Лаборатория чувств #2

Глава 23

На звонок я нажимаю с колотящимся внутри сердцем. Я максимально стараюсь отпустить ожидания, но ничего не могу сделать с волнением. Будет Антон или нет? Как себя поведёт? Смогу ли я со своим новым видением ситуации что-то изменить в себе и нашем общении?

Гурам открывает дверь и, едва я переступаю порог и успеваю вымолвить: «С Днем Рождения!», заключает меня в объятия.

- Проходи, проходи!

- Это тебе, - вручаю подарок.

- О, спасибо! – он благодарно прицокивает языком, разглядывая сертификат, осыпает меня комплиментами, а потом выдаёт: - А Антон чё? Не придёт?

Я пожимаю плечами. Что, друг и не в курсе, что мы не общаемся?

- Щас ему позвоним, - заявляет вдруг парень и достаёт свой мобильный.

Я, не понимая, как правильно себя вести, так и остаюсь стоять рядом, освободившись от верхней одежды.

- Алло! Ну ты что, будешь сегодня или нет?.. Спасибо, спасибо… Что? В смысле заболел? Чё, температура? А что тогда? Не, ну такие отмазки не принимаются. Тут Маша пришла, мы все тебя ждём, - подмигивает мне, а я теряюсь и смущенно отвожу взгляд. – Приедешь? Так ты только что болел, – Гурам смеётся и прежде, чем завершить беседу, бросает в трубку последнее короткое: - Ну давай, ждём.

А потом поворачивается ко мне и говорит:

- Будет. «Завтра, - говорит, - поболею». Хитрец! Проспать дома хотел мой праздник. Пошли, там девчонки уже собрались. По нашим не соскучилась?

Мы идём в гостиную, где у Гурама, как обычно, весьма многолюдно. Здесь почти половина состава шоу, включая операторов, технический и административный составы. Атмосфера складывается тёплая. Все смеются, всем весело. Мы вспоминаем какие-то моменты съёмок и гастролей, и только одно меня периодически выбивает из коллективного веселья: я смотрю на часы в ожидании Антона. Понимаю, что добраться из Москвы сюда – дело не быстрое, и надеюсь, что он не слишком активно нажимает на газ: дороги скользкие.

Мы уже заканчиваем основной приём пищи, и я удаляюсь на кухню – туда, где потише, чтобы записать внезапно пришедшие на ум мысли. Блокнот и ручка всегда с собой, и никто меня здесь не тревожит.

Возможно, эти мысли я присвою одной из своих героинь. А может быть, просто выброшу в мусорку. Главное – высказаться и отпустить – вот мой доступный и действенный способ терапии.

«Никогда не думала, что скажу это: мне без тебя ужасно тоскливо. Когда ты был рядом: оказывал знаки внимания, напоминал о себе, заставлял сопротивляться, выискивать «но», пытался привлечь внимание и порадовать, - я чувствовала себя гораздо лучше. Да, вела дурацкую игру, проявляла гордость, делала больно, - но ты был рядом, и мне было хорошо. Нарушать правила я не могу – не знаю, насколько тебе это нужно. И сказать прямо – тоже. Только если притвориться пьяной, как в Новый год…»

Дописывая фразу, поднимаю глаза на звук чьих-то шагов и застываю. Прямо как в кино. В дверях стоит он. Волосы немного мокрые от снега и взъерошены, на щеках лёгкий румянец, одет в уютный бирюзовый джемпер – и смотрит на меня.

Ну как в него можно было не влюбиться?

Я невольно прикрываю лист рукой.

- Идеи? – кивает он головой в сторону моих каракуль.

- Да, - признаю. – Монолог героини. – И вдруг выдаю: - Хочешь почитать?

- Ну, если доверишь…

Он облокачивается спиной на кухонный гарнитур, и с каждой прочитанной строчкой его лицо становится всё серьезнее. Наконец он заканчивает и смотрит на меня. Мы не сводим друг с друга глаз и не говорим при этом ни слова.

Я не выдерживаю первой. Мне кажется, что молчание слишком уж затянулось.

- Вот, не придумала ещё, какое имя дать героине…

- Поехали, - говорит он.

- Что?

Он протягивает руку, предлагая подняться.

- Куда? – спрашиваю, оставаясь неподвижной.

Вот уж действительно, ты можешь придумать тысячу вариантов развития событий, но ни один из них – из тех, что возникли в твоей голове – никогда не воплотится в жизнь. Может быть лучше, может быть хуже, но точно будет совсем по-другому. Так что подготовиться к событиям невозможно. Всё равно приходится импровизировать.

- Если будешь задавать вопросы – останешься здесь, - ровным тоном говорит он, снова напоминая мне о «качелях», которые всегда присутствуют в нашем общении.

Но я же теперь чуть-чуть умная. Встаю, хоть и без помощи его рук, и всё-таки заявляю в противовес своим действиям:

- Что-то я сомневаюсь, что могу тебе доверять.

- Я похож на неадекватного?

- Иногда, - отвечаю уклончиво.

Он приподнимает одну бровь, хотя я вижу в глазах хитринку, как бы он ни хмурился.

- Ладно, пошли, - сдаюсь наконец.

Он подаёт мне пальто и на пару минут оставляет в коридоре одну, чтобы договориться с Гурамом. Мне нравится, что не нужно ничего решать и можно просто довериться мужчине. Нравится вот так тайно бежать с ним куда-то. Хотя и не знаю, куда.

Нравится, как он ведёт машину: уверенная, чуть расслабленная хватка, длинные пальцы на руле. На меня не смотрит – только на дорогу и в зеркала. В салоне негромко играет музыка – радио, что-то ненавязчивое на французском языке.