Лаборатория "Феникс"

Глава 2. Распределение

Серый искусственный свет, пробивавшийся из-под двери, выдавал утро раньше, чем я открыл глаза. Сон был беспокойным, прерывистым, как будто мозг отказывался отключаться в этом бетонном гробу, постоянно сканируя угрозы: тиканье за стеной, превратившееся в навязчивый метроном; холодок от слов Новикова о валюте; и этот бездонный, слишком взрослый взгляд Ульяны, устремленный в пустоту над дверью. Я встал с жесткой койки, тело ныло, но хуже была пустота в желудке – гулкая, настойчивая. Спасибо хоть за душ и туалет в комнате. Ледяные струи воды ненадолго прогнали оцепенение, но не голод. Он только обострился, напоминая, что базовые потребности здесь тоже под контролем Системы.

Коридор был пуст и тих, освещен все теми же тусклыми, немигающими лампами. Только тиканье, вечное тиканье, вибрировало в костях. Дверь на кухню оказалась не заперта. Внутри меня встретил запах… ничего. Ни кофе, ни еды. Только холодный металл, бетонная пыль и слабый химический оттенок чистящих средств, не скрывавший стерильности отчаяния. Помещение было маленьким, утилитарным: пара столов, скамьи, раковина с одним краном (вода из него текла чистая, но безвкусная, как дистиллированная тоска) и… она. Сенсорная панель, вмонтированная в стену рядом с небольшим металлическим шкафчиком, похожим на лифтовую шахту. Ее экран мягко светился нейтральным голубым.

Я подошел. Интерфейс был простым, как насмешка: список категорий – «Основные продукты», «Напитки», «Предметы гигиены», «Медикаменты», «Прочее». В каждой – подкатегории с изображениями хлеба, фруктов, воды в бутылках, мыла, бинтов… Роскошь обычного мира, упакованная в пиксели. Но под каждым изображением – цифра. Стоимость: 3 балла. Стоимость: 1 балл. Стоимость: 5 баллов. Я машинально взглянул на свой браслет. 007. Пульс: 68. Температура: 36.6. БАЛЛЫ: 0. Ноль. Пустота. То же самое отражалось на лицах, появившихся в дверях: Лики, ее рыжие волосы растрепаны, но взгляд острый, голодный; Кирилла, уже что-то бормочущего себе под нос, вероятно, высчитывающего калорийность виртуального меню; Аси, пытавшейся размять затекшие мышцы в тесноте.

– Красивая картинка, – хрипло проговорил Марк, протиснувшись вперед. – А жрать что будем? Воздух экономить? Он ткнул пальцем в панель, потом в металлический шкафчик. – Это что, типа кухонный лифт? Может, там хоть крошки завалялись? Без особой надежды он дернул ручку небольшой сервисной дверцы внизу шкафа.

Она открылась с легким шипением пневматики. И мы замерли.

Внутри, на идеально чистом поддоне, лежали пять одинаковых упаковок. Не пайки космонавтов, а что-то простое, земное: пять кусков темного хлеба, пять треугольничков плавленого сыра, пять сосисок. Ровно пять. Над ними, прикрепленная к внутренней стенке, белела сложенная бумажка. Марк, не задумываясь, выхватил записку и развернул.

– Что там? – нетерпеливо спросила Лика, ее браслет показал скачок пульса.

Марк прочитал вслух, его голос, обычно такой грубый, на мгновение стал просто плоским, лишенным эмоций:

«ИСПЫТАНИЕ №1: РАСПРЕДЕЛЕНИЕ.

Ресурсы ограничены. Обеспечьте группу.

Распределите имеющиеся порции (5 шт.) между участниками (13 чел.).

Решение должно быть принято единогласно в течение 30 минут.

Успех: +5 баллов каждому участнику.

Неудача: Изъятие ресурсов. Кухня блокируется на 24 часа. –3 балла каждому.

Время начала: Сейчас».

Тишина на кухне стала густой, тяжелой, как сироп. Пять порций. Тринадцать голодных ртов. И тридцать минут на то, чтобы решить, кто сегодня останется без крошки во рту. Агата не заставила себя ждать. «Тяжелый день» начался. И первым уроком был голод.

Тишина после оглашения инструкции повисла плотным, колючим одеялом. Пять аккуратных упаковок на поддоне вдруг показались не едой, а разорванной гранатой с выдернутой чекой. Тридцать минут. Тринадцать человек. Пять порций. Математика абсурда.

Первым нарушил молчание Кирилл. Он прищурился, его взгляд скользнул по кусочкам хлеба, сыру и сосискам, затем метнулся к цифрам на браслете, будто сверяя внутренние расчеты. Голос его звучал сухо, аналитично, пытаясь навести мост над пропастью эмоций:

– Пять черных ломтей хлеба – 60 ккал каждый. Пять сосисок – по 96. Пять сырных треугольников – 76. «232 на порцию. Смехотворно». Глаз дергается, когда умножаю на пять: 1160 ккал на всех. Тринадцать ртов. Даже если раздать поровну – по 89 ккал на человека. Меньше, чем в блокадном пайке. – Кирилл закончил фразу, и его голос, обычно такой уверенный в цифрах, дрогнул. Он снял очки, протер линзы краем лабораторного халата, будто пытаясь стереть невыносимую реальность. – Физиологически – выживем. Но морально… Это пытка. Расчетная.

– Еще вопрос на какой период нам предоставлена эта еда, – задумчиво произнес Алекс, его голос прозвучал неожиданно громко в натянутой тишине после слов Кирилла. Все взгляды резко переключились на него. – Если это просто завтрак, то… да, скудно, но не катастрофа. Но если это последняя «бесплатная» еда, и баллы мы не заработаем сегодня… – Он не договорил, но смысл был ясен: тогда 89 ккал станут началом долгого спуска в голодное безумие.

Кирилл резко поднял голову, будто его ударило током. Цифры снова замелькали в его глазах.

– Верно! Временной фактор! – Он почти вырвал мелок из кармана халата, но бумаги не было, и он начал быстро писать формулы прямо на металлической поверхности кухонного лифта. Белые штрихи резко выделялись на сером. – Предположим, это суточная норма… Нет, абсурд! Минимум 1200 ккал… Но если это только завтрак, то… – Он замер, мелок застыл в воздухе. – Тогда нам обещают обед? Ужин? Или это тест на доверие к Системе, которая… – Его голос дрогнул, – …которая может солгать?