Лазурное сердце. Истинная для морского дракона

Глава 2. Пульс под утёсом

Зов не слышался ушами — отдавался в костях. Тянул. Требовал. Похоже на тоску, но такую древнюю и глубокую, что перехватывало дыхание.

Приди...

Замерла. Показалось? Или этот остров тоже проклят, как и я, и теперь сводит меня с ума?

Но зов повторился — отчётливый, пульсирующий толчок откуда-то снизу, из темноты у подножия утёса.

Разумом я понимала: лучше вернуться в домик смотрителя и закрыть за собой дверь. Но ноги уже несли к выходу. Что-то тянуло вниз, прямо в шторм. Такая же необходимость, как дыхание.

Я спускалась по скользким камням. Ветер толкал в спину, норовя сбросить в кипящее внизу море. Цеплялась за выступы, обдирая ладони, сползала всё ниже — ведомая беззвучным зовом.

У самого основания скалы, там, где волны с грохотом разбивались о камни, воздух изменился.

Холод отступил.

Сначала я подумала — лихорадка. Но нет. В лицо пахнуло жаром, как из открытой печи. Здесь, среди ледяных брызг, это казалось невозможным.

Я шагнула за выступ и увидела узкую расщелину. Она светилась слабым красноватым светом, и именно оттуда шёл жар.

Протиснулась внутрь, стараясь не задеть раскалённые стены.

Пещера оказалась маленькой — скорее каменный мешок, чем грот. Низкий свод давил на плечи, заставляя пригибаться. Стены влажно поблёскивали, испещрённые красными прожилками. Они пульсировали в такт зову, который привёл меня сюда. Воздух дрожал от жара, и в этом мареве я не сразу разглядела...

Человек. Молодой мужчина.

Зажала рот рукой, подавляя крик.

Мужчина словно врос в стену. Камень оплыл вокруг его тела, сковав ноги и торс, оставив свободными только плечи и голову. Будто скала поглотила его — или пыталась выплюнуть, да так и застыла на полпути.

Голова бессильно свесилась на грудь. Длинные тёмные волосы спутались, прилипли к лицу. Обнажён по пояс, и кожа...

О, Высшие маги!

Кожа испещрена шрамами.

Старые — белые, гладкие. Свежие — рваные, незажившие, но не кровоточащие. Они тлели изнутри, мерцая тусклым багровым светом. Лицо отливало лазурью, словно под кожей текла не кровь, а расплавленные драгоценные камни. От него исходил жар.

Жив ли?

Я шагнула вперёд, преодолевая страх. Волна жара ударила в лицо — мокрая одежда высохла мгновенно. Протянула руку.

Кончики пальцев коснулись плеча.

В тот миг, когда я дотронулась, пещера содрогнулась. Камень вокруг его тела пошёл паутиной трещин — и осыпался.

Он качнулся вперёд.

Я не успела отскочить. Его тяжесть обрушилась на меня, сбила с ног, прижала к полу. Рухнули вместе — я и этот странный, горящий мужчина, которого выплюнула скала.

Познакомимся с героями?

Тея

Наш дракон, он же Даррен

Вместе

***

Я попыталась дёрнуться, но скинуть его — всё равно что сдвинуть гору.

Он зашевелился. Неловко, тяжело, но с пугающей звериной мощью.

Пальцы сомкнулись на моих запястьях. Вдавили в каменный пол, зажав над головой.

Хотела вскрикнуть — получился только выдох.

Мужчина навис надо мной, тяжело дыша. Руки подрагивали от напряжения. Несколько секунд он просто держал меня, будто ожидая атаки.

Потом — медленно, словно просыпаясь — поднял голову.

Наши глаза встретились.

Его взгляд скользнул по моему лицу — лоб, скулы, губы. Хватка на запястьях ослабла.

Он приподнялся, всё ещё не сводя с меня глаз. Мышцы перекатывались под кожей, вены пульсировали неестественным светом.

Я смотрела снизу вверх и не могла отвести взгляд.

Глаза.

Тёмно-синие, как штормовое море на той глубине, куда не проникает солнце. Но в самой середине зрачка вспыхнуло и погасло золото.

Это длилось мгновение. Затем золото растворилось в синеве, оставив только мутную пелену боли и безумия.

Он смотрел на меня, но я не была уверена, что видит. Взгляд блуждал по лицу, задерживаясь на губах, на мокрых волосах, на пульсирующей жилке у виска.

— Кто… — голос как скрежет камней при обвале. Низкий, вибрирующий где-то в грудной клетке. — Кто ты?

Его рука оторвалась от пола. Я вжалась в камни, ожидая удара. Зажмурилась.

Но удара не последовало.

Горячие пальцы легли мне на шею. Там, где кожу стягивал старый шрам проклятия.

Расстояние между нами сократилось до ничтожного. Я видела каждую пору на его коже, каждую капельку пота, стекающую по виску.