Лазурный Нефрит. Братство Гор и Рек.

12 глава «Дева Дождя»

А-Яо

— Еще, еще! — требовал мастер Мрака, после очередного разряда молний.

От его одеяния практически ничего не осталось. Лишь обожженные тряпки. Тело же было покрыто ожогами, черными и кровавыми. Узоры черных молний, от принятых техник, покрывали его почти полностью. По лицу же стекали струйки крови, с раненой головы. По подбородку бежали алые дорожки, он кашлял кровью поврежденных внутренних органов. Волосы, до этого уложенные, лежащие локон к локону, растрепаны и покрыты копотью. Но все равно продолжал улыбаться и радоваться происходящему. Требовал продолжения:

— Дальше, котик, дальше!

— Неужели вам мало? — и приготовился к призыву третьего закона Грома и Молний, как почувствовал колыхание мрака под своими ногами. Миазмы, до этого мастером выпущенные, теперь возвращались к нему с невероятной скоростью, а это значит только одно: — ловушка, — догадался я, посмотрев на Учителя, старейшину и небожителей, — Зараза! — выругнулся я, отзывая технику законов, складывая одну единственную, способную накрыть, закрыть и защитить даже на расстоянии.

Мало, очень мало времени было на то, чтобы сложить нужные печати и оказаться подле учителя и остальных спутников. Миазмы мрака, призванные Фэнг-сяньшенем, стелящиеся под его ногами, поднимались выше, закручиваясь вихрем. Черно-алый туман мрака практически поглотил Генерала, возвращая и троекратно усиливая мощь его техник и тела. Я еле успел сложить последнюю печать и оказаться подле учителя, призывая:

— Ко мне! — на инстинктах, Бай-сяоцзе и Сяо-сяньшень оказались рядом, тогда-то я и смог, опустив руку к земле, отпустив технику, произнести: — Тело нефритового Дракона! — самая мощная защитная техника в роду Шень. Сильнее только «Недвижимый драконий массив», мне на этом уровне недоступный.

Призванный мной дракон, ревя и треща молниями, скаля пасть и угрожая когтями, окутало нас своим гибким, покрытым чешуей телом. Защита идеальная, даже Бай-сяоцзе не пробьет. Но на эту технику уходит слишком много энергии. Ведь я отдал больше половины резерва на Закон и Печали молний. Надолго меня не хватит. Это понимали все, в том числе и Генерал мрака, шагающий к нам медленной и вальяжной поступью.

— Догадался, значит, котик! — не вопрос, а утверждение. Так как если бы не догадался, продолжил сражаться.

— Самоистязание! — произнес я одну из запретных, даже у мастеров темного пути технику, которой не брезгуют пользоваться мастера мрака.

Основывается эта техника на причинение боли самому себе. Часто, своими руками, подручными средствами: ядами, иглами, кинжалами, но можно и за счет противника и его самых мощных и болезненных техник. Закон Грома и Молний одна из таких, как и Печати Молний. Чем разрушительнее урон тела, меридиан и ядра совершенствования, тем сильнее будет обратная отдача. И тем выше станет уровень у мастера. Ненадолго, но все же.

— Ученый котик! — с широкой улыбкой и полным безумия взглядом, сказал мастер Фэнг-сяньшень. А потом вновь дико и протяжно рассмеялся. — Твоей техники надолго не хватит, котик, — сказал он, играясь с клубком мрака, резво бегающего между пальцев, — тебя, и всех тех, кто рядом с тобой, ждет такой же конец, — и показал на лежащих на земле мастеров. Его подчиненных. Искалеченных.

Тела их были обглоданы мраком. Голодным, требующим плоти и страданий. На лицах младших мастеров застыл предсмертной маской ужас и страх. Боль исказила когда-то симпатичные черты каждого из покойных. Мрак же, выпущенный на волю, продолжал искать пищу, шипя и скрипя чистыми от плоти костями. Такая же участь ждала и нас, но не сейчас. В данный момент сил у меня предостаточно.

— Сяо-сяньшень, — обратился старейшина к Махаону, — у вас хватит сил на то, чтобы повторить «Снежную Тишину»? — Сяо Хуа не был уверен, но мог попробовать. Все же это лучше, чем погибнуть в клыках мрака. А дева Бай готова была поддержать его и напитать божественной энергией.

— Если что, я призову Тен-эра, — сказал учитель, извлекая из рукава одеяния перо второго главы. — Оно последнее, но если вдруг не останется другого выхода…

Учитель не договорил. Генерал Фэнг подошел очень близко к Драконьему телу и попробовал защиту на прочность, применяя одну из техник мрака. Сформированный из черно-алых миазмов кулак ударил по куполу. По поверхности побежали разряды, проявилась чешуя, послышался недовольный драконий рык. Защита выдержала эту атаку, как и несколько последующих. Но защита не продержится вечно. Да и мой запас энергии не бесконечен. Особенно если Фэнг-сяньшень что-то в стиле мастеров мрака сотворит.

— Скучно! — сказал он, отходя от Тела дракона, — я не наигрался! — и подходит к телам подчиненных, им же и убитых. — Игрушки сломались, — говорит, взяв одну из обглоданных костей, — но я их починю!

О том, что он собирался сотворить, я не ведал, но знал Махаон. Как бродивший по землям смертных долгие годы, он в курсе многих умений мастеров, как светлых и темных, так и тех, кто отдал мраку душу. Техника этого Генерала что-то наподобие техники марионеток, только там использовались или куклы, или живые люди, тут же…

— Мертвецы! — вздрогнул я, когда покореженные мраком трупы дернулись и поднялись.

Окутанные миазмами, с черными провалами в глазницах, скрипя костьми, откликались на зов Генерала мертвецы. Вместо слов — рык и скрежет. А сила, не сравнимая с силой человека, даже будь тот трижды мастером светлого или темного пути. Ведь мертвец, ведомый миазмами и приказом хозяина, не чувствует боли, страха. Только одно — жажда боя.

— Поиграем! — рассмеялся Фэнг-сяньшень, формируя в руке из потоков мрака что-то наподобие молота.

Занеся его над головой, размахнувшись, он обрушил связку из ударов на Драконью защиту. Та, затрещав разрядами молний, выдержала десяток ударов слившихся в один. Как и следующие удары, по тому же самому, уже потревоженному месту. Но вот я. Тело мое нещадно билось в конвульсиях, а энергия заканчивалась. Я чувствовал, как с каждым следующим ударом Драконье Тело трещало, и вот-вот готово было рассыпаться на осколки.