Лавка редкостей 1, или Наташа, ты попала

Глава 16. Где бабуля становится шелковой, а я отправляюсь на рынок

В этот день спать я легла совсем рано. От волнений и изумления на меня навалилась такая усталость, что к вечеру просто не осталось сил. Платье опять сняла с огромным трудом. Пуговицы на спине - тот еще квест. Что ни говори, а вся эта красота шилась в расчете на служанок и мамок с няньками.

Ночь прошла удивительно тихо. Похоже, здешние боги решили меня отблагодарить покоем.

Жаль, что хватило их ненадолго. Утром же я проснулась от весьма необычного выступления.

– И где тут моя красавица? Где моя сладенькая? - раздалось от дверей.

Голос бабули звучал так, словно она задалась этим вопросом исключительно с гастрономическим интересом. Мне явственно представилось, как призрак стоит над спящей мной с ножом и вилкой, стоит и облизывается. Видение было таким ярким, что я вздрогнула всем телом и открыла глаза.

Реальность оказалась еще удивительнее предположений. Бабуля Тереза с умильной улыбкой на тонких губах висела возле кровати. В руках ее был необычный поднос: прямоугольный, деревянный, с небольшими ножками. По спальне разливался аромат кофе, щедро сдобренный ванилью.

– Где тут моя спасительница?

Призрак старательно осклабился. Даже с моей позиции стало видно, что рот у него полон зубов. Белых, крепких, отнюдь не старческих.

– Это что? - указала я рукой на поднос, и пальцы у меня предательски дрогнули.

– А это я своей любимой Наташеньке завтрак принесла. Утром, как поднялась, так и отправилась в «Сладкий пончик». Думаю, драгоценная моя мадемуазель проснется, а дома кушать нечего. Непорядок это.

Сюсюкающая ипостась фамильного призрака отчего-то напугала меня куда сильнее, чем обычная ворчливая. Я глянула подозрительно, но ничего опасного заметить не смогла.

– Это мне?

В словах моих все еще было недоверие. Глаза невольно рыскнули по комнате. Где моя любимая сковородка? Надо не забывать носить ее с собой. С ней как-то спокойнее.

Бабуля подплыла ближе, старательно семеня по воздуху ногами. Улыбка ее стала такой широкой, что выползла за пределы призрачного лица. Было видно, что старается спасенная изо всех сил, но с непривычки дается ей это непросто.

Поднос удобно встал на постель поверх моих ног.

– Спасибо, бабушка Тереза, – осторожно, боясь обидеть призрака, поблагодарила я. – Но я тут подумала и решила, что буду готовить сама. Слишком уж расточительно с моей стороны питаться в кофейне.

Заметив, что дух-хранитель внимает моим словам одобрительно, решила закрепить успех:

– И уж совсем неразумно уничтожать запасы дорогущих эликсиров.

Призрак фыркнул, но промолчал, хоть я всерьез ожидала услышать коронное: «Вот в мое время!»

Не услышала и поспешила отпустить шпильку. Профилактически.

– Я же не знала, сколько они стоят. Вот если бы вы, как настоящий дух-хранитель, как мудрый наставник неопытных девиц, как мой самый близкий друг, наконец! – Я сделала паузу, прочла на лице бабули живейший интерес и искренне улыбнулась: – Если бы вы подсказывали мне, когда я совершаю ошибки. Давали советы, когда нуждаюсь в помощи, мне бы было гораздо легче.

Бабуля склонила голову набок и растянула губы в улыбке столь сладкой, что у меня дернулся глаз.

– Все что угодно для моей хозяюшки, для моей Наташеньки, – пропела она.

Я нервно икнула и выпалила заготовленный вопрос:

– Вы не знаете, где здесь находится рынок? Хочу сходить туда сегодня и закупить продуктов.

– Знать, что он есть, знаю, но объяснить, где именно, не смогу. В мое время никакого рынка и магазинов не было. Мы жили проще. Всё нужное выменивали друг у друга, договаривались между соседями или ждали, когда ярмарка соберется. – Бабуля торжественно воздела вверх палец и сделала паузу. - Тут уж каждый стремился сделать запасы впрок, а не как сейчас.

Губы ее привычно неодобрительно поджались. Палец поправил пенсне. Глаза под призрачными стеклами сверкнули. И я услышала продолжение:

– Женевьев рассказывала про эти ваши новомодные веяния, но я всегда ей ставила в пример уклад жизни предков. Всегда говорила – негоже так жить. И тебе скажу – вот в наше время, не покидая дома, можно было год протянуть. А тут повадились – что ни неделя, бегут за припасами. Тьфу! Ну куда это годится?

Бабуля подбоченилась и выдала резюме:

– Подумай как следует, Наташа Риммель, я тебе худого не присоветую.

Я отхлебнула кофе и осторожно намекнула:

– Но сейчас-то запасов нет. И хранить их негде. Был бы у меня погреб, а лучше холодиль... – я осеклась, отругала сама себя, что едва не проговорилась и поспешила исправиться, – холодник какой-нибудь или ледник. Да и продукты с рынка всяко дешевле, чем пироги от Марты и баночки-бутылочки из драконьего буфета. Дайте только мне время освоиться с печкой, я не хуже соседки пирогов вам напеку.

В глазах бабули мелькнуло недоверие:

– Нешто эта стерва Режина научила тебя кулинарной премудрости?

Я затихла, не зная, что ответить, но бабуля придумала ответ сама:

– Ни за что не поверю. Небось, бегала тихонько на кухню и подглядывала за поварами?

Я старательно закивала.

– Так я и знала. Не похоже на эту дрянь. Не умеет она делать добрых дел. Вот по тебе видно, что ты девица приличная, работящая, к наукам прилежная. А там...

На волне похвалы я решила ковать железо, пока горячо, и выпалила следующий вопрос:

– Кстати, бабулечка, а чем вы расплачивались с Мартой? Тетиными запасами? Или я там опять чего-то должна?

Стоило мне заговорить о деньгах, бабуля немедленно шмыгнула в стенку, рядом с которой висела во время беседы. Надо понимать, я попала в точку. И призрак вогнал меня в долги. Ну ладно, отдам Марте деньги, как раз и расспрошу её про рынок.

– Спасибо, было вкусно! – крикнула я вдогонку.

Будем считать, что призрак меня услышал.