешная темнота, только свет фонарика более-менее освещал очертания помещения. Главный достал из кармана куртки пистолет и выстрелил прямо у моих ног, от неожиданности я резво отпрыгнула назад.
— Следующий выстрел – контрольный в голову, — хмурясь сказал он, — поэтому у тебя есть немного времени подумать, о чём ты нам забыла рассказать.
Я криво ухмыльнулась, посмотрела на него в упор и пожала плечами.
— Да вроде поговорили уже.
Громила подошел ко мне и больно сжал подбородок, прижав ствол к виску.
— Погляди-ка, а она не боится! Другая рыдала бы, а эта песни поет. Что за редкая птичка нам попалась?!
— А оно стоит того? — тихо спросила я.
— О чём это ты? — встревоженно уточнил высокий.
— О бабках, которые вам заплатят, вернее — если заплатят… Наживете врагов, и не факт, что живыми останетесь.
— Ишь, как заговорила! Пугать нас вздумала? — Дуло больно врезалось в висок.
— Говори! — взревел немой.
— Ствол убери — думать мешает, — спокойно ответила я.
Молчун опустил оружие, а я, воспользовавшись моментом, ударила его с левой ноги в пах. От неожиданности он выронил огнестрельный предмет, который я в мгновение подхватила на лету. Остальные сначала оторопели, но, придя в себя, ринулись ко мне. Удача и на этот раз была на моей стороне.
— Ложись! — закричал знакомый тембр, и я упала на землю.
Началась потасовка. Парочка бритоголовых отстреливались, а молчун попытался отобрать у меня пистолет, но я оказалась проворнее и выстрелила ему в ногу. От боли бандюга взвыл и упал на колени, откатившись вбок. Я инстинктивно зажмурилась и сжалась в комок. Через минуты две наступила пугающая тишина.
— Чисто! — в темноте снова послышалась чья-то речь.
— Живая? — голос Толика прогремел совсем рядом.
— Ага, — пролепетала я и открыла глаза. Здоровяк ловко поднял меня, подхватив под руки.
Я едва передвигала конечностями, Анатолий буквально вытащил меня на свет. Возле здания стояли машины с включенными фарами. Охрана Глеба выволокла молчуна с простреленной ногой, двое других хромали сами в окружении вооруженных до зубов парней. Я быстренько забралась в джип Толика, расположившись на заднем сиденье. Измученное тело сотрясала нервная дрожь, и ныли ребра. Мой спаситель сел за руль и, пока мотор прогревался, вероятно, позвонил бывшему мужу.
— Всё закончилось. Да, взяли. Нет, в порядке вроде. Хорошо, едем, — коротко доложил он.
По пути домой я вновь отключилась, погружаясь в тревожный сон. Глаза распахнулись непроизвольно от внезапного толчка — внедорожник резко остановился, и открылась дверь. Первое, что я увидела, — злющего бывшего мужа. Он выжидающе застыл в угрожающей позе, как хищник, готовый в любую минуту напасть на жертву. Одет Гордеев в строгие брюки и рубашку, такое ощущение, что он только приехал с важного совещания, пиджак держал стоявший за спиной охранник. Глеб молча наклонился и помог выбраться. Неодобрительно сжав губы и испепеляя взглядом, взял на руки и понес в незнакомый кирпичный дом. В этом месте мне ещё не доводилось побывать. Обычный частный сектор скорее походил на дачный поселок. Старая ржавая калитка и покосившийся набок забор. Внутри простенько, но светло и уютно. Старые занавески, потрепанная мебель и скрипящие половицы. Глеб осторожно опустил меня на узкий изношенный диван, посередине комнаты. В помещение тотчас вошел незнакомый приземистый дядечка с чемоданчиком. Кивнув в знак приветствия, он ощупал ребра и наложил тугую повязку. Затем улыбчивый лекарь уколол обезболивающее и, что-то прошептав на ухо Глебу, немедленно покинул дом. Бритоголовых провели по коридору в соседнюю комнату, предупредительно закрыв дверь. Лишний свидетель в моем лице никому не нужен.
Я устало прикрыла глаза и почувствовала обволакивающую пустоту, скорее всего, подействовало лекарство. Боль понемногу уходила, становилось легче. Глеб, не проронив ни слова, вышел. Несложно догадаться, муж присутствует при разборках, а я, выходит, нет! Любопытство, конечно же, взяло верх. Превозмогая себя, поднялась и украдкой на цыпочках подошла к двери. Она приоткрылась без особых усилий, я тайком выглянула из-за неё.
В коридоре — никого, голоса доносились из дальней комнаты. Нужно продвигаться вперед. Получалось, мягко говоря, не очень. Меня шатало из стороны в сторону и кружилась голова. Довелось опереться о стену. В просвет приоткрытых дверей я увидела троицу со спины.
— Кто такие? — грозно спросил Толик.
Отвечал главарь. Досталось ему хорошо, потому как, он надрывно хрипел и отплёвывался. Каждое слово давалось с трудом.
— Документы нужны. Девка знает… где они.
Обалдеть! От возмущения я чуть не выдала себя, но вовремя спохватилась и прикусила язык.
— Ты вообще в курсе, чья девка-то?
— Нет, нам в принципе без разницы. Бумаги позарез найти.
— Как на неё вышли? — услышала я голос Глеба.
— Следили за Алкой, она ценную папку увела и шантажировала Шевелева. Тот шефу пожаловался, бабки-то огромные, нас сюда и отправили. Мы потаскуху искать давай, а её и след простыл. Вместо неё смазливая везде крутилась. Шантажистка мертвая в водоеме всплыла, потом и Шевелева грохнули, а барышня опять тут как тут. Вот и вычислили: неспроста красотка мельтешит. Документы свистнула и бегает.
— Аллу откуда знаете? — продолжил Гордеев.
— Борис с ней давно шуры-муры водит. Шеф приказал изредка наведываться да приглядывать за дамочкой.
— Прежде чем девчонку ловить, выяснить не мешало бы, кто она.