Лакомая кровь

Глава X. Таинственный бродяга

За два дня до того, как сэр Роберт отправился штурмовать цитадель Нортропа, к воротам замка Торнхилл подошел пилигрим, одетый в ветхую серую одежду, капюшон которой полностью скрывал его лицо. Седой охранник никак не хотел пропускать нищего попрошайку, и даже вынужден был позвать на помощь, поскольку старик отчаянно прорывался во двор. На счастье мимо проходил сам граф Уотерхолл. Он вышел на крики охранника и строго спросил надоедливого бродягу:

- Кто ты, черт побери, такой? Что ты забыл в моем замке?

В ответ на это старик снял капюшон и посмотрел прямо на лорда. В серо-стальных глазах читалась непреклонная воля и глубокая мудрость.

- Вы, должно быть, не помните меня, сэр Генри, - низким голосом сказал пилигрим. – Но я вас помню прекрасно. Мое имя Курт Браун.

- Браун, Браун… Постой, подожди… Пропусти его, - скомандовал граф охраннику. – Пойдем со мной.

Все во внутреннем дворе замка провожали удивленными взглядами графа, идущего рядом с каким-то оборванцем. А лорд не только проводил нежданного гостя в замок, так еще и допустил его в одну из своих переговорных комнат.

- Ты кажешься мне знакомым, Курт Браун, - сказал граф, усаживаясь в широкое кресло. – Расскажи, кто ты такой.

- Я был рыцарем в вашем основном ударном отряде, милорд. В далекие времена было в моем владении маленькое поместье и деревенька Тодстоун. И тридцать лет назад я участвовал в битве при Хайроке.

- Подожди. Не ты ли возглавлял атакующую группу, захватившую Нортропа в его главной зале?

- Совершенно верно. Я тот, кто убил его.

Граф откинулся на спинку кресла и внимательно посмотрел на старого рыцаря. Он помнил слухи о том, что воин, пронзивший сердце сэра Ричарда, сразу же после войны ушел в монастырь, а имение свое продал.

- Зачем же ты пришел сюда, сэр Курт?

- Я убил его однажды и помогу убить дважды, - ответил старик. – Мне еще тогда казалось, что удара в сердце не достаточно. Я хотел отсечь Нортропу голову, но восторженная толпа оттеснила меня и не дала закончить начатое. Они думали, что герцог умер. Да я и сам так считал. Ошиблись мы все.

Да, подумал граф, выслушав пилигрима, ошиблись все. А ведь были даже похороны. Горстка оставшихся в живых людей Нортропа умудрилась выкрасть тело из захваченного замка и организовала погребение где-то в горах на западе герцогства. Говорят, законность церемонии была подтверждена герольдом. Впрочем, когда человек снюхивается с сатаной, никакой ритуал не властен над ним. Темные силы зла могущественны, их нельзя недооценивать.

- Но я ничем не могу тебе помочь, - развел руками сэр Генри. – Не я собираю армию для похода в холмы Хайвуд. Обратись к сэру Уильяму, может быть, он примет тебя в войско.

- Нечего там делать войску, - резко сказал Курт Браун, и глаза его сверкнули яростным огнем. – И мне тем более. Я не хочу умереть, будучи позорно зарезанным адским отродьем. Вампира не возьмешь ни стрелой, ни мечом – он увернется и отобьется от всего. Только отрезав ему голову серебряным кинжалом и вонзив в сердце осиновый кол, можно быть твердо уверенным в успехе.

Граф встал с кресла и подошел к старому рыцарю поближе.

- Курт, я, как видишь, не молод и уже не тот бравый рубака, что был хотя бы два десятка лет назад. Поэтому не смогу составить компанию для вылазки в Хайрок. Право же, не знаю, как я был бы тебе полезным.

- Мне нужен всего лишь отважный, умный и ловкий компаньон, - ответил старик.

Сэр Генри в задумчивости провел ладонью по волосам и сказал:

- У нашего с тобой общего друга сэра Уильяма Лиддела есть младший сын. Сэр Эрик, баронет Хантервильский. Он заслужил хорошую репутацию, несмотря на свой юный возраст. Единственным недостатком этого молодого человека можно считать то, что он большой любитель заложить за воротник. Впрочем, эта привычка не мешает ему совершать великие дела. Эрик исполнен доблести, великолепно владеет искусством фехтования на шпаге, обладает острым умом и большим добрым сердцем. Мне думается, что он был бы для тебя прекрасным компаньоном, Курт.

- Благодарю вас, милорд, - почтительно сказал Браун, склоняя голову. – Тогда мне прямая дорога в Краун.

- Постой, славный рыцарь. Прежде чем я отпущу тебя в дальний путь, раздели со мной графин сладкого вина и чудесную копченую баранью ногу. Составь компанию старому солдату, давай вспомним дела давно минувших дней!

Спустя некоторое время граф и воин-отшельник во весь голос распевали боевые гимны Уотерхоллов, смеясь, рассказывали друг другу наперебой подвиги во имя Англии, то и дело поминали тех, кто отдал жизнь на полях сражений. Одним графином дело не ограничилось, и бурное веселье закончилось уже далеко за полночь. Граф уснул на кресле, а бродяга рыцарь свалился на пол.

Такими их и застала утром леди Магда. Она смерила мужа ледяным взглядом и громко окликнула его по имени. В ответ на это граф приоткрыл один глаз, махнул рукой и попытался снова провалиться в сон.

- В то время как герцогство Лидделов подвергается нападениям неведомого кровососа, вы пьянствуете с бродягами! – сталью зазвенел голос графини. – Ваша дочь в опасности, а вы ведете себя так, будто она уехала на праздник!

- Магда, вы говорите чепуху, - пробормотал сэр Генри. – Какой опасности она подвергается в замке Краун? Это одна из самых защищенных и неприступных цитаделей Англии! Бросьте паниковать, а лучше прикажите принести сюда воды.