Лавка редкостей 1, или Наташа, ты попала

Глава 14. Где я знакомлюсь с любимой женщиной Александра и понимаю, что ревновать нет смысла

Утром едва забрезжил свет, я уже была на ногах. Совершенно разбитая и не выспавшаяся. Остаток ночи мне снилась всякая белиберда. Я все время гасила огонь, который пытался сожрать этот мир. Кричала, ругалась, топотала ногами. И ужасно не хотела возвращаться домой. Здесь мне нравилось. Тут я впервые почувствовала себя важной, нужной и особенной.

Утро с трудом развеяло ночные тревоги. Рядом со мной было пусто. Хрусь и Кусь унеслись по своим драконьим делам. Зеркало отразило бледное лицо с залегшими под глазами тенями. Причесывая роскошную гриву волос, я мысленно повторяла про себя, что нужно сделать в первый черед: «Привести себя в порядок, чтобы быть готовой к выходу в город, и позавтракать».

Можно еще дождаться открытия «Пончика», чтобы попросить о помощи соседей. Им хорошо видно мою дверь. Если Александр придет, когда меня не будет в лавке, если я вдруг с ним разминусь, чтобы передали ему записку.

Что еще? Ах да! Не мешало бы расспросить Марту о планировке города. Надо, в конце концов, понять, где живет маркиз. Далеко ли это? Вдруг туда можно дойти пешком? А если далеко, то узнать, где здесь лучше нанять экипаж? Или не экипаж? Интересно, на чем тут ездят приличные девицы?

Я отложила в сторону щетку и поправила шпильки в волосах. У меня вырисовывался хоть какой-то, да план действий. Первые два пункта я выполнила без труда. На третьем дело застопорилось. Написание записки не шло никак.

Как мне изложить просьбу? С чего начать? Дорогой маркиз дель Гранже? Ага, а вдруг окажется, что дорогим тут назвать можно только близкого человека?

Уважаемый Александр? Тоже фамильярно ни с того ни с сего вдруг по имени-то. Многоуважаемый Александр Витторио маркиз Дель Гранже? Я поморщилась. Фу, аж зубы сводит от официоза. Мне так и не удалось придумать, как начать, когда над входом брякнул колокольчик.

Облегчение при виде посетителя было таким огромным, что от радости я бегом устремилась к своему спасителю, начисто позабыв про вежливость и этикет:

– Алекс, как я рада тебя видеть! Ты уже успел подарить шкатулку той даме? Успел? Срочно нужно ее вернуть! Бабуля Тереза пропала! Дом без нее с ума сходит.

– Тише, Наташа, тише! – попытался угомонить меня маркиз. – Давай еще раз по порядку. Что у тебя случилось, и при чем здесь шкатулка?

Я слегка перевела дух, собрала мысли в кучку и попыталась говорить спокойнее. Получилось не очень, но уже куда лучше, чем в первый раз.

– Бабуля влезла в артефакты, которые я отложила для тебя. И с тех пор ее нет. Мои дракошки сказали, что она каким-то образом попала внутрь шкатулки. Я об этом не знала. Выходит, я продала ее вместе с подарком для твоей дамы. Понимаешь?

Он серьезно кивнул, наморщил лоб.

Я поспешила пообещать:

– Ты ничего такого не думай, я деньги верну, все возмещу. Мне бы только бабулю обратно получить.

Он знаком велел мне замолкнуть.

– Теперь все ясно. Едем прямо сейчас. Денег не надо. Только захвати какой-нибудь предмет из лавки, который подошел бы в качестве временного вместилища для духа мадам Терезы.

– А что подойдет? Что нужно? – Я немного растерялась.

– Пустые емкости есть?

– Полно. Сейчас принесу.

Я бегом бросилась в кабинет, где целая полка была заставлена разнокалиберными флаконами. Сгребла не глядя, сколько влезло в ладони, прихватила на всякий случай табакерку и принесла все в зал.

– Вот.

Антикварные вещицы посыпались на стойку. Алекс расставил их в рядок, сверху провел рукой.

– Замечательно, этот подойдет, – выбрал он красивый пузатый флакончик из граненого зеленоватого стекла. Пояснил: – Здесь тоже есть магия. То, что надо для духа. Ты готова? Если да, можем выезжать хоть сейчас.

Возможно, в другое время меня бы поразило, как легко перешел он на «Ты» вслед за мной. Но в тот момент я этого даже не заметила происходящего, потому что оглядела себя и вдруг поняла, что так и бегала по лавке в плохоньком домашнем платьишке. Увидела и громко ойкнула.

– Почти! Мне надо переодеться.

– Давай быстрее. Духи хранители очень страдают, если их увозят из того места, которому они должны служить.

Последние слова меня подстегнули, я ринулась в спальню со всех ног, оглядела свои наряды и схватила новое васильковое платье. Понять мои мысли было легко. Мы едем в дом к знакомой даме маркиза, а, значит, я не должна ударить в грязь лицом. Возможно у меня и нет такой одежды, как у здешней аристократии, но...

На этом месте поток моих мыслей забуксовал, я вдела руки в рукава, поправила под платьем сорочку, приладила на место плечи, юбку, кружево горловины и попыталась застегнуть пуговки на спине.

Ага! Как бы не так. Пальцы подрагивали от волнения, никак не могли поймать петли. Я с трудом осилила штуки три сверху и столько же снизу. Поразилась сама себе, как легко умудрилась вчера вечером всё это снять. Изогнулась самым немыслимым образом, растрепала всю прическу, раскраснелась, психанула и топнула ногой.

Время шло. Драгоценное, между прочим, время. И бабуля где-то страдала. Одна! Без дома! Без дракончиков! На чужбине! Я сдула с лица непослушную прядь, выскочила стремглав в зал, повернулась к Алексу спиной и велела:

– Застегни! У меня ничего не получается.

Еще успела заметить обалдевшее лицо и только потом поняла, что происходит.

Мама дорогая! Как это я так? Но бежать назад было уже поздно.

Маркиз героически проглотил смешок. Принял вид невозмутимый, аристократический.

Я не знаю, как часто до этого дня ему приходилось застегивать пуговки на дамских нарядах, но справился он на отлично. Очень скоро я услышала:

– Все, готово. Больше ничего застегнуть не надо?

Ах ты язва! Ни за что не признаюсь, что опростоволосилась. Если натворила черт знает что, надо сделать вид, что все идет по плану.

Я вернула своему лицу самое невинное выражение, обернулась и сказала серьезно:

– Нет, все остальное, у меня уже застегнуто.