Ласковый ветер.

Глава 14. Юля Ефремова.

Мы сидели возле Игоря, сердце моё разрывалось на части, за что его? Кто его? Это ведь не просто уличная драка, это самое настоящее покушение на убийство, причём месть какая-то, наверное, но за что? Неужели Вика? Да не должно, зачем бы она тогда сюда приехала к нему?

-- Игорь... Ты меня слышишь? Дочка говорила с Игорем. Ты мой папа? А мне никто не сказал, я только недавно узнала от дедушки. Я тебе сказки читать буду, отдохну немножко.

Господи, что же делать? Какой ты бледный, Игорь, я держала его за руку, он не реагировал тактильно, но доктор, когда заходил, смотрел, что на аппарате, к которому Игорь подключен, и говорил, что всё даже лучше, чем он ожидал.

-- Девушка, вы больше говорите с ним, он, вероятно, всё слышит и чувствует вас, и ты, красавица, тоже. Это он Маргаритке.

-- Я говорю и сказки читаю. Ответила она.

-- Вот это правильно, умница. Доктор ушёл, а я стала рассказывать Игорю о том, как скучала о нём все эти годы, потому что всегда одного его любила, как ждала и как разволновалась, когда он приехал первый раз с Викой, как трудно было мне, как тяжело далось общение, и как ревела, когда они уехали, всё рассказала, дочка прижалась ко мне и слушала тоже.

— Значит, ты тогда из-за Иго... Ой, из-за папы плакала? А я думала, что ты на меня обиделась. Засыпая, спросила Маргарита.

Я положила её на кровать, да, Игорь один лежит, отец заплатил за всё и организовал ему по возможности комфортные условия, насколько позволительно здесь, в больнице.

— Мам, не плачь, а то... он расстроится.-- Сквозь сон сказала дочка. Ой, она не спит? А я что, плачу? Правда, слёзы.

— Не расстроится, он должен всё знать, спи, моя маленькая.-- Вот этого дочка уже не слышала, она крепко спала.

В палату вошёл Олег Александрович. Посмотрел на сына, потом на меня.

— Юль, тебе тоже отдохнуть надо. Я отрицательно покачала головой. — Ну ты сутки не отходишь от него, надо помыться, поесть хорошо и тебе, и дочке.

— Завтра, сегодня мы здесь останемся, а поесть нам Дарья Сергеевна привозила, как она? Немного отдохнула?

Олег Александрович вздохнул.

— Да где там? Плачет всё время. Я в полиции был, узнал многое, сейчас расскажу. Игорь часто в одном ночном клубе бывал, и однажды вступился за девушку, которую два бандита тащили в машину, за некую Валерию Аршинину, её опрашивали, и она дала показания, что это некто Звонарёв Константин Петрович и Панаев Иван Иванович, клички — Звонарь и Пончик, в полиции пробили их, оказалось, что это бандиты со стажем. Есть подозрения, что они отомстили Игорю за то, что он наподдавал им тогда.

Слава богу, а я уж подумала, что это Вика, теперь подозрения рассеялись.

-- Понятно, не задержали их пока? -- Поинтересовалась тем, что больше всего сейчас важно.

Антипов старший вздохнул, отрицательно покачал головой.

-- Пока нет, но ориентировки разослали всем участковым, патрульным службам. Юль, а Маргаритка? О, она спит, может, домой к нам её забрать?

Ой, этого, наверное, делать не надо, она же и в доме Антиповых не была, проснётся, испугается ещё.

-- Не надо, Олег Александрович, мы завтра вместе с ней поедем к вам, к отцу я всё равно не могу, сами понимаете, он видеть меня не хочет. -- Объяснила ситуацию, впрочем, он давно знает, какая у меня репутация.

-- Юля... Да он уже, наверное, и думать о том забыл, и все забыли, так что ему ещё прощение просить у тебя придётся. -- Кивнул головой Олег Александрович.

Не знаете вы моего папу, он никогда не признает, что не прав, и прощения просить не будет, характер у него — не дай боженьки никому.

-- Не знаю, может быть, вы и правы. -- Согласилась с ним только на словах, а в душе сама себе не верила. Не из того теста отец, он из бетона замешен.

***

Олег Александрович посидел возле Игоря и уехал, а я не могла сойти с места, утром, когда зашёл доктор, я спала, склонив голову Игорю на грудь, а руку его не отпускала.

-- Девушка. -- Тихонько потряс доктор меня за плечо. Я проснулась, ну ничего себе, не помню, как уснула.

-- Я его не сильно прижала? -- Посмотрела на доктора.

Он улыбнулся, покивал головой.

-- Ничего, я думаю, эта ноша для нашего больного приятная, Юля, вы творите чудеса, вас ведь Юля зовут?

-- Юля. -- Подтвердила.

Тут звонок на мой телефон. Ой, как же это я Мирону Петровичу позвонить забыла?

-- Юля, ты где?! Да что за день сегодня? Ни тебя, ни Олега, самые ведущие работники не заявились, у того вообще телефон отключен! Скажите, что случилось? -- Мирон в гневе.

-- Мирон Петрович, мне пришлось срочно лететь в Москву, с отцом моей дочери Маргариты случилось несчастье, его пытались убить, он сейчас в реанимации, в коме, разумеется, и неизвестно, когда выйдет из неё. Так что, пожалуйста, хотя бы десятидневный отпуск можно?

Мирон Петрович немного помолчал, потом сказал:

— Извини, сорвался, сам не рад, ну характер такой у меня. Хорошо, на десять можно, а в парня стреляли что ли? — поинтересовался он.

Я вздохнула, говорить не хотелось о плохом, обсуждать что-то тем более.

— Заточкой. — Коротко ответила.

— Ой, это, наверное, бандит какой-нибудь. Ладно, Юля, через десять дней жду, здоровья твоему парню, сочувствия от меня тебе и дочке и родителям, они у него есть?

— Да, его отец за мной приезжал. Извините, Мирон Петрович, я сейчас занята.

— Хорошо, Юль, давай ставь на ноги парня, как зовут-то его? — поинтересовался ещё.

— Игорь.

Поговорила немного с Мироном и отключила телефон. Устала что-то, и даже сон не снял усталость, дочка ещё спала, намучилась тоже, ребёнок ты мой, надо было раньше сказать, что Игорь твой отец, а я? До последнего молчала, и вот тебе. Дождалась.

***

— Юля, поезжайте домой, отдохните, с Игорем останусь я, поезжайте, Даша ждёт вас. — Олег Александрович проводил нас домой.

Мы ехали к Антиповым с тем же шофером, что вёз нас из аэропорта, дочка рассматривала Москву, а я испереживалась, толком-то мы ещё не поговорили с Дарьей Сергеевной, вдруг она не очень рада, что мы приедем? Может, посчитает это не совсем правильным? Но тревоги мои оказались напрасными, нас встретили как дорогих гостей.