L.D.I: Любовь. Смерть. Интернет

VII. Вместо эпилога

«Не плачь, потому что это закончилось – улыбнись, потому что это было». Не помню точно, кто автор этой цитаты. Но именно тогда, сидя в поезде по пути домой, я понял, насколько порой жизнь бывает непредсказуема.

Казалось бы – обычный интернет-роман, какие каждый день завязываются на этой планете в промышленных масштабах. Не лучше и не хуже других. Знал ли я тогда, когда отвечал на первое сообщение Веры, что не только стану её первой – и последней – любовью, но и случайно, сам того не подозревая, впутаюсь в трагедию одной подмосковной семьи? Мог ли я хоть на миг представить, что чувствовала Вера, когда, переодеваясь в ту самую девочку-волшебницу из японской видеоигры, выходила в загородные леса? Что творилось в её голове, когда она была вынуждена вести двойную жизнь, пряча от родителей самое, как ей казалось, сокровенное, что есть у неё – меня?

Мог. Конечно, мог. Сам бывал в такой ситуации. Иногда мне кажется, что я стал косвенной причиной такой ужасной развязки. Вот тебе и «эффект бабочки», чёрт бы его побрал… Мог ли я предотвратить Верину смерть? Вряд ли. Я не врачеватель душ человеческих. Никогда им не был, а если и был – то случайно. Да и куда мне – журналисту по образованию? Вся эта история с Верой на самом деле – одна огромная случайность, трагическое стечение обстоятельств – не более.

Я никогда не верил ни в судьбу, ни в существование «родственных душ», ни во что-то ещё. Но я всегда знал: что бы с человеком ни произошло, что бы он ни пережил – всё это конвертируется в опыт. Уникальный для каждого из нас, самый ценный и постоянно возобновляемый ресурс – даже ценнее денег. Инструмент, который служит цели научить нас чему-то, и одновременно с этим – маркер, отмечающим пройденный жизненный путь. Как персонаж в видеоигре увеличивает свой уровень и свои параметры, набираясь опыта по ходу прохождения, так и человек, переживая всё больше событий, становится мудрее, сильнее, умнее. Как бы сказал один известный интернет-персонаж, человек с опытом преисполняется в своём познании, и ему весь этот мир становится абсолютно понятен.

Поэтому я не плачу от того, что лишился Верочки и шанса на будущее с ней, но благодарю её за то, что она показала мне, как важно оставаться собой. Какую бы маску я ни надел, мою суть рано или поздно разглядят. Даже если я спрячусь за колючей проволокой из цинизма и едкой иронии над всем сущим. Зорко одно лишь сердце, как писал Сент-Экзюпери. Самого главного глазами не увидишь. Но и от себя не убежишь, как ни пытайся. А я пытался, и не один десяток раз.

Я исполнил одно из обещаний, данных в тот день Софье Ивановне – я сохранил память о Вере, восемнадцатилетней юной девушке, чьё сердце было полно любви и отчаяния. Сохранил, увековечив на этих страницах. Осталось только обрести счастье и гармонию в личной жизни, встретив достойную девушку и став для неё достойным молодым человеком. Но уже не сегодня.

При чём тут журавли? В японской мифологии есть целая группа существ, называемых ёкаями. Ёкаи – это духи-оборотни, обыкновенно предстающие в форме животных. Один из подвидов ёкаев – цуру. Они как раз и имеют основную форму журавлей, обращаясь в прекрасных юношей или девушек. Цуру не приемлют насилие, их отличают бесконечная доброта и понимающий взгляд. Возможно, мой визит для Софьи Ивановны был сравним с чудом, а она просто увидела во мне сходство с мифическим существом. Возможно, что с горя она тронулась умом. Истинной причины я так и не узнаю.

Вы спросите, что хранилось в той жестяной коробочке? Там была карта памяти. Небольшая, на шестнадцать гигабайт – но на ней было множество записей голоса Веры. Хотя б так, но я услышал её голос.

На записях она читает отрывки из своих любимых произведений – я изрядно удивился, когда обнаружил среди них «Идору» Уильяма Гибсона. Спустя год после того дня я представлю в университете свой курсовой проект, посвящённый исследованию языка романов Гибсона, а через два – всерьёз увлекусь киберпанком, пройду первую часть Deus Ex и начну слушать синтвейв.

А ещё Верочка чудесно пела. Она никогда не рассказывала об этом – и теперь я понимаю, почему. Она хотела сделать мне сюрприз – написала и исполнила песню специально для меня. Жаль только, что при жизни не успела её представить – но так даже трогательнее. Воссоединилась ли она с природой после смерти, ушла ли в Акашу, или же её поглотила вечная пустота – так или иначе, её песня под аккомпанемент одинокой гитары теперь воспринимается именно как привет с того света. Как свидетельство того, что она всегда рядом.

Ах да, ведь была ещё книжка… Это её дневник снов. К сожалению, без иллюстраций – впрочем, их и не требуется. Он до сих пор стоит на моей книжной полке – рядом с уже упомянутым Уильямом Гибсоном и «Аркадией» – этакий мост между двумя мирами.

Иногда, когда какое-то событие идёт настолько наперекосяк, насколько вообще возможно, мне кажется, что моя жизнь – это и правда какое-то странное реалити-шоу или чей-то больной абсурдный розыгрыш под наблюдением скрытых камер. В такие моменты я сажусь и открываю экземпляр «Идору» и представляю, как читаю его Верочке – а она, живая и счастливая, сидит рядом и слушает, и её золотистые локоны мягко переливаются в свете настольной лампы. Но потом очарование неизменно спадает, реальность возвращает меня в чувство, а в голове остаётся один вопрос – а что если бы мы тогда не списались?