Лед и камень

11. Волки

На утро голова с трудом уложила полученную накануне информацию. Второй биореактор предоставляет возможность клану «Льда» создать собственный город. Сейчас им приходиться делить власть с кланом «Камня», который хочет построить более равноправное общество. Данакт Буров, лидер клана, давно стоит как кость в горле Фрола Белого. Однако развязывать войну никто не собирается, ведь людей и так не хватает для жизнеобеспечения Биосферы. Примерно равное количество людей покидает город и присоединяется к нему в качестве постоянных жителей – многие пытаются выживать собственными силами без власти кланов над ними.

Не стал тревожить Власа, поэтому покинул яранг по-тихому. Снаружи меня уже ждали коренные жители Севера. Они просто наблюдали. Мне же нужно было подготовиться к возвращению. Накидываю лыжи, снега за ночь намело с метр, проверяю оружие на работоспособность. Нарисовались беженцы. Решили подойти.

- Удачи тебе.

- Спасибо.

- Вот держи горячего чая в термосе.

- Это слишком дорогой подарок.

- Мы пытаемся отказаться от технологий и полностью принять быт племени.

- Термос сюда уж точно не вписывается, - говорю с улыбкой.

- И ещё, - Даня приблизился вплотную, - осторожнее с расспросами о биореакторе.

- Как-то уж догадываюсь, что с этим до любого человека не стоит подходить.

- Ну это так.

- Ещё раз спасибо. Мне пора.

Выдвигаюсь от ярангов в сторону Биосферы. Снова два дня в пути, а запас кислорода небольшой. Коренные жители Севера смогли приспособиться к вечной мерзлоте путём столетних адаптаций через поколения. Нам же, городским жителям, проще использовать кислородные маски, чем ждать подобные эволюционные изменения. Представляю, как беженцам сейчас трудно приспособиться без баллонов в жизни. Схватить переохлаждение лёгких проще простого, а там рукой подать до топки биореактора.

Погода стоит ясная. Глаза приходиться держать прищуренными, чтобы хоть как-то видеть дорогу. Снег белоснежный и очень хорошо отражает солнечные лучи. Уже и не помню, когда вот так «прогуливался» по открытым местностям. Отец иногда брал с собой в небольшие экспедиции – воспоминания с прошлой жизни.

Замечаю за собой слежку: стая волков идёт по моему следу. Намного безопаснее просто бродить по шельфовым льдам, чем покидать насиженные места. Дикие животные прекрасно понимают, что тут можно будет чем-то поживиться. Сейчас такой добычей могу стать именно я. Двигаюсь в ускоренном шаге и время от времени оглядываюсь на эти голодные морды. Волки сохраняют дистанцию, наверное, присматриваются и взвешивают свои силы.

Племя давно скрылось из моего вида. Теперь мне остаётся надеяться только на свои силы. Начинаются склоны шельфовых льдов. Снова меняю лыжи на резину с шипами. Теперь ситуация усугубляется рисками скатиться в пропасть, что чуть не произошло днём ранее. Волки даже не собираются отставать: двигаются стаей в нескольких десятках метра.

На одном из выступов нога соскальзывает и это заставляет потерять равновесие. Однако спасает удачный удар ледоруба, который тут же вонзается в лёд. Пока пытался встать, почувствовал дыхание совсем рядом со мной. В то же мгновение со спины налетает волк. Его зубы вонзаются в область шеи, но её скрывает высокий воротник. Удерживаясь за ледоруб, наношу несколько ударов кулаком по морде. На это животное никак не отреагировало. Вытаскиваю из-за пояса второй ледоруб, но мою руку тут же перехватывает второй волк. Голодные твари терзают во все стороны, а мне остаётся только уворачиваться лицо от острых клыков.

Ничего не остаётся – отпускаю ледоруб, вбитый в лёд. Отталкиваюсь ногами в сторону раскола: теперь несёмся к пропасти. Ещё один волк, пользуясь моим уже лежачим положением, начинает терзать за ногу. Три животных пытаются превратить меня в свой завтрак. Остальные особи сохраняют дистанцию, ждут очереди. Освободившейся от ледоруба рукой мне удаётся снять с плеча ружьё, которым пользуюсь мгновенно: волк, терзающий мою ногу, упал замертво. Снег окрасился в кровавый оттенок. Меня оставили в покое.

Успеваю развернуться и шипованными валенками остановить скольжение по уклону. Теперь смотрю на волков, а они на меня. Остальные особи стаи обнюхивали убитого. Удаётся немного приподняться. Краем глаза замечаю летящую на меня фигуру: волк сносит с ног. Мы вместе слетаем из обрыва. Падая, несколько раз ударяемся от ледяные стены. Спустя несколько секунд свободного падения валимся на дно расщелины.

Лежа на спине, сморю в небо. Передо мной ледяные стены метров десять. Свет проникает через узкий тоннель. Только приподнявшись понимаю, что волк находиться подомной. Падение на него смягчило удар. Даже и не знаю, считать ли это везением. Однако остался жив, что не может ни радовать. Ледорубы утеряны. Ружьё уцелело и лежало в нескольких метрах. Сумка на плечах не развязалась: надёжная у неё застёжка.

Оглядываюсь по сторонам. Расщелина, куда я попал, имела ответвления в двух направлениях. Хорошо, что есть куда идти в данный момент. Выбраться наружу не представляется возможным. Остаётся идти вперёд вдоль тоннеля. Надеюсь, хоть тут мне не попадутся дикие животные. Ледяные стены окружают и оказывают давящее чувство. Всё это подпитывается страхом остаться здесь навсегда. Хотя возникает ощущение, что нахожусь на смене и нужно просто подорвать очередную порцию льда. Не привыкать жить в таких условиях, но это не Биосфера – тут куда опаснее с каждым новым шагом.