Лавка магических сладостей госпожи Солары

Глава17

Тут ее взгляд упал на стоящий на столе медовик. Парадно упакованный, обвязанный с трудом добытой ленточкой. Тортик, за которым никто не пришел. И хоть Таня оказалась хозяйкой лавки только сегодня, а почуяла девушка неладное.

– Аникеюшка, скажи-ка ты мне, будь ласкова, – протянула Таня и встала наконец на ноги. Освоилась, похоже, с новыми знакомцами. Домовые, надо же! И в голову бы Тане никогда не пришло, что такие существа действительно бывают. Ну, да то мир другой, магический. В нем почему бы и не быть?

– Что, хозяйка? – домовушка внимательно на нее посмотрела и глаза ее будто подернулись пеленой.

– Видишь, медовик на столе?

– Как не видать. Стоит, красуется. Да еще ленточкой перевязан! – Аникеюшка цокнула языком и вспорхнула на край стола.

Вот тебе раз… Таня ахнула. Такая плотненькая, пухленькая, а на тебе.

Домовушка усмехнулась:

– Ты не смотри, хозяйка, на вид мой. Мы ж нечисть. Весу в нас и виду, считай, не имеется. Вот какой я тебе кажусь? – Аникеюшка сверкнула глазками и с улыбкой посмотрела на Таню.

– Ну, ты такая маленькая. Плотненькая, в платочке банданой повязанной. В юбке сборчатой. Румяная да улыбчивая, – принялась Таня описывать ее образ.

Домовушка довольно улыбнулась:

– Надо же, как хорошо я получилась у тебя. Прямо самой нравится, – Аникеюшка оглядела себя, пригладила платочек и вздохнула. – Да вот только нету у меня ни формы, ни образа. Нечисть мы. Вот какой нас хозяйка представит, такие мы ей и являемся.

Таня непонимающе на нее посмотрела:

– Как это, представит?

– Ну как, как. Из головы хозяйском мы образ свой берем, – наставительно сказала Аникеюшка. – Ох, молодость, молодость…

Таня задумалась и просветлела. Выходит, она сама создала этих домовых? Ну да. Книжки же читала, фильмы смотрела. Вот и получилось то, что получилось. Правда, Таню несколько смущала бандана на голове Аникеюшки. Вроде порядочным домовушкам положено платочек под подбородком повязывать. Перед глазами вдруг встала бабуля. А, вот в чем дело-то. Бабуля ведь точно также повязывала косынку, когда на огороде работала. Правда, тогда никто и не думал называть такой способ “банданой”. Таня даже головой покачала. Вот работает как память-то.

– Ах и знатно ты, хозяйка, придумала! Ах и знатно. Вот что значит, из другого мира-то пришла. Красиво как повязано да и нести-то ведь удобней, – прицокнула Аникеюшка, любуясь упакованным медовиком.

Таня зарумянилась. Нечисть не нечисть, а помощники какие. И похвала приятна, чего и говорить.

– Ой, да что это я, – встрепенулась домовушка, – что ты спросить-то хотела?

Таня и сама спохватилась:

– Скажи, а что Солара делала, когда за заказом не приходили?

Аникеюшка нахмурилась и откуда не возьмись на ее лице вдруг появились морщинки:

– Так не было такого, хозяйка! Не случалося. Это ж дело невиданное да неслыханное…– домовушка даже съежилась и стала совсем малюсенькой, похожей на подгоревшую ватрушку.

– Ведь лавка-то магическая, хозяйка… И сладости наши, они ведь не простые. Ох, не простые… Да за нашими сладостями из соседних городов приезжают. И даже из столь града Ливона, бывает, заказывают, – доложилась Аникеюшка и вдруг просветлела лицом.

– Да ты никак про медовик спрашиваешь? – домовушка ожидающе уставилась на Таню.

Таня кивнула.

– Про него, конечно. Другие-то все разобрали. Прямо вот только вытащила из духовки, только кремом намазала, так и в дверь стучат.

– А тут никого. Я вон и лентой обвязала. Вижу, в новинку вам, – усмехнулась Таня и с удовлетворением посмотрела на готовый к транспортировке тортик.

– Ждала, ждала. Дядьки вон только и дождалась, – девушка поморщилась. Воспоминания о дорогом дядюшке Солары были еще весьма ярки.

Аникеюшка помолодела на глазах. Она выпрямилась. Морщинки будто втянулись в кожу и личико ее опять засияло румяными щечками.

– Ох, и напугала ты меня, хозяюшка, – всплеснула руками домовушка.

– Уж думала, что с заказчиком. Да этот-то тортик ведь любимый Сильвера.

Таня наморщила лоб. Сильвер. Имя-то какое знакомое. Да ведь дядька как раз упоминал. Ну точно. Вот совсем недавно.

– Это какой Сильвер? – нервно спросила она и затеребила кончик косы, переброшенной через плечо. – Не бургомистр местный, часом?

– Он, он и есть, – подтвердила Аникеюшка. – Ну тогда дело понятное. Сильвер-то он что? Работает он до вечера. Недосуг ему за тортами бегать.

Таня подняла бровь.

– Неужели у него помощников нет? Сам, что ли, ходит в лавку?

Ей такое и в голову не могло прийти. Бургомистр же это типа мэра, как она понимала.

Домовушка потупилась и нехотя кивнула.

– Вот дела тут у вас! – поразилась Таня и махом опустилась на лавку рядом с Аникеюшкой. Чтобы глава города сам в магазин ходил! Да это что-то из области фантастики.

Таня округлившимися глазами смотрела на смущенную домовушку:

– Или я чего-то не знаю? – вдруг вырвалось у нее.

Глаза Аникеюшки забегали:

– Ты это, хозяйка… Ты только не волнуйся. Я-то думала, может, память какая осталась у тебя от Соларушки-то, – шмыгнула носом домовушка.

– Да ведь он к ней женихаться ходил, – выдала она наконец.

Таня похолодела.

Женихаться? Дело-то хорошее, конечно. Но где Таня и где Солара? Да тот бургомистр уже заочно Тане и даром не сдался. Дядька вон к нему пошел жаловаться. Да и вообще… Не до жениханий Тане пока. Вот совсем не до жениханий.

– Так он и сегодня придет? – дрогнувшим голосом спросила девушка.

– Придет, как не прийти, – степенно ответила домовушка и огладила фартучек.

– И что же мне делать? – прошептала Таня. – Я-то ведь не Соларушка ваша. Он… он ведь тотчас это поймет…

– Да где ему, – снисходительно сказала Аникеюшка и усмехнулась. – Дядька-то не понял и он не поймет. Мы-то у тебя на что? Чай, владеем кой-какой магией.

– Не боись, хозяйка. Прорвемся, – пробасил вдруг молчавший до того Боровичок и залихватски сдвинул шляпу на затылок.