Лагерная повесть

Глава 17: Тени тихого часа.

Тихий час перед конкурсом талантов выдался нестерпимо душным. Солнце, достигнув зенита, нещадно нагревало крышу деревянного корпуса, превращая помещение в подобие парной. Воздух застоялся, пропитавшись терпким ароматом хвойной смолы, детского пота и сладковатого запаха разогретой на солнце краски. Денис лежал на спине, чувствуя, как влажная простыня прилипает к лопаткам. Он прислушивался к звукам корпуса: размеренное дыхание соседей, скрип пружин под весом тел, далекий стук дятла где-то в лесу.

Витька храпел, уткнувшись лицом в подушку, оставив на наволочке мокрое пятно от слюны. Близнецы Саша и Кирилл, притворяясь спящими, тихо перешептывались за ситцевой занавеской, разделявшей комнату. Их шепот напоминал шуршание мышей за плинтусом.

"Видел, как Ольга пялилась на наш отряд?" – доносился шепот Саши.
"Она не на нас смотрела, а на Дениса," – отвечал Кирилл. – "Как будто он что-то украл..."

Денис сжал веки плотнее, делая вид, что спит. Сквозь приоткрытое окно доносились обрывки напряженного разговора вожатых. Аня говорила взволнованно, сбивчиво:

"...не может просто исчезнуть! Мы обязаны... Ольга утверждает, что видела... – её шёпот обрывался, словно кто-то прикрыл ей рот рукой.

Ответил низкий мужской голос – Игорь Сергеевич. Слова разобрать не удалось, но ледяная интонация, медленные, растянутые фразы заставили кожу Дениса покрыться мурашками. Он представил себе бледное, всегда гладко выбритое лицо старшего вожатого, его холодные глаза, похожие на две стальные пуговицы.

Внезапно дверь комнаты скрипнула, заставив Дениса едва не подпрыгнуть на кровати. Он притворился спящим, но сквозь полуприкрытые ресницы наблюдал, как Аня осторожно пробирается между кроватями. Её обычная уверенность куда-то исчезла — она двигалась как марионетка с перепутанными нитями. Остановившись у его тумбочки, она вытащила из кармана шорт смятый листок, что-то быстро написала, прикусив нижнюю губу. Перо несколько раз рвало бумагу от сильного нажима.

Записка исчезла под его наручными часами. В этот момент луч солнца, пробившийся сквозь занавеску, осветил её руку – на запястье красовался свежий синяк в форме отпечатков пальцев. Её пальцы дрожали, когда она поправляла край простыни, будто делая вид, что просто поправляет постель.

Как только дверь закрылась, Денис схватил записку. Буквы были написаны неровно, некоторые слова подчеркнуты с такой силой, что бумага порвалась:

"Чердак. После отбоя. Лера нашла что-то важное. Не попадайся Игорю. Он знает."

Сердце забилось так громко, что, казалось, разбудит весь отряд. Денис скомкал бумагу, собираясь спрятать её под матрас, но в этот момент за окном раздался резкий звук – треск сухой ветки под чьей-то ногой.

Он замер, увидев в щели между занавесками Игоря Сергеевича. Старший вожатый стоял неподвижно, устремив взгляд прямо на его окно. В руках он держал небольшой металлический предмет, который слепил глаза солнечными бликами. Фонарик? Или... Ножницы? Нет, что-то другое – Денису показалось, что это похоже на медицинский инструмент.

"Денис..." – шёпот Витьки заставил его вздрогнуть. – "Ты тоже не спишь?"

Оказалось, Витька наблюдал за всей этой сценой, искусно притворившись спящим. Его обычно насмешливый взгляд сейчас был серьёзным, а в уголках глаз собрались невиданные прежде морщинки беспокойства.

"Что за спектакль?" – прошептал он, указывая подбородком на смятую записку в руке Дениса. – "Ты влип во что-то?"

Денис покачал головой. Как объяснить то, чего и сам до конца не понимал? Лера, документы, этот странный металлический предмет в руках Игоря... Всё это сплелось в клубок, который невозможно было распутать за несколько секунд тихого часа.

"Позже," – буркнул он, сунув записку под матрас так глубоко, как только мог.

Витька хотел что-то сказать, но в этот момент в коридоре раздались тяжёлые шаги. Оба мгновенно притворились спящими, когда дверь снова открылась.

Через прищуренные веки Денис увидел, как Аня заглядывает в комнату. Её лицо было неестественно бледным, а глаза – красными, будто от недавних слёз. Она поймала его взгляд и едва заметно покачала головой – немое предупреждение, полное тревоги. Затем её взгляд скользнул к окну, и губы беззвучно сложились в слово "опасно", прежде чем она бесшумно исчезла.

Тихий час тянулся мучительно долго. Где-то за стеной плакал малыш, не желающий спать, вдалеке над озером кричали чайки, а мысли путались, как клубок ниток, брошенный котёнком. Что Лера могла найти на чердаке? Почему Аня выглядела такой испуганной? И главное – как они все переживут сегодняшний вечер, если Игорь Сергеевич уже что-то подозревает?

Когда наконец зазвучал горн, возвещающий конец тихого часа, Денис вскочил с кровати первым. Его руки дрожали, когда он надевал футболку для выступления. Впереди был конкурс талантов, но мысли уже были там, на пыльном чердаке, где, возможно, скрывалась разгадка всех этих странных событий.

Но сначала предстояло выступить перед всем лагерем, в том числе и перед Игорем Сергеевичем, чей пронзительный взгляд, кажется, видел гораздо больше, чем хотелось бы... И этот металлический предмет в его руках – что бы это ни было – не сулил ничего хорошего.