Лечебница для попаданки. Проклятие прилагается

Глава 16

Возвращаюсь в лечебницу уставшая, но вполне довольная собой.

Аптекарь заплатил за наши травы меньше, чем я хотела с него взять. Но всё-таки заплатил. К тому же продал мне заклинание иллюзии чистоты.

Хм, что, если прикинуть уже неплохо.

На первом этаже мы навели порядок. А вот второй, третий и чердак пока не трогали. Так почему бы не попробовать преобразить их иллюзией?

Так я и поступлю!

В деревне я успеваю купить немного овощей и соли. Для графского стола.

Есть пресную еду очень сложно. А соль стоит огромных денег.

Оставшиеся медяшки жалобно звенят в моём кошельке.

но меня это не огорчает.

Наша повозка непустая! Значит, встретить графа мы сможем. И угощения приготовим. Пускай скромные, но вкусные!

Уже в глубоких сумерках Арнольд останавливает повозку у крыльца лечебницы.

мне навстречу спускается марта и Эль с сёстрами.

- А Грета? — спрашиваю я испуганно, разглядывая чумазые мордашки наших помощниц.

- Она у фрау Браун. Старушке неможется с самого утра, — качает головой Марта. - Как бы она не стала следующей…

Следующей для чего, я разумно решаю не уточнять. Передаю восторженно охающей экономке мешочек с мукой и корзинку с яйцами. Остальное Арнольд уже стягивает вниз и тащит на кухню.

- Но как? — глаза экономки удивлённо округляются. А уж когда она видит сочные мясистые помидоры, то ещё и рот открывает.

- Наши заказчики оказались не способны заплатить деньгами, но с удовольствием угостили нас тем, что у них есть, — пожимаю плечами.

- Невероятно. Доктору Скрулу никогда не предлагали ничего подобного… - Марта складывает в передник томаты и осторожно придерживая корзинку, идёт в сторону кухни.

А я сдёргиваю с головы простую косынку и иду к центральному крыльцу.

оттуда быстрее и проще попасть в жилые комнаты.

Стоит мне подняться по скрипучим ступеням, как я вздрагиваю от чужого присутствия.

Что-то холодное и тёмное поджидает меня в тёмном коридоре.

- Кто здесь? Грета? Эль? — мой голос дрожит. - Марта?

В дальнем углу сгущаются тени, сливаются и наслаиваются, пока не вырисовывается силуэт высокого, худощавого мужчины.

Сердце испуганно колотится в груди. А горло сжимает спазм.

Я не могу крикнуть и позвать на помощь.

Просто застываю напротив тени.

- Берегись, — хрипит он, не открывая тонких бледных губ. - Берегись, ты следующая…

Шипит и исчезает. Словно его и не было.

Что за чёрт!

Я судорожно вздыхаю и выскакиваю на улицу.

- Что это было? — прикладываю ладонь к груди и пытаюсь отдышаться.

- Мисс… — на плечо мне ложится чья-то тонкая костлявая рука.

Я взвизгиваю и резко оборачиваюсь.

За моей спиной стоит Грета и вопросительно поднимает одну бровь.

- Что-то случилось? — спрашивает она хорошо поставленным голосом.

- Нет, — качаю головой. - То есть да… Я видела тень, кажется…

- Тень? - Грета приподнимает вторую бровь.

- Да, мужчина вроде…

- Мисс Аделина, это очень старая лечебница. И как мне не горько это признавать, смерть — частый гость этих стен. Не удивительно, что не упокоенные призраки могут являться живым.

- Но он…

- Как ваша поездка? — она решительно не настроена продолжать разговор.

- С переменным успехом, — киваю ей.

- Познакомились с господином Хёрбом?

- О да, — морщусь от досады на наш с ним обмен.

- Вот и чудесно. Обычно общение с господином Хёрбом ложится на плечи врача. Но пока ваш батюшка ещё слаб, вам придётся взять это общение на себя.

- Как скажете, — медленно выдыхаю. - Как папа?

- Вам не сказали? — она снова вскидывает тонкую тёмную бровь.

А у меня в груди снова разливается беспокойство.

- Не сказали что?

- Идёмте, — она разворачивается и исчезает в тёмном нутре лечебницы.

- Грета, подождите! — бросаюсь за ней. - Что с папой? Да подождите!

Звук её шагов тонет в дробных ударах моего пульса, что бьётся в висках.

Я бегу на ощупь по тёмным коридорам и влетаю в комнату отца со слезами на глазах.

А он…

- Папа? — я падаю на колени прямо на коврик перед стареньким креслом, на котором сидит отец.

Сидит! Сам!

- Ада, — улыбается он слабо. Но улыбается.

- Но как? — в моих глазах стоят слёзы.

Доктор Альберт фон Штраус без посторонней помощи сидит в кресле.

Его ноги накрыты пледом, а руки покоятся на подлокотниках.

Как только я оказываюсь перед ним, он протягивает ко мне одну руку. А вторая заметно дёргается и безвольно повисает плетью.

По лицу отца проходит тень. Уголок губ подрагивает и опускается.

Он парализован. Частично.

Но это невероятно!

Утром, когда я уезжала, он сам не мог даже приподняться на кровати. Приходилось нам с Эль или Гретой поднимать его и подкладывать подушки.

А сейчас!

Он разговаривает!

- Это всё Эль, — раздаётся за моей спиной заметно смягчившийся голос Греты.

- Но как?

- Серебряный источник. Его вода раньше была жемчужиной лечебницы. Она снимает любые недуги, но нужно время. Первый эффект самый сильный. Дальше всё будет происходить медленно и едва заметно. Но теперь я не сомневаюсь, что мы сможем поставить доктора Штрауса на ноги.

В ответ она получает от отца такой горячий и полный восторга и благодарности взгляд, что смущается. На высоких, бледных скулах Греты появляется румянец, и она спешит откланяться.

А я обнимаю отца. Крепко-крепко. И решаю. Что за эту лечебницу точно сто́ит бороться.

И перед сном у меня есть ещё одно важное дело.

Я прощаюсь с отцом, закатываю рукава дорожного платья и поднимаюсь в огромный зал на втором этаже.

всё, что мы успели здесь сделать — это смести пыль с пола и собрать паутину с углов.

Встаю посередине комнаты, достаю из кармана бережно сложенный листок и приступаю.

“Чту свет и тень. Создам покров, где правда – тень, обману — взор, сердцам — покой.