Лавочка мадам Фуфур. Технари-колдуны

Шефская помощь и коварный хвост

— Усмири её! — простонал Веник, когда Ракушка опрокинула очередную гору коробок. На пол посыпались эльфийские браслеты, механические роботы, бумажные куклы и наборы с летающими пластмассовыми феями. Когда лавина свертков утихла, Кушка виновато утопала в сторону и по пути смела хвостом ещё одну стопку детских книг. Она вообще любила работать хвостом, наша Ракушка.

…С тех пор, как мы её купили, прошло больше месяца. Кушка по-прежнему жила вместе с нами, и с каждым днём все мы всё крепче привязывались друг к другу. Она была молодой, неопытной и по драконьему исчислению совсем недавно перестала считаться подростком. Несмотря на это, порой я чувствовал себя куда глупее её. Она как-то совмещала всё сразу: была нам питомцем, рабочим инструментом, будильником, охранником и даже поваром — дракониха частенько помогала на кухне, особенно когда готовилась курица. И, что уж совсем смешно, иногда она брала на себя роль мамочки. Напоминала, что пора обедать или ложиться спать, подтыкала одеяла, заставляла покупать свежие овощи и зелень и запрещала работать при скудном освещении — выла и прыгала, пока мы не добавляли света.

Но всё это — более бытовая сторона вопроса. Главное и неуловимое состояло в специфичном драконьем уюте, который создавала Ракушка. Её присутствие обернуло нашу холостяцкую квартиру в какое-то облако тепла: по углам, накрыв пыль, рассыпались искристые тени, в кухне запахло едой (а не только разогретыми полуфабрикатами и кофе). Кажется, мы даже перестали разбрасывать по полу смятые бумажные платки!

И ещё (за это я был благодарен ей больше всего) — из квартиры ушла ночная стылость. А всё оттого, что в простенке между кухонным диваном и огромным, в пол, окном, на пожаропрочной подстилке спала и мягко светилась во сне Кушка. Вот так вот оконфетилось, устаканилось, порыжело наше с Веником холостяцкое житьё.

Мы полюбили дракониху — каждый на свой лад. Вениамин — слегка ворчливо (но он всегда любил поворчать), я — как-то чересчур заботливо и с опаской. Постоянно переживал, не холодно ли ей, не голодна ли, не устала ли. Порой Кушка терпеливо страдала от моей излишней опеки. Но в конце концов Вениамин устроил настоящее внушение о том, что она всё-таки — настоящий дракон, и уж сумеет о себе позаботиться получше неумехи-человека. Ракушка виновато потупилась, но возражать не стала. А я уж было обиделся, но тем же вечером случайно подглядел, как Веник украдкой суёт Куше молочный шоколад.

…Шли дни, дракониха привыкала к Полису и к нашей жизни, настраивалась на наш лад, и вскоре мы планировали впервые посетить Край Мира. А пока старались как можно чаще выводить её в город и таскали с собой по всем делам — в том числе и в старое кирпичное зданьице на Николямской улице, где мы уже второй год подряд в рамках шефской программы нашей базы помогали упаковывать праздничные подарки.

Я был уверен, что взять Ракушку на упаковку — хорошая идея: и ей разнообразие, и нам веселей. Но её неугомонный хвост не давал покоя ни одной коробке и уже успел познакомиться с каждым стеллажом — вот и очередная стопка книг полетела на пол.

— Утихомирь её! — взвыл друг. Дракониха испуганно подпрыгнула, но на этот раз я среагировал мгновенно: образовал вокруг коробок локальный вакуум и снял гравитацию. Ракушка, икнув, подтянула хвост и отбежала, мой товарищ вовремя подхватил, подстраховал и выпрямил ещё одну пошатнувшуюся стопку подарков, а я осторожно вернул на место воздух и силу тяжести.

— Ракушка, — несмотря на усталость и раздражение, я постарался обратиться к ней как можно ласковей. — Давай ты дождёшься нас на балконе. Мы закончим упаковывать вот эти две груды, а потом пойдём перекусить. Договорились?

Дракониха согласно и виновато кивнула и попятилась к балконной двери.

— Стоп-стоп-стоп, — быстро сказал напарник, перехватывая её хвост. Ракушка пока неважно понимала человечий, но грозную интонацию уловила и замерла. — Зря ты отправил её на балкон, — это уже мне. — Она по пути снесёт все упакованные посылки.

Я страдальчески покосился на ряды обмотанных ярко-зелёным скотчем коробок.

— Мда. Тогда так. Куша, стой на месте. И терпеливо жди. Я знаю, тебе больше нравится резвиться, но мы должны сегодня это закончить. А завтра поможешь нам довезти посылки на почту.

— «Фуфур и компания», — ядовито кивнул друг и выдал их слоган: — «Почтовая феерия: ваш груз долетит на крыльях фей!»

— Веник, не язви. Давай поскорей закончим. Очень хочется поужинать раньше полуночи.

И мы продолжили паковать подарки малышам разных реальностей. Шефская программа «ТехноДоброБот» доставляла детям наборы кукольной эльфийской посуды, коробочки с принадлежностями юного садовника и пластмассовыми семенами из императорских теплиц, пластилиновые шаманские украшения, игрушечные мётлы, светящиеся ветряные краски, карнавальные костюмы колдунов и драконов…

— Слушай, чувствую себя малолетним эльфёнышем, — хрюкнул друг, примеряя эльфийские уши.

— Они тебе малы, балда.

— О, вот что придётся в пору! — продолжал веселиться Веник, напяливая плащ, имитирующий драконью чешую. — Или вот это! Ну-ка, ну-ка…

Он хрюкнул ещё раз, потянулся за парой когтистых перчаток, сделал пируэт… И вдруг исчез.