Лабиринт потерянных эпох

Лабиринт потерянных эпох

Автор, Виктор Маяковский

I. Трещина

Алексей вжался в стену хроностанции, чувствуя, как под пальцами пульсирует титановая обшивка. Сирена выла уже третий час — «зеркальное заражение» достигло критической отметки. На мониторе мерцали кадры: в центре города время пошло вспять — люди шагали назад, разбитые витрины сами собой восстанавливались и в тоже время разлетались в дребезги, а над площадью висел инвертированный след от сбитого дрона.

— Карелин, ты ещё здесь?! — в наушнике раздался голос куратора. — Эвакуация через десять минут!!! - Если не выйдешь — останешься в петле!!! - Карелин, ты слышишь меня?!

Но Алексей не ответил. На столе перед ним лежал артефакт из Ломаного пласта — кристалл, переливающийся всеми оттенками серого. В его глубинах то и дело вспыхивали образы: женщина с глазами цвета ртути, город, где здания текли, как воск, и надпись на незнакомом языке:

Надпись не читалась, но словно колокол звучала в голове Алексея: «Время - это шрам на теле вечности!»

Алексей, едва держась на ногах, схватил кристалл. В тот же миг, привычный ему мир, разлетелся на осколки...

II. Объект, за гранью понимания

Это был обычный пасмурный день, 19 мая 2044 года. Алексей Карелин, молодой, но уже подающий надежды хронофизик, получил срочное задание от Государственного Отдела Управления Хронокоррекции. В Ломаном пласте — аномальной зоне на окраине города, где когда то упал челябинский метеорит, законы физики искажались, а время текло неравномерно, спустя несколько лет исследований, был обнаружен неизвестный артефакт кристаллического типа. По предварительным данным, он и излучал те мощные временные флуктуации. Местные жители давно прозвали данную зону "бермудским треугольником Российской Империи" за то, что попавшие туда вещи или животные, словно распадались, как разбитая ваза, и вновь собирались в доли секунды вновь и вновь, при этом замирая в вечности времен...

В последствии зона была окружена забором и строго охранялась военными. Рядом с ней была построена станция купольного типа, состоящая из прозрачного титанового стекла для ученых ГОУХ, в число которых и входил Алексей. Максимализм, неугасающий с юности, вперемешку с энтузиазмом практиканта, выделял его среди остальных, как когда то Михаила Ломоносова, стремящегося покорять все новые горизонты науки и грани неизведанного. Он не просто выполнял приказы, он горел идеей понять, как работает время, и, возможно... научиться им управлять!

— Это может быть ключом к управлению временными потоками, господа! — голос куратора - старшего профессора Макарова, звучал непривычно серьезно во время инструктажа. — Но и огромной угрозой! - Если энергия кристалла выйдет из‑под контроля, последствия будут по истине непредсказуемыми! - Ваша задача — извлечь артефакт и доставить его в лабораторию хроностанции для изучения. - И никаких геройств! Мы не хотим, чтобы вы стали частью экспозиции в этом "бермудском треугольнике".

Группа из трёх опытных хроноразведчиков, во главе с Алексеем, отправилась в Ломаный пласт на рассвете. Воздух там был густым и вязким, словно сироп, а тени двигались не в такт с источниками света. Здания вне зоны, теперь напоминали застывшие волны — их стены изгибались под немыслимыми углами. Сергей, привыкший к таким зрелищам, лишь покачал головой. Его коллега Анна, напротив, с любопытством фиксировала показания своих приборов, бормоча что-то о "квантовой деформации пространства-времени".

Пробираясь мелкими шагами, Алексей чувствовал, как нарастает давление в висках — признак сильной хроноактивности. Датчики на запястье тревожно мигали, фиксируя резкие скачки временного поля.

— Показатели растут, — спокойно доложил Сергей, сверяясь со своим планшетом. — Приближаемся к эпицентру, господа!

— Я чувствую это, — ответила Анна, потирая виски. — Будто мозг пытается обработать слишком много информации одновременно.

Артефакт они нашли среди руин старого завода, разрушенного метеоритом — это был кристалл, переливающийся всеми оттенками теплого серого, лежащий в воронке диаметром в шесть квадратных метров. Свечение напоминало урановое, только серое с мягкими переливами. Его поверхность мерцала, будто внутри бурлили и рассеивались туманные образы.

— Никогда не видел ничего подобного, — пробормотал один из разведчиков. - Это паноптикум, господа! Не иначе!

— Помните! Мы имеем дело с энергией, сравнимой с тысячей солнц, но по своему происхождению не сравнимой ни с чем, что знает человечество! - раздался в наушниках голос куратора Макарова, теперь уже с нотками тревоги. - Будьте аккуратны, господа!

Карелин, надев специальные кевларовые перчатки, осторожно упаковал кристалл в экранирующий титаникиевый контейнер, разработанный специально для таких случаев. Даже сквозь толстые стенки контейнера ощущалась легкая вибрация. Уже на обратном пути датчики начали зашкаливать. В воздухе повисло ощущение надвигающейся беды.

— Неужели, энергия настолько мощная, что даже самый крепкий сплав не может полностью справиться с ней?! - подумал про себя Алексей, чувствуя, как его сердце начинает биться быстрее.

Само нахождение в хроностанции напоминало вечность, на уровне океана. Алексей, изучая данный артефакт, понял лишь одно - от тепла излучение усиливалось, тогда как от холода не было никакого эффекта. Он не излучал радиацию, электричество или тепло... Это было что то более совершенное - вроде ньютоновской жидкости, только в виде энергии, влияющее на окружающее пространство и...само время.