Лаборатория "Феникс"

Глава 12. Правда

Холодный, искусственный воздух Сектора Б обжег легкие после затхлого ужаса Лабиринта. Они стояли перед белым проходом, ведущим обратно в зону «отдыха» – бассейн, сад, парная. Никто не двигался. Физическая усталость была ничто по сравнению с тяжестью, давившей на плечи, сжимавшей виски. Они прошли. Выжили. Но победа была горькой, как пепел на языке.

Свет браслетов тускло мигал, фиксируя учащенный пульс, неровное дыхание. На экранах мелькнуло уведомление:

«ИСПЫТАНИЕ №5: «ТЕМНЫЙ ЛАБИРИНТ» – УСПЕШНО ЗАВЕРШЕНО. +20 БАЛЛОВ».

Следом промелькнули личные награды – Артем, Глеб, Новиков, Алекс, Яна, Ася, Ульяна. Баллы. Всегда баллы. Мера их «горючести» в этой адской топке.

«Испытуемый 011: +15 баллов за ключевую роль в навигации, выдержку и восстановление связи с панелью 3 под экстремальной нагрузкой.

Испытуемый 004: +10 баллов за обнаружение критических точек напряжения и точную диагностику интерфейса панели 2.

Испытуемый 001: +10 баллов за принятие на себя боли Испытуемого 011 дважды, молчаливую поддержку и активацию биометрии панели 2.

Испытуемый 007: +8 баллов за расшифровку ловушки «Жертвоприношение», организацию сбора баллов и быстрое стратегическое решение.

Испытуемый 005: +5 баллов за эффективную работу «проводником» боли и физическую нагрузку.

Испытуемый 008: +5 баллов за лидерство и координацию действий в критические моменты.

Испытуемый 013: +3 балла за предоставление ключевой подсказки несмотря на стрессовое состояние.

ДОСТУП В «СЕКТОР А» РАЗБЛОКИРОВАН».

Участники тут же бросились к медленно открывшейся металлической двери.

Сектор А был не местом отдыха. Это был техногенный ад. Громадное помещение из голого, серого бетона и металла под высокими потолками. Тусклые, мерцающие люминесцентные лампы отбрасывали резкие тени. Воздух – сухой, пропахший озоном, пылью и старым металлом. По стенам и потолку, словно артерии механического Левиафана, тянулись толстые жгуты кабелей в стальных лотках, массивные вентиляционные короба (откуда доносился давящий, монотонный гул), трубы разного калибра. Следы ржавчины, застывшие лужицы машинного масла, болты на полу – следы давно сдвинутого оборудования. Ни скамеек. Ни воды. Только голый бетон и нагромождение инженерных систем. Глубокие ниши в стенах лишь подчеркивали утилитарность этого распределительного щита между «топкой» испытаний и «кочегаркой» лаборатории.

Две двери резали взгляд:

Позади: В Сектор Б – обратно в адские игры и ложный уют.

Напротив: Массивная, укрепленная стальная дверь. Ни ручек, ни панелей. Только маленькое смотровое окно из бронестекла, за которым тускло угадывался коридор. Надпись: «Выход в лабораторию». Она дышала точкой невозврата.

На дальней стене: Терминал. Массивный, вмурованный в бетон. На матовом экране:

СИСТЕМА: ЗАГРУЗКА ПРИОСТАНОВЛЕНА – ОЖИДАНИЕ КЛЮЧА

Ниже – биометрический сканер. В углу экрана мерцал знакомый, зловещий символ: 47%.

Взгляды, словно по команде, устремились к Новикову. Именно он в Лабиринте разблокировал биометрию, и теперь все ждали от него ответа.

Новиков, казалось, знал, что от него хотят. Его лицо было бледным, глаза – усталыми, но в них горел холодный огонь понимания.

– Я могу объяснить, – тихо начал он, – почему именно я имею доступ в Систему. И не я один, но и Алекс тоже.

Все замерли. Медленно взгляды переключились с него на меня. У меня не было объяснений, как и у остальных. Но все смотрели на меня так, словно я был в сговоре с Новиковым. Его знакомство с моим отцом… наша взаимная «помощь» друг другу в испытании «Мафия». Я вновь почувствовал себя отрезанным от группы.

– История первого эксперимента – это не просто воспоминание. Это предупреждение. В 2008 году Сергей Волков и пять его коллег, включая меня, собрали группу добровольцев. Испытания проходили в тех же секторах, но тогда все было добровольно. Цель – выявить сильные и слабые стороны, найти способы применения способностей в реальной жизни и экстремальных условиях.

Он сделал паузу, глаза чуть потускнели.

– Мы разработали нейросеть, способную вычислять людей с особыми способностями. Я убеждал Сергея прекратить эксперимент – среди испытуемых были слишком опасные экземпляры. Но ни он, ни другие соавторы не слушали меня. В Системе случился сбой. В итоге произошла катастрофа. Все, кроме меня, погибли. И именно поэтому у меня есть биометрический доступ к системе, как у одного из ее разработчиков.

Все слушали, не отрывая глаз. Алекс почувствовал, как внутри что-то сжалось – знание, что его отец был частью этого кошмара, накрывало с новой силой.

– Алекс, – продолжил Новиков, – ДНК твоего отца, как и всех остальных разработчиков сети, записана в эту систему. Поэтому только ты и я можем разблокировать доступ.

– Почему? – вырвалось у Лики, ее голос дрожал. – Почему это возобновили? Неужели лаборатория «Феникс» ничему не научилась с прошлого раза.