Лара (продолжение истории Любовь для тебя)

Глава 16. Испытание.

Пока они шли, Дима тихонько спросил Боба.

- Скажи мне, как это у тебя получился фокус с копьём?

- С каким копьём,- Боб замялся.

- Оно к тебе в руки буквально влетело. Курадо ничего сделать не смог.

- Ааа… копьё,- Боб взглянул на Диму,- дело в том, что я потомственный Шаман и такие фокусы для меня ерунда,- похвалился он.

- Ну, вот, а сначала идти не хотел, побьют меня там, побьют,- разворчался Дима и подозрительно посмотрел на молодого человека, их проводника.

А тот был очень доволен произведённым фурором! Этот эффектный момент с копьём как нельзя лучше в выгодном свете сейчас его, Боба, представил перед всей деревней и, конечно же, перед старейшиной Гоало. Теперь он мог разговаривать с ним на равных, а не как в прошлый раз. Если так хорошо пойдут дела, то он добьётся успехов во многом.

С разными мыслями они трое подошли к большому дому из глины, выгодно выделявшегося на фоне остальных деревенских хибар. В этом доме были стёкла в окнах и приличные занавески в горошек. Стучать в дверь не пришлось, потому, как естественно их опередили местные и когда наша троица подошла к порогу дома старейшины, им услужливо открыл дверь молодой воин, его личный телохранитель.

- Гоало ждёт вас,- с поклоном сказал он им.

Воин отступил в сторону, давая пройти нашим путешественникам и их переводчику.

После яркого африканского солнца, Дима и Лара ослепли, потому, как внутри дома был полумрак и со света глаза ещё не перестроились, а когда зрение их окрепло они увидели длинный стол на манер скамьи и деревянный трон, с сидящим на нём мужчиной в ярком халате с бусами на шее в несколько нитей, каким- то замысловатым головным убором, который невозможно было разглядеть из- за того, что непонятно было вообще, что это такое и самое главное это тёмные, чёрные, пронзительные глаза старейшины. Он так пристально смотрел на них, что у Лары по всему телу побежали мурашки, хотя на улице, да и в хижине было очень жарко.

Гоало гортанным голосом начал говорить и теперь он посматривал уже на Боба. Было видно, что он не доволен, что тот работает сейчас в качестве переводчика. Однако старейшина стерпел этот момент и не показал виду, что ему неприятен Боб.

- Вижу, эта молодая женщина наделала много шума у меня в деревне,- произнёс Гоало, а Боб старался как можно быстрее переводить и ели успевал за ним.

- Мы не хотели беспокоить вашу жизнь,- ответил на это Дима,- но у вас есть вещь принадлежащая нам. Поэтому мы пришли её забрать.

- Знаю,- Гоало помолчал, а потом продолжил,- Джон приехал к нам год назад и здесь его забрали наши духи,- он поднял две руки вверх и посмотрел на потолок.

Все присутствующие машинально за ним подняли свои глаза к потолку хижины, стараясь рассмотреть там то, на что обратил внимание Гоало. Однако тот продолжил, не дожидаясь, пока путешественники что- то там увидят.

- То, что вы ищете, мы отнесли в наш Храм,- услышали они голос Гоало, а Боб перевёл им его слова,- я вижу эту женщину,- сказал старейшина, не отрывая взгляда от раскрасневшейся Лары,- Джон мне о вас говорил. Сказал, что молодая женщина издалека приедет за этим.

- Да, это моя жена,- произнёс Дима,- так, когда мы это сможем забрать?

- Не всё так быстро,- недовольно ответил на его вопрос старейшина,- то, что лежит в Храме нельзя просто так взять, как любую вещь с полки. Она,- он указательным пальцем ткнул в Лару,- должна доказать, что это её вещь, иначе духи Храма ничего ей не отдадут.

- Зачем же вы отнесли эту вещь в Храм?- недоумевал Дима,- почему нельзя было хранить её здесь,- он указал рукой на пространство комнаты, в которой они все сейчас находились.

- Потому, что это очень ценное,- терпеливо стал объяснять Гоало,- я не могу подвергать искушению жителей моей деревни. Не все в нашей семье такие сильные как воин Курадо или я, поэтому я решил, что Храм именно то место, в котором должна лежать эта вещь.

- Можно подумать из Храма её не смогут стащить,- недовольно сказал Дима.

Боб на автомате все перевёл Гоало. Тот привстал со своего трона.

- Из Храма ничего нельзя взять просто так! Положить можно, но взять обратно, нет! Тот, кто хочет взять должен доказать, что вещь принадлежит именно ему и никак по- другому не получится!

- Как нам доказать то?- Дима посмотрел на Лару.

- Ты!- Гоало указал теперь на Диму,- не нужен, в этом деле! Она! Она нужна!

- Что это значит?- удивилась Лара.

- Вещь принадлежит женщине, вот женщина и пойдёт за ней,- сделал вердикт Гоало.

- Хорошо, хорошо,- примирительно произнесла Лара, видя грозность и серьёзность старейшины,- я согласна.

- Дорогая, я тебя одну не отпущу,- возразил ей Дима.

- Димочка, мне всего- то надо зайти в Храм и забрать мешочек. Я думаю, что с этой задачей справлюсь,- успокоила она его.

Боб даже их разговоры между собой переводил автоматически. Он так увлёкся этой ситуацией, что переводил все досконально.

- Прежде чем женщина войдёт в Храм, она должна пройти обряд очищения!- услышали все присутствующие грозный голос Гоало.

- Какое очищение?!- напрягся Дима.

- Не беспокойтесь, это не страшно,- сказал Боб в полголоса,- это песни, танцы местных жителей. Вашу жену намажут всевозможными благовониями, прочитают над ней таинственные слова и проведут к Храму.

- И всё?- всё ещё с подозрением не верил Дима.

- Верьте мне,- немного обиженно сказал Боб,- я уж такие вещи знаю! С вашей женой ничего не случится, более того с её головы теперь ни один волосок не упадёт. Потому, что как только её начнут готовить к процедуре посещения Храма, духи Храма будут внимательно за всем наблюдать.

- Чертовщина какая- то!- недовольно произнёс Дима.

- Димочка,- Лара прижалась к нему,- не переживай, всё будет хорошо. Помни, что мы это делаем для нашего сыночка Сашеньки! Помни только это. Вот я нисколечко не боюсь!- Лара улыбнулась ему, но коленки предательски дрожали.

Не могла она сейчас показать, что очень волнуется и трусит. Когда цель близка надо идти напролом, а не поворачивать возле самого порога. И Сашу вспомнила. Его глазки, его личико. Как он там сейчас без них? Все мысли были её о ребёнке! Полюбила она Сашеньку, как родная мать, поэтому и страх свой не пускала в сердце, а решимость наоборот поощряла в себе.