Лакомая кровь

Глава XLIII. Все изменилось

Еще на подходе к холмам Хайвуд Эрик, Элли и Браун поняли, что случилось что-то непоправимое. Земля была сплошь изрыта следами лошадей и осадных орудий. В воздухе пахло кровью и деревом. Флагов на шпилях замка не было.

- Господи, помилуй, - выдохнул Браун. – Только не это.

Но сомневаться, к сожалению, не приходилось. Два разборных моста, перекинутых через ров, горы трупов и обрушившиеся ворота говорили только об одном.

- Нет, - в ужасе закрыла глаза руками Элли. – Нет!

- Мы не успели, - голос сэра Эрика задрожал. – Боже, Боже, мы не успели!

Браун снял шлем и склонил голову, глядя на лежащие на земле знамена Уотерхолла. Эрик в ужасе и бессилии припал на одно колено и устремил взор в небеса. Элли заплакала.

- Мы так хотели увидеть эту картину когда-то, - тихо сказал Браун. – И один только Господь свидетель, как страшно мы ошибались.

Не в силах двигаться дальше, все трое молча смотрели на последствия ужасного сражения. Они не заметили, как к ним подлетел старый черный ворон, поэтому почти одновременно вздрогнули, когда он вдруг заговорил.

- Не в добрый час пришли вы в Хайрок. Сегодня в этом замке день скорби.

- Кто вы? – первой опомнилась Элли.

- Меня зовут Гундорк, - представился ворон. – Я хранитель флага. А вы?

- Элли Лиддел, дева озера Райн.

- Эрик Лиддел, эсквайр, баронет Хантервилльский.

- Курт Браун, рыцарь дома Уотерхолл и слуга Господень.

- Понятно, - тихо каркнула птица. – Все сплошь высокородные. Зачем шли вы в этот дом?

- Мы хотели помочь сэру Ричарду защитить его, - сказал Эрик. – Но не успели.

- Да… - ворон отвернул голову. – Не успели. И мы не справились. Ну, то есть, не то, чтобы совсем. Мы отбили атаку, но он выкрал Дженни. И сильно ранил Господина.

- Так герцог жив?

- Если так можно выразиться, - ответил ворон. – Проходите в замок, я покажу вам, где он.

Все трое побежали за Гундорком. Хранитель флага летел медленно, а в коридоре и вовсе едва шевелил крыльями. Он приземлился рядом с лежащим на блестящем полу сэром Ричардом и кивком головы показал на него.

Элли, ни слова не говоря, одним движением подскочила к герцогу, взяла его за руку и начала быстро-быстро говорить заклинания. Нортроп пошевелился, и с его губ сорвался тихий стон.

Обрадованная волшебница возвысила голос, и таинственные слова полились еще быстрее. Сэр Ричард открыл глаза.

- Кто вы? – тихо спросил он заплетающимся языком.

- Тихо, - скомандовала Элли. – Мы пришли спасти вас.

- Меня… не надо. Спасите Дженни!..

- И до нее дело дойдет, - сказал Эрик, приседая к вампиру. – Как вы себя чувствуете?

- А, Эрик, это вы, - радостно вздохнул Нортроп. – Я знал, что вы поймете смысл моего письма к вам.

- Это было не так-то просто, - улыбнулся юный лорд. – Но все же мы здесь. Хоть и с опозданием.

- Все не так плохо, - сэр Ричард попытался подняться, но тут же рухнул на пол снова. – Хотя кто знает. Дженни он утащил?

- Да. Но замок почти не пострадал. Вам просто придется поставить новые ворота.

- Я же говорю, что не все так плохо, - подобие улыбки показалось на лице герцога. – Вы можете отнести меня в гроб?

- В родном гробу и стенки помогают? – спросил Эрик, подавая вампиру руку.

- Пожалуй, что так. Хотя лучше крышка. Черт возьми, как перед дамой-то неудобно, - сказал Нортроп, повисая на руках Эрика и Курта. – Но что поделаешь. Это был почти равный бой.

- Почти равный? То есть… Вы знаете? – спросила Элли.

- Еще как, - кивнул вампир. – Это не было для меня сюрпризом. В молодости я увлекался черной магией, некромантией и прочими темными делами, которые, впрочем, позволили мне сохранить цветущий вид до вполне почтенных лет. Так вот, я знаю то, о чем вы тоже успели проведать. Положение, прямо скажу, скверное. Но не безвыходное. Хуже всего то, что Дженни необходимо вернуть сюда как можно скорее, иначе она умрет. Да-да, не смотрите на меня так. Клянусь всем, что мне дорого, я полюбил ее. Самой искренней любовью, какую только знала история человечества. Сначала она была для меня лишь орудием мести, костью в горле Лидде… неважно, впрочем. Но потом я возжелал крови Дженни. Она стала для меня самым дорогим, самым чудесным лакомством на свете. И в тот же день узнал, кто на самом деле стоял за похищением моей невесты, крошки Тессы. И мы.. я… Словом, я укусил ее, и часть яда вампира попала в ранку. С того дня она медленно начала превращаться в не-умершую. Вчера перед нападением Дженни попросила обратить ее, и я почти сделал это, но тут ваш братец огорошил меня залпом из требушетов. И вот теперь она наполовину человек, наполовину вампир, оказалась среди людей. Если в ближайшее время – предельный срок две недели – я не укушу ее снова, она угаснет, как свеча на холодном ветру. Дженни еще не умеет и не способна пить кровь, а обычная еда уже не сможет насытить ее. Если бы я не укусил ее вчера, все было бы проще – яд со временем уходит из тела. Но теперь обратного пути нет. А я, как назло, выбит из строя на неопределенное время!