Лавка проклятых вещей для попаданки

Милая сестрица

Я стояла на ступенях храма, пылая праведным гневом, как дракон, которому наступили на хвост. Толпа глазела на меня, будто я только что объявила себя королевой зомби.

– Ну? – рявкнула я. – Ответит мне кто-нибудь? Или мне пешком топать до замка?

Люди отшатнулись, как от чумной. Кто-то даже перекрестился, а дама в перьях, которая только-только очнулась от обморока, снова начала оседать. Священник забормотал что-то про «нечистую силу», а молодой парнишка, судя по его одежде, чей-то паж, который минут назад чуть не потерял глаза от удивления, спрятался за колонной. Даже парень с хлебом в руках перестал жевать и смотрел на меня с опаской, будто я могла призвать молнию или, того хуже, попросить у него кусок булки.

– Нет, ну вы серьёзно? – я закатила глаза. – Ладно, разберусь сама.

Я спустилась по ступеням, подол платья волочился за мной, как хвост обиженного павлина. На улице бурлил город: торговцы орали про свежую рыбу, лошади фыркали, а кареты сновали туда-сюда. Я заметила одну с гербом — вроде бы наш, с каким-то вычурным орлом. Кучер, лысоватый мужик с лицом, будто он всю жизнь жевал лимоны, курил трубку и явно не собирался никуда ехать.

– Эй, ты! – ткнула в него пальцем. – Это карета дома Дарнель?

Он лениво глянул на меня, поперхнулся дымом и чуть не свалился с козел.

– Л-леди Иветта?! Вы же… померли!

– О, поверь, я очень даже живая и очень злая. Вези меня домой. Сейчас же.

Кучер побледнел, но спорить не стал. Видимо, перспектива везти «воскресшую» госпожу пугала меньше, чем мой взгляд, обещавший неприятности. Я забралась в карету, которая пахла старой кожей и чьим-то одеколоном, и мы покатили по булыжникам.

Пока город мелькал за окном, я пыталась собрать мысли. План был прост: доехать до дома, переодеться из этого погребального кошмара во что-нибудь более удобное и не такое претенциозное, принять ванну, потому что я пахла, как церковный склад, и разобраться с Лирейн. Желательно без рукоприкладства, но это как пойдёт.

Дома — а точнее, в огромном особняке с колоннами и статуями и маленьким фонтанчиком в виде журавля перед входом, меня встретила тишина. Ну, почти.

Слуги, завидев меня, разбегались, роняя подносы и швабры, а одна горничная завизжала и спряталась за гобелен. Что неудивительно, слухи о моей «смерти» просто не могли не разлететься.

Проигнорировала хаос, направившись наверх, в покои Иветты, которые, судя по памяти, были где-то на втором этаже.

Там я и нашла Лирейн.

Она стояла перед зеркалом в моём свадебном платье — белоснежном, с кружевом и жемчугом, которое, честно говоря, выглядело как мечта любой невесты даже из моего мира. Лирейн крутилась, напевая что-то слащавое, и поправляла фату, явно уже представляя себя герцогиней.

Её русые волосы были уложены в сложную причёску, а на лице сияла улыбка, которая могла бы растопить лёд. По крайней мере, до того момента, как она заметила меня в дверях.

– Иветта?! – фата слетела с ее макушки, а улыбка сменилась выражением, будто она проглотила лимон. – Ты… ты же…

– Сюрприз, сестрёнка! – я скрестила руки, прислонившись к косяку. – Неплохо выглядишь в моём платье. Решила, что раз я «умерла», то можно прибрать к рукам не только герцога, но и мой гардероб?

Лирейн побледнела, но быстро взяла себя в руки. Её глаза сузились, и она шагнула ко мне, всё ещё держа в руках подол платья.

– О, сестрица, ты не понимаешь! Это всё ради семьи! Герцог ждёт невесту, и я просто… взяла на себя твои обязанности. Ты же была так слаба, так больна…

– Больна? – я расхохоталась. – Ты спихнула меня с лестницы, Лирейн! Это не болезнь, это покушение!

Она фыркнула, но её щёки покраснели.

– Не драматизируй! Ты упала, а я… я просто воспользовалась моментом. Герцог Каэль — моя судьба! Он никогда не смотрел на тебя так, как на меня. Я создана для него!

– О, правда? – я шагнула ближе, и она невольно отступила. – Герцог никогда не приезжал в наше графство, чтобы иметь возможность вообще на кого-либо из нас посмотреть. Очнись, Лирейн! Можно подумать, что это ты, а не я свалилась с лестницы, хорошенько приложившись головой.

– Ты ничего не понимаешь! – прошипела она. – Почему ты вообще… здесь?!

– А в чем проблема? Не рада «выздоровлению» собственной сестры? Или боишься, что я всё расскажу герцогу?

Отца специально не упоминала, уже зная, что он, после гибели матушки, слишком сильно погрузился в управление графством, чтобы уделять какие-то толики внимание своим дочерям. Даже самой Иветте иногда казалось, что он не заметил даже бы то, если бы пропали обе. Что и и объясняло его отсутствие на моих «похоронах».

Лирейн вдруг взвизгнула и бросилась на меня, целясь ногтями в лицо, как какая-то фурия. Я была готова — спасибо той паре уроков самообороны в спортзале из прошлой жизни. Поймала её запястья и оттолкнула так, что она шлёпнулась на кровать, отчего подол ее платья задрался и она смешно барахталась пытаясь подняться.

– Хватит, Лирейн, – сказала я, нависая над ней. – Прошлой Иветты больше нет. Та, что терпела твои выходки, осталась на той лестнице. Я не она. И знаешь что? Можешь забирать своего проклятого герцога. У меня другие планы на жизнь.

Она замерла, глядя на меня, как на сумасшедшую. Потом вскочила, чуть не порвав платье.

– Да как я его заберу?! – её визг переходил на ультразвук. – Если ты жива, герцог обязан взять в жёны старшую дочь! Таковы традиции! Ты не можешь просто отказаться!

– О, ещё как могу, – ухмыльнулась я. – Только прекрати орать, как бешенная. Бери своего Каэля, его проклятье и его жуткий замок. Я тебе его официально уступаю. Но если он узнает, что ты сделала, не жди, что я буду тебя прикрывать.

Лирейн задохнулась от возмущения, её лицо стало пунцовым.

– Ты… ты не посмеешь! Я уже всё спланировала! Я буду герцогиней, а ты… ты никем!

Я пожала плечами.

– Зато живой и свободной. А ты наслаждайся своим «счастьем» с мужиком, которого боится половина королевства.