Ладожская академия. Проклятие крови

Глава шестая, рассказывающая о прибытии в Ладожскую академию

8 июля 1831 года по Арагонскому календарю

На Ладожском мысу, где одноименная река впадает в великий Волхов, испокон веков стояла крепость, которая неоднократно разрушалась, но все равно восстанавливалась, и волею судьбы из нее в конце концов сделали академию магии. Пройдя по самой старой улице России – Варяжской, – Ланж Ганьон глубоко вдохнула, глянула снизу-вверх на прямоугольную Воротную башню, и сделала шаг навстречу будущему*.

Мощнейшие стены морально сдавили, девушке было страшно подумать, сколько штурмов выдержали защитники крепости, сколько крови здесь пролилось. Через минуту гости вошли во двор: он находился уровнем выше, чем земля за пределами фортеции, поэтому им пришлось подняться по скатной дороге, что вызвало восторг у Гастона, побывавшего за многовековую жизнь во многих крепостях.

Сам внутренний двор оказался небольшим, на его территории стояла белая церковь Святого Георгия, построенная в честь победы над шведами в конце двенадцатого века, а также трехэтажное деревянное сооружение – общежитие для учеников.

– Здесь должно быть холодно зимой, – хмуро заметила Соланж.

– Не переживайте, мадмуазель, – раздался глубокий голос. – Общежитие отапливается с помощью магии, никакая буря не страшна детям даже в самую суровую зиму!

Парижанка повернулась к солидному мужчине пятидесяти лет, и вежливо улыбнулась, догадавшись, кто это.

– Позвольте представиться, Александр Алексеевич Денисов, ректор Ладожской академии. А вы, разумеется, мадмуазель Ганьон, новая преподавательница по защите от темной магии! Мне писали, что вы прибудете в конце месяца, мы не ждали вас так рано, иначе встретили бы как положено!

Он галантно поцеловал руку девушки, и пристально посмотрел в глаза.

– Рада встрече, господин Денисов! Обстоятельства вынудили меня покинуть столицу, и явиться сюда раньше назначенного часа. Мне крайне неловко, что я поставила вас в затруднительное положение!

– Я слышал, что ситуация с холерой обострилась. Так что вы верно сделали, покинув Санкт-Петербург!

Денисов перевел взгляд на Гастона, и Соланж представила ему своего лохматого фамильяра. В конце ректор обратил внимание на главу охраны, и мужчина пообещал встретить мадмуазель через несколько часов.

– В этом нет необходимости, – надменно улыбнулся ректор. – Комната для мадмуазель Ганьон давно выделена, так что распорядитель доставить сюда ее вещи, и можете возвращаться в столицу.

Лицо мужчины заледенело, и Соланж пришлось вмешаться.

– Благодарю за проявленную заботу, однако было бы невежливо вот так покинуть господина Калязина, в чьем доме я гостила несколько дней. Сегодня я вернусь туда, чтобы лично проститься с радушными хозяевами, а завтра уже перееду в академию.

– Разумеется! – ответил Александр Денисов.

Ланж кивнула главе охраны, и отправилась с ректором на экскурсию по своему новому дому (по крайней мере, на ближайший год).

– Давайте вернемся в Воротную башню! – мужчина галантно подал ей руку. – Видите дверь справа от входа в крепость? Она ведет на второй этаж, в столовую. Прошу сюда, только берегите голову, дверь очень низкая!

Лесенка наверх была вырезана из камня, узкая и неудобная, но Соланж с достоинством поднялась наверх, и оглядела помещение, заставленное столами. На втором ярусе этажа стояли отдельные столики для учителей: преподавательский состав в прямом смысле возвышался над учениками, взирая на них с высоты нескольких метров.

Дальше Соланж посетила Раскатную башню, построенную когда-то для размещения там пушек. Изначально она имела четыре этажа, но последний был разрушен, и на третьем ярусе сейчас проходили занятия по боевой магии. Если заходить в башню со двора – сразу оказываешься на втором этаже. Он представляет собой не особо просторное помещение, и служит балконом над первым этажом. Ланж глянула вниз, и увидела парты для занятий.

– Первый этаж служит для уроков по защите от темной магии, вы будете работать там! – торжественно оповестил ректор. – А здесь занимаются... скажем так, не магическими науками. Должны же маги уметь писать, читать, считать, разбираться в химии, изобразительных искусствах и так далее.

Ланж переглянулась со своим фамильяром, подумав, что не магические дисциплины здесь явно не жалуются, раз им выделили столь скудное помещение. «В Исетке и то было более современно!» – подумал Гастон.

Далее их повели в Климентовскую башню, названную в честь церкви святого Климента в Земляном городе. Увы, от самого города, примыкавшего к крепости, уже ничего не осталось, частица великого прошлого была утрачена безвозвратно, но уцелела память, и, кто знает, что произойдет в будущем. Крепость неоднократно восстанавливалась, может, и Земляной город однажды решат реконструировать?

«Время сравняло его с землей!» – заметил Гаст по их мысленной связи.

«Ну, может, удастся убедить императора выделить деньги, если выпадет шанс снова с ним встретиться!» – с сомнением ответила Соланж.

Ректор Александр Алексеевич Денисов