Лагерь без тормозов

Глава 1.

Утро началось с ужасного звонка школьного будильника — устройства, которое, кажется, придумали, чтобы издеваться над всеми, громкий и безотказный метод проснуться. Где-то из коридора раздался знакомый голос:

— Просыпайся, умывайся и застели кровать!

— Хорошо, встаю, встаю…

Голова была тяжёлой, будто ещё не успела окончательно покинуть подушку. Нащупав проклятый будильник, я отключил его и, неуверенно переставляя ноги, направился в ванную.

Дверь оказалась заперта.

— Эй, кто занял?

Из-за двери донёсся гулкий голос отца:

— Иди пока одевайся, потом умоешься!

— Лаадно…

Мысли постепенно начинали складываться в цельную картину. «Так, футболка должна быть на стуле, шорты там же...» На автомате оделся, снял телефон с зарядки и упаковал его вместе с зарядкой в сумку. Всё было собрано с вечера: сланцы, футболки, трусы, кофта и мыльно-рыльные принадлежности.

«Чёрт, вот зачем мне эта смена…»

На экране телефона мигнуло сообщение:

— «Как проснёшься, напиши»

— «Проснулся»

Ответ пришёл почти мгновенно:

— «Скоро выезжаешь?»

— «Минут через 30-40»

— «Ок, буду примерно в это время»

Слова вызвали на лице улыбку, которая неожиданно застала меня самого. Я усмехнулся, чувствуя, как внутри разливается тёплая волна.

Отец вышел из ванной и позвал умываться. Отложив телефон и быстро сделав все утренние дела, я направился на кухню.

— Ого, пир на весь мир! Что за праздник?

На столе лежали блины, малиновое варенье и сметана. Из-за спины раздался знакомый голос:

— Отмечаем начало двухнедельного отпуска.

— Хотя бы не улыбайся так, когда отправляешь сына подальше.

— Ничего не поделаешь, — невинно пожал плечами отец. — Тем более, поездка в Армению обещает быть незабываемой.

Он подмигнул маме, а она лишь мягко улыбнулась.

— Вообще не напоминай, — пробурчал я. — Могли бы сами ехать, зачем меня в этот лагерь отправлять?

— Ой, не начинай. Ты дом сожжёшь, оставь тебя одного.

— Это было давно! Просто проверял, как горит дневник. Да и мелкий был, я бы всё потушил! Вода рядом стояла!

Отец разразился громким смехом:

— Знаю-знаю, но забыть не дам! Ты бы видел лицо своей матери, когда из кухни повалил чёрный дым.

— Понял я, мой косяк…

— Вот именно! И за него ты ещё не понёс наказание.

— Ты хлопушкой меня тогда…

— Это было предисловие, — ухмыльнулся он. — А сейчас закидывай блины и поехали.

Не успев толком прожевать, я проглотил несколько блинов, под ворчание мамы, и вернулся в комнату за сумкой.

За окном уже ярко светило солнце. Мельком взглянув вниз, я заметил на лавочке девушку в белом сарафане. Она тихо сидела, пристально глядя в моё окно.

Чёрт, это Мила.

Схватив вещи, я поспешил к выходу. Мама позаботилась: кроссовки уже ждали у порога. Я сбежал по лестнице, перепрыгивая через несколько ступенек, пока не оступился на последней и, шлёпнувшись, вывалился на улицу.

Она услышала мои «шаги» и улыбнулась:

— Живой?

— Нормально. Давно ждёшь?

— Минут десять. Не хотела пропустить нашу предпоследнюю встречу.

— Всякое может… — я замялся под её тяжёлым взглядом. — Но я всё-таки…

— Знаю, — перебила она с тёплой улыбкой. — У меня для тебя небольшой подарок.

Она достала плетёный браслет и сразу начала завязывать его на мою руку.

— Смотри, с девчонками не гуляй, веселись и помни обо мне. А он, — она вдруг сжала узел так сильно, что стало больно.

— Эй!

— Хе-хе, шучу, — она ухмыльнулась и ослабила узел. — Но он будет напоминать о твоём обещании.

— Каком обещании? — послышался голос отца из-за спины.

— Да так, Виктор Вениаминович, просто обещание не забывать друг друга, — мягко ответила Мила.

— Никогда, говоришь? — отец прищурился. — А папка твой говорил, что вы…

— Говорил. Все мы знаем, что он говорил, — Мила резко оборвала его, но тут же смягчилась. — Но чего только в жизни не бывает.

— Узел уже завязан, — вставил я, пытаясь перевести разговор. — Так что можешь не так сильно держать.

— Ах, точно. Кстати, Виктор Вениаминович, дайте нам пару минут.

Отец не стал возражать, взял мою сумку и пошёл к машине.

Мила взяла меня за руку, притянула к себе и поцеловала. Это был странный поцелуй, я почувствовал солёный привкус её слёз.

Резко отстранившись, она произнесла, чётко выговаривая каждую букву:

— Ты обещал.

— О-б-е-щ-а-л, — повторил я за ней.

Сев в машину, я посмотрел на неё через окно. Она стояла на том же месте, махая мне вслед. Её силуэт становился всё меньше, пока окончательно не исчез за поворотом.