Ладожская академия. Проклятие крови

Глава сорок третья, рассказывающая о приезде старого друга

13 ноября 1831 года по Арагонскому календарю

Мозг Ланж круглосуточно занимался вычислениями, и в итоге утомил ее саму. Девушка была бы рада расслабиться, но полученные данные нуждались в обработке, и она обнаружила одну важную закономерность: на протяжении веков мистические убийства в Ладоге были единичными, бессистемными, непреднамеренными. Варди убивал тех, кто пытался покуситься на сокровища, или просто попадался ему у озера под руку. Кровавый след тянулся стабильный, но все же не такой активный, как сейчас.

Соответственно, следовало два вывода: либо раньше хозяева стражников были более умеренными, либо их вовсе не было, и плененные души убивали по своей инициативе.

В нынешних трагедиях видна связь: массово погибают дети, в основном – маги, ученики академии. Значит, хозяина твари интересуют одаренные силой подростки. Из схемы выпадает только Лиза Замятина и ее мать, но их устранили из-за архивариуса, Евдокима Григорьевича. Кто он такой? Как он был связан с потомком скальда?

Вопросы, сплошные вопросы. Ланж нуждалась в информации, но ее тело было слишком слабым, чтобы она отправилась искать ответы.

В дверь постучали, и в проеме показалась голова Михаила Лебедева.

– Мадмуазель, к вам прибыл гость.

Она уловила сложный клубок чувств в его голосе: удивление, уважение, ревность, сомнение, решительность. Кто же там пожаловал?

– Просите!

Дверь открылась шире, и Соланж с изумлением увидела графа Павла Петровича Сухтелена – губернатора Оренбургской губернии, одного из защитников Исетской Академии. Несколько месяцев назад они плечом к плечу сражались с мертвецами, пытавшимися захватить Исеть.

– Мадмуазель Ганьон! Я безмерно рад новой встрече! – на великолепном французском произнес граф, и у девушки вспыхнули щеки.

Недавние вычисления были напрочь забыты, и парижанка с волнением расспрашивала доброго друга о жизни в Исете.

– Господин Онежский занят магическим усилением защиты крепости, ведь магия его крови пала, когда мертвецы захватили крепость. Увы, даже самая могущественная вязь не вечна! Ему помогает Анна, да и мне тоже: она провела много времени в плену у Мары, и смогла поделиться полезными сведениями. Ведявы и витряники вернулись, правда, Министерство ограничило их в правах, но я добьюсь для них послаблений! А, кстати, господин Рыков женится!

Соланж с улыбкой вспомнила декана факультета оборотней – двухметрового гиганта, одного из героев обороны Исетки.

– А что там Борис Бравадин и Телена?

– У молодых людей все замечательно, свадьбу решили сыграть в конце этого месяца.

– Понимаю, не хотят терять время!

Сухтелен усмехнулся краями губ.

– Верно, промедление порой бывает не менее опасно, чем спешка!

Девушка предпочла сделать вид, что не поняла.

– Разумеется, – продолжил граф, – Милославский и Чеймарина были смещены со своих должностей, а Иван Бунин по-прежнему замещает должность декана факультета магов.

– А как мой друг Эно? – спросил Гастон, вспомнив фамильяра Дмитрия Онежского.

Так и беседовали они, вспоминая прошлое, расспрашивая друг друга о настоящем. Граф Сухтелен активно трудился во благо губернии, воплощая давние замыслы, а Ланж тем временем рассказывала о своих делах в Ладоге.

– Мне так жаль, что вы пострадали! – с жаром воскликнул Павел Петрович, вызвав новую волну румянца на лице Соланж. – Работа здесь оказалась слишком опасной, вам следует отказаться от нее. Пусть Лис сам приезжает, и охотится за безумцем! Надо же, использовать бессмертные души в столь мерзких целях! Тот скальд был преступником, и его потомки пошли по его следам. Однако виса… Скажите, вы уже отправили отчет куратору?

– Нет, о ней знаем лишь мы с вами и господин Лебедев.

– Плохо, – понизил голос губернатор. – Я не хочу кидать тень на честь нашего императора, но, боюсь, он захочет использовать заклинание крови для создания неуязвимых бойцов. Представьте, если кто-то из тайной канцелярии предложит создать отряд из плененных душ?!

– Такая мысль приходила мне в голову, – улыбнулась девушка, – поэтому я убедила ректора не делиться с Лисом информацией о проклятии викинга. Да и целом я специально переиначила текст висы!

Мужчина рассмеялся с доброй улыбкой.

– Вы неподражаемы, мадмуазель!

– И это еще не все, чем я могу с вами поделиться! – произнесла девушка, доставая из-под одежды коралловый амулет.

– Любопытное украшение, – начал граф, и осекся. – Подождите, неужели это тот самый обрег, с помощью которого вы победили Германа Герцога?

– Он самый.

– Я думал, он сгинул вместе с мертвецом.

– Наш мертвец оказался живее всех живых. Амулет мой вернул даже.

Граф Сухтелен и его фамильяр Юлих! Ни капли сходства с историческим прототипом, но у нас ведь здесь альтернативная реальность; а в нашем с вами мире нельзя использовать изображения из интернета без разрешения правообладателей, так что...)