Лаборатория "Феникс"

Глава 7. Мафия

Дверь в главный зал с металлическим скрежет открылась.

На пороге стоял он. Дмитрий Новиков.

Весь цвет, вернувшийся на лица после шока от испытания, мгновенно смыло. Ася замерла, рука непроизвольно сжалась в кулак. Лика вскрикнула, шаркнув стулом назад. Матвей, уже повернувшийся к выходу, застыл на пол-оборота, его циничная маска на миг сползла, обнажив чистое, леденящее недоумение. Ульяна вжалась в Асю так, что стало видно только испуганный глаз над ухом зайца Коськи. Близнецы вскочили одновременно, Ваня инстинктивно заслонил Яну, его лицо исказилось ненавистью и… животным страхом. Глеб отпрянул к стене, его глаза бешено забегали по фигуре Новикова, ища «точку напряжения». Кирилл издал звук, похожий на сдавленный визг. Сола замерла, как олененок в свете фар. Артем лениво поднял голову, капюшон сполз, открыв бледное, но спокойное лицо. Он не был удивлен. Его способность еще вчера уловила слабые, но различимые вибрации из комнаты 001 – неритмичные, сбивчивые, но ЖИВЫЕ. Он знал. И теперь лишь подтвердил то, что чувствовал кожей и костями: Система ошиблась, или сыграла свою игру. Новиков вернулся.

Но громче всех прозвучал хриплый, срывающийся крик Марка:

– ТЫ!.. ТЫ ЖЕ МЕРТВЫЙ! Я ТЕБЯ УБИЛ! Я ПЕРЕРЕЗАЛ ГОРЛО! – Он трясущейся рукой тыкал пальцем в Новикова, в его шею, где виднелся лишь тонкий, бледный шрам. – КАК?! КАК ТЫ МОЖЕШЬ ТУТ СТОЯТЬ?!

Новиков не удостоил Марка взглядом. Он шагнул в зал, его движения были медленными, чуть скованными, но твердыми. Лицо оставалось пепельно-серым, глаза – мутными льдинами, но в них не было ни страха, ни злорадства. Только все та же непробиваемая усталость и отстраненность. Он прошел к свободному стулу в стороне и опустился на него с тихим стоном, больше похожим на выдох. Его браслет тускло светился обычным голубым, показывая номер 001. Никаких признаков «КРИТИЧЕСКОГО СОСТОЯНИЯ».

– Реанимация, – хрипло бросил он в пространство, глядя куда-то поверх голов. – Плохая. Система… передумала. Считает меня… годным к эксплуатации. – Он коснулся шрама на шее. – Дефект… устранен. Временно.

Его слова повисли в воздухе, слишком невероятные, чтобы их принять, и слишком жуткие, чтобы игнорировать. Марк задыхался, его лицо побагровело, татуировка на шее, выглянувшая из-под ворота, дергалась, как живая: «ОПАСНОСТЬ 99%». Ваня шипел что-то сквозь зубы, его пальцы впились в плечо Яны. В глазах Кирилла бушевала математическая буря, пытающаяся пересчитать 13 участников из 12+труп и потерпевшая крах.

Тишина длилась три удара сердца. Потом ее разорвал голос Кирилла, неожиданно громкий и резкий, лишенный привычной истерики, но полный отчаяния прагматика:

– ВРЕМЯ! – крикнул он, стуча кулаком по столу. – Таймер идет! Минус тридцать баллов каждому! Блокировка терминала! Голодная смерть! Двадцать четыре часа! Мы все еще не знаем своих статусов! Система не отменила испытание! Мы все… мы все еще в игре! Тринадцать! – Он дико оглядел всех, включая Новикова. – Нам нужно узнать свои цвета! Сейчас! Пока мы не передрались тут как пауки в банке! ИДИТЕ! В КОМНАТЫ! УЗНАЙТЕ! Потом… потом будем думать!

Его крик подействовал как ледяной душ. Даже Марк оторвал безумный взгляд от Новикова. Даже Матвей перестал оценивать «воскресшего». Страх перед Системой, перед невыполнением испытания, перед потерей баллов и новыми штрафами – оказался сильнее шока. Люди стали подниматься, медленно, озираясь, не веря ни Новикову, ни Кириллу, ни своим глазам. Но пошли.

В Комнатах:

Марк (003): Он ворвался в свою камеру, захлопнул дверь и прислонился к ней спиной, дико дыша. «Он жив. Он жив. Он ДЫШИТ. Я его убил! Я ЧУВСТВОВАЛ, как режу!» Сердце колотилось, как молот. С дрожащей рукой он нажал кнопку на браслете. Браслет вспыхнул КРАСНЫМ. Марк замер. Красный. Цвет крови. Его крови? Или той, что он пролил? Он сжал кулаки. «Красный… Значит, опасный. Так и есть. Так и есть!»

Матвей (012): Вошел не спеша, с легкой усмешкой. Закрыл дверь, окинул стерильную коробку взглядом. Нажал кнопку. КРАСНЫЙ. Он хмыкнул. «Предсказуемо. Цвет власти. Цвет предупреждения. И цвет… Марка». Мысль работала холодно, отсекая шок. «Красный. Значит, мы с ним… в одной команде? Или на одной доске для жертвоприношения?» Уголок губы дрогнул. «Интересно».

Ася (008): Рывком закрыла дверь. Прислонилась лбом к холодному металлу. «Новиков… Как? Зачем? Он теперь с нами? Или против?» В голове мелькали картины его ожога, его холодного расчета. Нажала кнопку. КРАСНЫЙ. Она сжала зубы. «Красный. Ярость. Действие. Значит, не прятаться. Значит, драться». Ее взгляд упал на сжатую в кулак ладонь. «Хотя бы цвет честный».

Глеб (004): Прильнул к двери, слушая шаги снаружи. «Точка напряжения… везде. В Марке. В Новикове. В стенах». Нажал кнопку. СИНИЙ. Он моргнул. «Синий… Вот как?.. Моя слабость или же случайное распределение?»

Кирилл (010): Заперся, прислонился к двери, закрыв глаза. «Тринадцать. Тринадцать! Вероятность ошибки в расчетах… катастрофическая! Новиков – переменная со знаком вопроса! Статус неизвестен!» Он почти вырвал браслет, нажал кнопку. СИНИЙ. «Синий. Логика. Расчет. Хорошо. Значит, мозг должен работать». Он достал бумагу, купленную за баллы. «Нужна новая модель. С тринадцатью узлами. С Джокером. С Марком…»