Лабиринт демона

Глава 20.

- Что это за место? - вопрос напрашивался сам собой, но мне всё же захотелось задать его вслух.

Как только дверь открылась, внутри зажглись свечи. Я инстинктивно дёрнулась от неожиданности, но через мгновение выдохнула. Внутри не было никаких монстров и чудовищ. Вообще никого не было. По стенам были развешаны старинные канделябры, а на столе стояло несколько массивных подсвечников. Небольшой кабинет, как было понятно по обстановке: рабочий стол из лакированного дерева в центре сохранился отлично, покосившийся резной шкаф в углу пострадал от времени и влажности куда сильнее, тройка деревянных стульев, один из которых принадлежал хозяину кабинета, и два перед ним для посетителей, мягкая тканевая обивка на них покрылась плесенью и истлела, несколько выцветших картин в рамках на стенах, и там же пара фотографий в рамках со стеклом. Всё было покрыто пылью, но и здесь было заметно, что не так давно это место навещали. Те же следы, что вели за стол. И ряд тетрадей и книг, что лежали на столе светились ярче остальных - их явно поднимали и стряхивали пыль. Дон не спешил отвечать на мой вопрос, и в первую очередь направился к столу, а я отошла к стене, отряхнула фотографии и вгляделась.

На первом плане мужчины в строгих костюмах на манер девятнадцатого века и наброшенные поверх белые халаты. Чуть в стороне грузные женщины - явно медсёстры, позади них возвышались рослые и широкоплечие фигуры санитаров. Фото явно было сделано на фоне того самого здания, где мы с Доном сейчас находились. Пускай я не видела его снаружи раньше, но по расположению окон и дверей об этом не сложно было догадаться. Теперь необходимость в ответе на мой вопрос отпала сама собой.

- Как в дурацком фильме ужасов, - нервно вырвалось у меня, и я поспешила вернуть фотографию на место.

- Тёмные места притягивают тёмных личностей, - Дон занял место за столом, но не опускался на стул, лишь внимательно брал и перелистывал тетради, что уже были очищены от пыли, - А психбольницы, да ещё и такие уединённые, места уж очень тёмные. Не удивительно, что это стало клише в фильме ужасов.

- Так в этом вся причина? Тут мучали людей, а мы сталкиваемся с последствиями? - я поспешила вернуться поближе к Дону. Хоть здесь и было тихо, но всё же чувствовала себя неуютно.

- Если бы всё было так просто... - протянул Дон и взялся за очередную тетрадь. В отличие от двух предыдущих, что он уже отложил в сторону, эта не была похожа на медицинский табель и журнал посещений. Скорее на личный дневник. Сердце отчего-то защемило в груди, когда Дон открыл его на первой странице.

***

Я изучал содержимое на столе, и волосы вставали дыбом, если бы у фолликул остались на это силы. Сколько же всего здесь было закручено. И как верно подметила Кристина Олеговна, уж очень напоминало типичный фильм ужасов, вот только я чувствовал, что разгадка не так банальна. Да, это была уже давным-давно заброшенная древняя психиатрическая лечебница, где пациентов не то, чтобы лечили, а скорее истязали, в попытках изгнать бесов. И судя по записям изученных журналов покинута только из-за того, что главный врач, слишком увлёкся подобной практикой. А может и вовсе повернулся на потусторонних силах, данный момент не был ясен до конца. Ответ на этот вопрос наверняка скрывался в его личном дневнике, что я держал в руках.

Старые страницы чуть ли не рассыпались прямо в руках. А выцветшие чернила так расплылись и выцвели, что текст едва можно было разобрать. Пробегал взглядом по диагонали и на лицо само собой выползало недовольное выражение. Про тёмных личностей я сказал - как в воду глядел.

Местный заведующий использовал подопечных больницы для ужасных экспериментов. Страницы с подробным описанием лечебных дел пациентов и пыток, что к ним применялись, уверенно пролистнул. Чётко ощущал, что времени на изучение было немного. Мои демоны бурлили и клокотали. Можно было бы назвать это волнением, но подобные эмоции им были чужды. Скорее просто чувствовали приближение посторонней и угрожающей силы. Как-никак мы добрались до центра лабиринта. Дальше идти было некуда.

Плюнув на всё, перелистнул сразу к концу. Начал изучать предпоследнюю страницу. Глаза бежали по тексту, а я всё возвращался и возвращался к мысли, что никакой связи между этой больницей и семьёй моей нанимательницы нет. Вести нас сюда не было никакого смысла. Почерк менялся на последней странице. После старых записей с каллиграфическим почерком выведенным ещё пером, потускневших и почти выцветших, шли свежие, написанные другой рукой и совсем не аккуратно.

- Это почерк отца! Откуда бы ему тут... - от удивления вскрикнула Кристина, а затем прикрыла рот рукой. Разобрать свежий текст было сложнее, а потому попросил девушку читать вслух, благо текста была всего одна страница.

- Моя милая Натали ушла! Сгорела в пламени болезни. Как же она страдала. Это не передать словами. Последние месяцы были и вовсе невыносимы. Она бредила наяву, звала нашу дочку. Разговаривала с ней, хоть той и не было рядом... - голос Кристины Олеговны дрогнул, но она продолжила читать, - Не знаю толком зачем пришёл сюда. Не знаю зачем я пишу это, хотя догадываюсь — это мои последние слова. Которые никто не увидит. Страшное, тёмное место. У меня от него всё внутри сжимается. Но на мою просьбу откликнулись и привели меня сюда. Всё, о чём просил последние полгода — это не терять связь со своей дочкой. С моей Крисси. Она отдалилась от нас, и мы это заслужили. Не хотели, чтобы она переживала горе вместе с нами, а по итогу моя малышка и вовсе перестала о нас переживать. Возможно, где-то глубоко внутри, но... Теперь она никак не проявляет это внешне. И даже не посещает могилу матери. Ни разу не навестила меня с момента похорон. Будто пять лет назад, когда узнала о болезни и нашем решении бороться без неё, перестала вообще что-то чувствовать. А теперь, оставшись в одиночестве я хочу... Нет, я не только хочу, но ещё и ищу метод как-то вернуть её. Отчаявшись, пойдёшь на любой шаг. Даже если для этого потребуется обратиться к каким-то иным силам. Странно, но только теперь, сидя за этим столом я понимаю, что пришёл сюда с точной целью. Пришёл сюда, потому что меня вёл... - девушка перестала читать, а тетрадь из её рук выпала на стол и захлопнулась.