Лед и пламя. Противостояние

Глава 1

Лиара

Я всегда ненавидела запах снега.

Люди говорят — свежесть, чистота, начало. Для меня — это напоминание. О нём.

О ледяных пальцах, что однажды сомкнулись на моём запястье, когда я пыталась поджечь его мантию. Тогда я поклялась, что сожгу этого самодовольного северного принца дотла.

Прошло восемь лет.

А я всё ещё хочу.

Академия Эт’Рей — сердце магического мира. Город, в котором небоскрёбы переплетаются с древними шпилями, а по ночам улицы мерцают от магических фонарей. Здесь всё живёт магией: воздух вибрирует от силы, камни греются от чар, даже дождь падает не как обычная вода — а как серебристая пыль.

Наш факультет — Башня Стихий — тянется в небо, как чёрное копьё.

На каждом этаже свой круг магов: огонь, лёд, воздух, тьма, свет.

Я — на четвёртом. Огненные ведьмы. Мы — шумные, дерзкие, непокорные.

Он — этажом выше. Лёд. Холодные, надменные, безэмоциональные. Как и сам Айрен Фейр.

Сегодняшнее занятие по боевой практике проходит в большом зале под куполом.

Каменные арки, стены с узорами стихий, запах озона и гари. Воздух дрожит от напряжения. Вокруг — десятки студентов, наблюдающих за поединками.

— Следующая пара: Лиара Вэл и Айрен Фейр, — голос наставника звучит, как приговор.

Ну, конечно.

Как будто он специально.

Я выхожу вперёд, чувствуя, как под кожей вспыхивает жар.

На мне облегающее тренировочное платье из плотной ткани, цвета расплавленного золота. Волосы, вечно непослушные, выбиваются из косы и искрятся медными прядями в свете заклинаний.

Он выходит из противоположного конца зала. Высокий, в чёрном, с серебристой эмблемой Севера на груди. Волосы — цвета инея, глаза — ледяные, прозрачные, будто вырезаны из кристалла. Движется тихо, уверенно. И как всегда — с этим раздражающе спокойным выражением лица.

Айрен.

Чёртов Айрен.

— Ты снова пытаешься устроить пожар, Лиара? — лениво тянет он, когда я зажигаю первый круг пламени.

— Только если тебя случайно заденет, — отвечаю я, не глядя.

Он усмехается уголком губ.

Этот жест у него всегда был особенным — почти не заметный, но цепляющий.

От него внутри всё сжимается и горит сильнее, чем от любого заклинания.

— Осторожнее, ведьма, — тихо говорит он, приближаясь. — В прошлый раз твой “эксперимент” едва не поджарил декана.

— И всё же жив, — парирую я, вращая огонь в ладонях.

Огненные потоки танцуют вокруг меня, заливая зал тёплым светом.

Он — наоборот, опускает руки, и воздух вокруг него мутнеет, кристаллизуясь в лёгкий иней.

Наши стихии сталкиваются. Пламя шипит, лёд трещит.

Магическая температура скачет от жара до холода, и где-то между этим — мы.

Айрен делает шаг ближе.

Между нами — всего пара шагов, но воздух будто звенит.

Он наклоняется чуть ниже, почти шепчет:

— Может, я просто хочу тебя остудить?

Я усмехаюсь.

— Попробуй не обжечься.

Пламя вспыхивает ярче.

Он парирует — лёд рассыпается искрами.

Зал ахает. Наставник кричит что-то о “дисциплине”, но я его уже не слышу.

Я слышу только треск льда. И своё сердцебиение.

Он слишком близко. Слишком спокойно.

И в тот момент, когда наши магии сталкиваются, я чувствую его силу — холодную, давящую, обволакивающую. Он не нападает. Он удерживает.

Словно защищает.

— Хватит, — резко бросаю я, отступая.

Он просто смотрит. Спокойно. Долго.

— Когда ты злишься, твои глаза становятся темнее, — произносит он тихо, почти задумчиво. — Красиво.

Я не отвечаю.

Если бы сейчас кто-то прикоснулся ко мне — обжёгся бы.

Вечером я долго стояла у окна, глядя на город, затянутый ледяным туманом.

Руки ещё дрожали от остаточного жара, и внутри — тоже пылало.

Не от злости.

От чего-то другого, чего я не хотела признавать.

Он всегда рядом.

С самого детства — как проклятье, как напоминание, как вызов.

И почему-то — как притяжение.