Лара. Пленница болот

Глава 2

Долго мы потом бродили по деревне, не в силах понять, что произошло. К нам постепенно присоединились и остальные. Заголосившие было бабы-погорелицы вмиг уняли свои слёзы, когда поняли, что проблема куда серьезнее, чем сгоревшие дома.

На главной улице собралось человек тридцать. Мужики смолили сигареты, одну за одной, обсуждая, как быть дальше. Женщины сгрудились у покосившегося забора, тихо переговариваясь.

Мы с мамой присели на скамейку, что стояла возле дома деда Михея. В деревне наша семья чужая, что нам лезть со своими домыслами. Я было хотела подойти, но мама остановила.

- Лара, толпа начнёт искать виноватых. А люди бывают несправедливы. Не надо привлекать к себе лишнее внимание.

Под деревьями там, где кончался посёлок, бегали дети, заглядывая за каждый куст. Женщины сперва кричали на них, но потом махнули рукой. Лес не был деревенским в диковинку.

Собрание, так ничего и не решив, отправилось по сожжённым домам, разгребать завалы. Вытаскивали уцелевшую мебель, вещи, бытовую технику. Доставали из закромов свечи и керосинки.

- Вот приедет начальство из райцентра, они-то уж разберутся, - шепелявила бабка Аглая.

- Какое начальство, старая, - шикнул на неё Трофим, вечно пьяный, обрюзгший мужичонка, - как они доберутся? Соображать надо, - он выразительно постучал себя по лбу.

Бабка охнула, перекрестилась и замолчала.

Во дворах погорельцев росли кучи вещей. Женщины украдкой утирали слёзы, глядя на разорённое хозяйство. Перебирали то, что ещё было пригодным, остальное сваливали в кучу.

К вечеру пострадавших разместили по домам. Потеснились, приняли людей, в одну ночь оставшихся без крова.

Я стояла возле забора, не зная, что делать дальше. Связи тоже не было. Телефон услужливо подсвечивал экран, где серым уныло мигала антенна. Безмолвствовали и домашние аппараты, в трубке было тихо.

- Ты внучка деда Михея? - Услышала я голос рядом, от которого невольно вздрогнула, погрузившись в свои мысли.

- Нет. Он старый товарищ моего деда, приехали переждать непогоду. И вот.

Парень, что завёл разговор, понятливо кивнул. Он был выше меня на голову, но ещё по-мальчишески субтильный. Загорелый не по времени.

- Меня Гришей зовут, - представился он, - родители услали к бабушке на лето.

- Ты уверен, что только на лето? - предчувствие болезненно сжало сердце.

- В интернете и раньше выкладывали такие истории. Закинет куда-нибудь человека или целый автобус с туристами. Поплутают немного и возвращаются в своё время. Правда, иные через несколько лет, - он, запнувшись, замолчал.

- Это не интернет, там всё перевернут с ног на голову и выдают за правду, а люди и верят,- я смотрела на чащу, - а если мы здесь застрянем на десятки лет?

- Да брось, не может потеряться целая деревня. Нас найдут.

- Кто?

Гриша замолчал и тоскливо оглянулся на стену леса.

- Эм-м-м, ладно, пойду я. Бабка потеряет.

Видно, что ему неуютно от страха. Он пошёл по улице, понурив голову.

Как зашло солнце, вернулись дед и отец. Мама торопливо накрывала нехитрый ужин: жареную картошку и солёные огурцы.

- Завтра, - сказал старик, смачно хрустнув огурчиком, - мужики поедут в сторону райцентра. Авось и отыщется дорога. Мало ли. Чего только на свете не бывает. Говорят, в войну даже самолёты немецкие терялись. Потом видели их в небе. Когда уже и про сражение забыли. Так-то.

- Да бросьте, - мама – сама прагматичность, вяло отмахнулась, - может, от взрыва съехал пласт земли. И всё.

- Откуда? – Покосился на неё дед.

- Ну-у-у, - она задумалась, - не знаю. Только уверена, что нас ищут и скоро всё объяснят.

Мы с папой молча жевали, слушая вялотекущую перепалку. Спорить не хотелось, как и гадать, что случилось.

Сразу после ужина легли спать. Ночью мне снился кошмар. Словно я блуждала среди замшелых сосен. Ветви больно хлестали по лицу, среди лесных теней мелькали пугающие силуэты, между ветками кустов горели чьи-то недобрые глаза. Проснулась оттого, что в груди гулко бухало сердце. В доме было тихо. Негромко похрапывал дед Михей, да тикал старый будильник.

Кровать стояла напротив окна. И меня не покидало ощущение чужого злобного взгляда. Решив, что это последствия дурного сна, укрылась с макушкой одеялом и вскоре заснула.

Утром, выгнав машины, местные старожилы, знавшие в лесу каждую тропку, засобирались в дорогу. Взяв с собой воды и немного припасов для перекуса, мужчины сели в автомобили и друг за другом выехали из деревни, протиснувшись промеж сосен.

- Вот увидите, к вечеру вернуться, - сказала одна из деревенских кумушек.

- Да кто знает, что за напасть приключилась? - вторая перебила товарку.

- Это. А-но-ма-лия, - бабка Аглая по слогам выговорила трудное слово.

- Не смешите народ, - позади толпы стоял большой хмурый мужик, с низким покатым лбом и недобрым взглядом, - всё людям за грехи даётся.