Лавка Магических Гадостей

Глава 17.

Я насыпала в кулек смесь порошков. Запечатала. Произнесла магическое заклинание над зельем и довольно потерла руки.

— Вот! — я передала в дрожащие от предвкушения руки девушки свои снадобья. — Зелье мазать на кожу на ночь и перед балом особенно толстым слоем. Порошки пить. А в этих листьях вымачивать руки. Держать долго, пока вода не остынет. Воду слить под дерево и присыпать землей. Ни в коем случае не давать пить животным.

Беатриса ловко утрамбовала все мои свертки в свою сумочку, а баночку с заветным кремом прижала к груди.

— Спасибо! — с придыханием произнесла девушка. — Вот деньги, госпожа ведьма.

В моих ладонях оказалась горстка золотых монет. Отлично! Вот и новое платье Кристине куплю.

Когда дверь за счастливой обладательницей снадобья закрылась, я довольно подбросила на ладони монетки. Их звон привлек рыжую ведьмочку из кухни.

— Собирайся, мелкая. Пойдем тебе обновки покупать.

В глазах ребенка вспыхнул целый фейерверк эмоций — золотистые искры восторга заплясали в ее изумрудных зрачках, освещая все вокруг теплым сиянием. Ее пронзительный, звонкий крик радости оглушил меня, словно внезапный взрыв хлопушек на празднике, заставив на мгновение потерять дар речи. И в этот же момент произошло чудо! Девчушка, легкая как пушинка, взмыла в воздух! Ее рыжие косички развевались, как крылья взлетающей птицы. Преодолев небольшое расстояние, она буквально врезалась в меня, а ее тоненькие, но удивительно сильные ручонки впились в мою талию с такой силой, что я охнула.

Что-то теплое и щемящее сжало мне горло. Слезы покатились по щекам, но я даже не пыталась их остановить. Потому что в этот миг я поняла всю глубину простой истины: я могу изменить чью-то жизнь. Не в глобальном смысле, а здесь и сейчас — для этого маленького, хрупкого создания, которое сейчас дрожало от счастья в моих объятиях.

Перед глазами внезапно возник образ госпожи Сент-Джеймс. Ее добрые руки, которые когда-то так бережно сжимали мои дрожащие пальцы, ее голос, спокойный как летний дождь, шепчущий слова поддержки; ее улыбка, мудрая и всепонимающая, когда я благодарила ее за помощь.

Теперь я стояла на ее месте. Всего лишь платье. Простая обновка, безделица для взрослого. Но для нее — целая вселенная возможностей, первый шаг в новый мир.

А впереди... Впереди нас ждали сотни уроков и открытий. Я буду держать ее руку, когда она споткнется; вытирать слезы, когда что-то не получится; радоваться ее победам, так, будто это мои собственные. Потому что именно так — терпеливо, нежно, безвозмездно — когда-то поступили со мной.

Я крепче прижала к себе это трепетное существо, чувствуя, как ее маленькое сердечко бешено колотится в унисон с моим.

— Это только начало, малышка, — прошептала я, целуя ее макушку. — Обещаю.

После завтрака мы вышли из дома не таясь. Народ у калитки разошелся. Наверняка одни сопровождали невесту лорда Грейстока в резиденцию его Светлости. А другие отправились новость распространять. Не сомневаюсь в этом. Вот и господин Финч перед нашим носом лавку с лентами да тканями закрыл. Пфф... Подумаешь! Придет еще ко мне за снадобьем от геморроя, припомню ему.

— Откуда ты знаешь, что у господина Финча ге...ро...морой? — Кристина попыталась выговорить новое для нее слово.

Я усмехнулась, глядя на то, как господин Финч припал ухом к створке двери, подслушивая наш с Кристиной разговор.

— Знаю, милая. Видела, как он ходит. Видишь ли, господин Финч много сидит за своей швейной машинкой. Оттого и развился этот недуг. Я много каких болячек мудреных знаю. В одной книге прочла. Я вообще много книг читала. В приютской библиотеке все так точно. А потом и в городской библиотеке. Моя мечта — добраться до библиотеки Академии Магии. Эх! Вот там наверняка есть книги обо всем на свете.

— А зачем тебе столько книг? Я вот и одной не держала в руках.

Я щелкнула Кристину по веснушчатому носику.

— Потому как ценность имеют только знания. Понимаешь? Магией у меня не всегда получается действовать. А вот знания — они всегда при мне. В самом надежном источнике, — я постучала пальчиком по лбу. — Магию могут у нас отнять, запечатать. А вот знания никто не отнимет. Так что я и тебя буду учить читать и писать. Чтобы ты в будущем могла работать и не бояться, что кто-нибудь придет и отберёт у тебя право на твою силу.

Мы перешли улицу и, держась за руки, пошли по переулку, туда, где были другие лавки. Уж кто-нибудь да позарится на золотые монеты.

— Госпожа ведьма, а зачем кому-то у нас силу отнимать? — в голосе Кристины послышалась тревога.

Я промолчала. Потому как нас с любопытством и страхом разглядывали любопытные дамы, сидевшие в одном из уличных кафе. Мы обогнули площадь, стараясь не подходить к злополучному фонтану. Я лишь мельком на него взглянула и сразу дрожь ощутила. Нет, с меня хватит купаний в этом сезоне.

— Сила? Кто же не мечтает прикоснуться к её бездонному источнику?

Я лишь пожала плечами. Что ещё оставалось говорить? Во мне с рождения тлела магическая искра — но не светлая, не покорная. Дурная. Та, что шепчет на языке теней. Кухарка Розалия, бывало, перешёптывалась за моей спиной со служанками: мол, такие, как я, без истинного источника силы чахнут, словно цветы без корней. Я же считала это сказками.

Ах, эти сказки... Ведьмы веками рассказывали легенды о временах, когда магия была едина. Когда не делили нас на белых магов и чёрных ведьм. Когда сила лилась свободно, как река, и каждый мог напиться из её вод. Но потом ведьмы возжелали большего — владеть источниками единолично. Началась война. И белые маги, в своём холодном величии, победили. Теперь их источники сияют, как звёзды, а наши — погребены под пеплом веков. И знаешь, что остаётся, когда у тебя отнимают право на жизнь? Только яд. Только месть.

— А у каждой ведьмы... свой источник силы есть? — не унималась Кристина, крепко сжимая мою руку и робко поглядывая на прохожих.

Я вздохнула.

— Хотела бы я знать, малышка. Госпожа Сент-Джеймс говорила: если ведьма найдёт свой источник — она никогда его не отпустит. Потому что это... как вдохнуть после долгого удушья.