Ламия. Два сердца в одном теле

Глава 6. “Получится ли?” Часть 2

Рин пришел в себя в часы обеденной молитвы. Страшно хотелось есть, пустота в желудке давила изнутри. В комнате на удивление никого не было, только на столике рядом с постелью стоял на подносе, в чаше из рога отвар, оставленный лекарем.

Угасающий аромат остывшей мяты полностью забивал собой запах ромашки. Рин потянулся к чаше и сделал несколько жадных глотков. Юный король мгновенно почувствовал себя лучше. Но есть хотелось по-прежнему. А, может, даже сильнее.

Рин нашел справа от себя всё тот же колокольчик и встряхнул его. Дверь в покои моментально открылась, в комнату заглянула служанка.

— Ваше Величество! Вам лучше?

— Да… Да. Я бы хотел что-нибудь поесть. — Рин неловко улыбнулся.

— Конечно, Ваше Величество! Сейчас же все разогреем и принесем Вам. По совету лекаря на кухне для Вас приготовили легкий суп из курицы и овощей.

— Это было бы чудесно, — Рин с трудом сдержал голодный стон и желание попросить принести все как можно скорее.

Девушка поклонилась и закрыла за собой дверь.

Через десять минут принесли горячую, но не обжигающую тарелку супа, хлеб, закуски и кувшин с вином.

Рин, оставшись в покоях снова один, отбросил все мысли о том, что нужно есть спокойно, не торопясь. Он отложил в сторону ложку и выпил бульон, держа тарелку обеими руками. Король ощутил прилив сил, как чаще всего и бывало, стоило болезни отступить. В такие моменты ему казалось, что приступы — ерунда, и что он гораздо сильнее, чем думает. Но, когда боли возвращались и мучали снова, юноша убеждался, что слабее многих. Если кто-то когда-нибудь захочет его убить, то достаточно будет оказаться рядом в момент приступа. Рин не сможет ничем помешать. И, возможно, даже будет благодарен за избавление от страданий.

Закончив с едой, король откинулся на подушки в сидячем положении. Вместе с насыщением в голову полезли воспоминания о прошедшем. И чем дольше Рин вспоминал, тем ярче сияла догадка: кто-то притворился Эйтором, чтобы убедить Рина в необходимости убить Розэ. Юноша вспомнил почти белое лицо отца во мраке коридора. Конечно, легко было принять его за призрак, но… Рин понимал: все призраки — в памяти. Король хмурился, продолжая распутывать мысленный колючий клубок.

Как кто-то мог принять облик почившего монарха? Это же проще простого! Достаточно украсть и примерить посмертную маску Эйтора. Рин слышал о подобном случае: преступник в тюрьме Испании воровал воск с оплывших свечей и, будучи талантливым скульптором, сумел втайне слепить маску главного тюремного смотрителя из воска. Он грел его в руках, придавая пластичность. В жарком климате это не было проблемой. Украв одежду вместе с сообщниками, он притворился смотрителем и сказал, что их велено перевезти. Когда стража поняла, что заключенные сбежали, отправили за ними погоню. Но преступникам удалось скрыться.*

* Описываемая сцена — отсылка к фильму “Пираты” 1999 года, реж. Ламберто Бава

Зачем кому-то принимать облик его отца? Хотели напугать? Возможно, но… Слова всплыли в памяти: “ты должен убить сестру”. Кто-то притворился Эйтором и велел Рину сделать то же самое, что сказал и его отец перед смертью. Значит, кто-то знал, о чем он говорил с королем. Кто-то, помимо него самого и спрятавшейся на тот момент в шкафу Розэ.

Голову Рина чуть не разрывало от догадок, сменявших друг друга с большой скоростью.

Значит этот “кто-то” мог знать и причину, по которой Эйтор озвучил свое пугающее желание. Кто-то продолжал выполнять волю почившего короля. Пытался убедить Рина совершить ужасное преступление. Но почему-то сам не предпринимал таких шагов, хотя…

Рин ахнул.

— Тогда нападение в соборе могло быть…

Теперь Рин почти не сомневался в этой догадке — покушение совершили не на него. Целились в принцессу.

Юный король поспешно встал с постели, достиг в несколько шагов двери и распахнул ее.

Стоящие на посту стражники не шелохнулись. И Рин, будучи одет только в нижнюю рубашку длиной до щиколоток, побежал по коридорам, к покоям принцессы.

По пути он видел пару слуг, которые поспешно кланялись при виде короля, но не успевали скрыть свое изумление. Лишь оказавшись у дверей комнаты Розэ Рин ощутил себя нелепо. И как только ему пришло в голову разгуливать по всему замку в таком виде? Он же теперь король! Рин замялся, прикусил в волнении нижнюю пухлую губу. И что ему делать? Усиленные непонятно чем чувства пересилили мысли об этикете. И он тихонько постучал.

Дверь почти сразу же открыла Абигейл. На ее лице чудесным образом не отразилось ни капли удивления. Рин даже подумал, уж не от Розэ ли няня переняла отсутствие эмоций.

— Ваше Величество! — Абигейл присела в реверансе.

— Простите, Абигейл, я просто только что пришел в себя и вспомнил о сестре… Заволновался. С ней все хорошо?

Няня светло улыбнулась.

— Не переживайте, мой король, принцесса поиграла после обеда в куклы и недавно уснула. Хотя она спрашивала, где Вы. Скучает.

— Я могу на нее взглянуть?

— Конечно, — Абигейл отошла в сторону, давая Рину возможность зайти, но он покачал головой.

— Я вижу отсюда. Не буду нарушать ее сон. Просто хотел убедиться, что сестра в порядке.

— В полном, Ваше Величество.

Рин кивнул, поблагодарил Абигейл и вернулся к себе. Он никак не мог совладать с переживаниями о сестре после того, как собрал воедино догадки и произошедшее на днях. Ему хотелось защитить сестру, спрятать ее под любым предлогом в такое место, куда до нее никто не доберется. Рин понимал, что замок больше не является абсолютно безопасным. В голове мелькнуло воспоминание: Эйтор за обедом с детьми говорит, что когда Розэ подрастет, он отправит ее на обучение и воспитание в монастырь Лейре, где несколько веков назад воспитывался их прадед.

Отправить сестру на обучение в Лейре, который находится на границе с Арагоном, пожалуй, неплохая идея. Убедить в этой необходимости сестру не составит труда. Она любые перемены воспринимает спокойно. Но с кем Рин может обсудить свое решение, чтобы не подвергнуть Розэ новому предательству и опасности? Кому он может верить без колебаний?