Льды холодных судеб

Глава 8, На крыльях ветра

«Куда несут меня ветры? Холодны туманы веют морозом, но страшен ли хлад? Небо взором льдистым глядит, но стужа всё тише поёт...»

Длинною вереницей тянулся торговый караван. Люди кутались в меховые плащи, щуря глаза от колючей морозной пыли. Навьюченные лошади сердито фыркали, явно недовольные выходом из тёплой пещеры.

Небо заволокло плотною пеленою снежных туч. Ветер тянул насмешливую песню, порывами ударял в спину, словно велел спешить. Вдали, сквозь туманную белизну проглядывали темнеющие стволы сосен. Торговцы приближались к спасительной тиши. 

Где-то в гремящей холодом пустоши пронёсся протяжный вой. Собаки, заплутавшие и потерявшие хозяев? Волки, голодными стаями несущие смерть? Или чьи-то души, что погибли под гнётом хлада?

Предрассветные сумерки расступались. Шальной ветер, уставший от погони и игр, смиренно сложил голову верным псом. Тучи раскололись и пропустили первые лучи солнца сквозь рваные прогалины.

Уставший караван вышел на холм. Здесь, земля обрывалась и падала вниз, открывая высокие виды на спящий город. Приветливо вился сизый дымок над крышами домов. Громадами высились острые шпили заснеженных гор. За ними качались, сверкая и искрясь непокорные льдам морские волны. Вот она — обитель всея страны.

***

Скрежет металла, грохочущий шум механизмов. Огромные ворота неспешно распахнулись, впуская в город странников. Каменные улочки были припорошены тонким покровом снега. Широкая улица вела на местную площадь. В центре горел огненный очаг. Несколько человек в лохмотьях грели озябшие руки.

Торговцы лениво раскладывали товар. Лавки только-только начинали своё ежедневное действие.

Дирк уверенно вёл людей к длинному треугольному зданию. У деревянной двери был приколочен деревянный щит с изображением белого крыла на синем фоне. «Торговая компания северный ветер» — звучала надпись.

Тёплой волной ударил воздух. Внутри пахло жареной дичью. Уютно трещали брёвна в очагах. В середине зала стояли длинные столы. Вокруг суетились люди, выставляя различные блюда.

Торговцы из каравана рассредоточились по разным комнатам. Дирк подошёл к седому мужчине, сухому словно старая коряга, но необычайно стойкому, с профессионально-хитрым старческим прищуром.

— Как дорога? — спросил он, выдохнув облачко сигаретного дыма.

Дирк оглянулся на двух девочек, что большими глазами оглядывали местное убранство. 

Старик задумчиво кивнул и шепнул что-то мужчине. Тот быстрым шагом ушёл куда-то.

— Ну что, дети, — подошёл он к девочкам. — Меня зовут Хейнер. Я глава гильдии. 

Девочки представились в ответ. Мужчина глухо хмыкнул. Хитрый прищур скользнул по лицу Моры и на несколько секунд задержался на её глазах.

Мгновенное желание потупить взгляд стукнуло в виски Моры. Она качнула головой, но глаза не отвела. Хейнер снова хмыкнул и посмотрел вдаль.

— Вам выдадут койки в комнатах. Освоитесь. А потом отработаете наше доброе отношение. — сказал старик, больше ни разу не взглянув на детей и неспешно удалился. 

 — Жуткий какой-то. — сказала Мора, глядя ему вслед.

Лана хихикнула и повисла на плече подруги.

— Это же торговец! Чего ты удивляешься? 

— Наверное да... — протянула Мора.

Что-то внутри назойливо шептало. Мысли путались. Взгляд ядовито цеплял детали, врезаясь в болезненно-острые углы. Девочка тряхнула головой. Звон напряжённо нарастал. Мора застонала и сжала руками виски.

Вперёд вышел мыльный силуэт девушки. Безглазое, безликое лицо склонилось над ней, внушая трепет и металлическую боль в висках. Всё закачалось и на секунду утратив яркость, вспыхнуло разными цветами. Юная смуглая дама приветливо улыбнулась, подмигивая изумрудным глазом. Ласковая рука нежно обняла хрупкие детские плечики. Девушка вела Мору по широкому, длинному коридору.

Подол платья, некогда белый, нелепо болтался. Драные края, перепачканные сажей, тащилось по полу, подметая грязные следы босых ног. Рваные раны на груди неприятно саднило. Мерзкое липкое ощущение пробежалось по животу. Белая ткань приобретала багровый румянец...

Щёлк, щёлк... Стучали молоточки памяти. Дзынь, дзынь... Звенели переливом голоса. Мору усадили на мягкое кресло. Мягкий халат приятно обволакивал тело. Крепкие бинты скрывали рваные раны.

Звон перерастал в шёпот. Шёпот в громом рычащий крик. Повсюду бегали люди. Кто-то ругался, не стесняясь выражений. Суматоха слилась в единый рокот, утягивая в бездну бессознательности.

Вспышка. Тёмное небо рвало и метало, грозя уронить на голову всю свою злость. Дождь барабанной дробью бил по спине. Холод пронзал, но жар бега стремительно разгонял горячую кровь.Лязг, скулёж и протяжный вой. Рывок. Пустота воздушного пространства. Свист. 

Лана, с любопытством разглядывавшая стоящий на столе пирог, оглянулась. 

 — Мора? — взволнованно спросила она. 

«Зачем ты борешься?»

Юная Хекса пошатнулась и опёрлась о стену. Выпучив глаза, она заметалась. Взгляд её лихорадочно носился из угла в угол. Мора рванулась в сторону комнат и стукнулась о проходившего мимо мужчину, несущего большой тюк на руках.

— Э, больная что-ли? — рыкнул, медведеподобный муж.

Девочка шлёпнулась на пол и засучив ногами, подскочила. Рванулась к двери.

«Ты делаешь хуже...»

Лана подбежала к ней и легко, но крепко схватила дрожащие плечи. 

— Мора... Мора! Что случилось? 

«Тебе не вернуть себя. Смирись!» 

Глаза её бегали и словно не видели перед собой. Лана тряхнула её. Девочка вздрогнула и замерла. Словно туман рассеялся и Мора впилась глазами в лицо подруги. На дне зрачков плясали знакомые огненные искорки, но вспыхнув в последний раз — бесследно пропали. Глаза снова стали ясной небесной синевы.

Лана обняла Мору. Ласково погладила по спине, словно мать, успокаивающая ребёнка. С бешеной скоростью стучало серце. Но с каждым вдохом сбавляло обороты. Жар улёгся.