Лечим всех. Драконам скидка

Глава 1

Летом в пятницу коридоры клиники «Авиценна» — отдельный вид ада. А кабинет педиатра — его чистилище.

Он гудит, бурлит и клокочет, потому что мамочки свято верят: если они покажут ребёнка врачу в пятницу, то все выходные малыш будет здоров.

Они приходят с младенцами на руках, но без результатов анализов. Им нужно, чтобы я уверенно объявила: «Ваш ребёнок прекрасен, можете не переживать, спокойно есть шашлыки и полоть грядки». А если я этого не говорю, у них паника: «Как? А вдруг за выходные у него разовьётся пневмония?». Спойлер: не разовьётся. Но попробуй докажи…

Однако к восьми вечера клиника выдыхает и коридоры накрывает тишина. Во всем здании остаются только два дежурных врача: один на взрослое отделение, другой на детское. С ними скучающий администратор и запах дезинфекции, который ничем не вытравить. Сегодняшнее ночное дежурство было моим.

Последний «дневной» пациент — очаровательный годовалый малыш с подвывихом головки лучевой кости, ушел только что. Пришлось повозиться - его мама, полная решимости женщина с очень громким голосом, наотрез отказалась обращаться к травматологу.

«Мне сказали – только Варвара Александровна! Она лучшая!» — заявила категорично.

А так как Варвара Александровна – это я, и девиз нашей клиники: «Лечим всех», то вправлять мальчишечке сустав пришлось мне, педиатру-неонатологу. Потом ещё несколько раз показывать, как правильно накладывать фиксирующую повязку и держать ребёнка за руку, чтобы вывих не повторился. Затем выслушивать длительные многословные благодарности и уверения, что такие замечательные врачи сейчас редкость…

В общем, пациент был очаровашкой, а вот мамаша вымотала меня до состояния варёной картошки.

Наконец они ушли, и я с облегчением выдохнула. Часы показывали начало восьмого, и это значило, что моё дежурство началось.

Убрав свой рабочий стол, я сходила к кулеру за кипятком. Заварила пакетик липтона, достала парочку припасённых с обеда печенек «Юбилейное» и приготовилась наслаждаться.

Но сегодня ведь пятница!

Едва я сделала глоток, из коридора послышался громкий, очень недовольный мужской голос:

— Где лекарь? Я тебя спрашиваю!

Испуганный женский голосок залепетал что-то в ответ, но мужчина, кажется, его не услышал и продолжал греметь, требуя «лекаря».

Сначала я подумала, что телевизор в ординаторской забыли выключить. Но голоса продолжали звучать, и сомнений не осталось: на ресепшене кто-то скандалил. Причём громко, решительно и с явным намерением добиться своего.

Голос у мужчины был низкий, с непривычным акцентом — вроде бы слова правильно произносит, а интонации чужие. И ещё этот голос грохотал на всю клинику, как пустая бочка по брусчатке. Испуганный голосок администратора Алены просто терялся на его фоне. Она что-то лепетала про расписание, про то, что врача надо ждать до понедельника, но мужчина её перебивал и с каждым словом звучал всё громче и агрессивнее.

Я вздохнула, отставила чашку, засунула недоеденное печенье обратно в пачку и пошла спасать администратора. Алену было жалко: девчонка новенькая, зелёная, ещё ни одного полноценного скандала не пережила. Уволится на нервной почве — ищи потом кого-то на её место. Сделать это летом, когда все нормальные люди думают только об отдыхе, практически нереально.

В холле у стойки администратора спиной ко мне стоял мужчина. Высоченный, точно за метр девяносто, а плечи — дверной проём загородят. И одет странно: навыпуск светлая рубаха непонятного фасона и с длинными рукавами, кожаные штаны, а на ногах высокие сапоги на шнуровке. И это летом, в тридцатиградусную жару!

Волосы у скандалиста были рыжие, почти красные, распущенные по плечам и длиной аж до пояса. Не наш клиент. Вообще не похож на обычную публику «Авиценны».