Лед и пламя. Противостояние

Глава 8

Лиара

После практики хотелось просто исчезнуть.

Не умереть, не сбежать — именно исчезнуть.

Раствориться в шуме столовой, спрятаться за чашкой супа и сделать вид, что у меня нет проблем в виде высокомерного ледяного лорда, который почему-то умеет смотреть так, будто видит меня насквозь.

Столовая академии гудела, как улей.

Кто-то спорил, у кого магическая формула точнее, кто-то обсуждал последние сплетни с факультета Призывов — там, говорят, один парень случайно вызвал себе в компаньоны демона-ребёнка.

Я сидела за своим обычным столом у окна, где солнечный свет пробивался сквозь витраж и раскрашивал мой поднос в алое и золотое.

— Опять ты, — сказала Ина, плюхаясь рядом с подносом, где дымился кофе. — Говорят, твой Айрен сегодня чуть не заморозил ползала.

— Не мой, — процедила я. — И ползала он не заморозил. Он просто не умеет останавливаться вовремя.

— Так и ты.

Она хмыкнула, делая глоток, а я почувствовала, как внутри поднимается то самое раздражение, что всегда появляется, когда кто-то говорит его имя.

Айрен.

Как заноза, которую не вынешь, потому что она почему-то стала частью тебя.

После обеда у нас была лекция по теории магических связей.

И, конечно, он сел на место за мной.

Я не обернулась, но чувствовала, как он смотрит.

Всё время.

— Лиара, не отвлекайся, — тихо сказал профессор. — Ваш потенциал связи нестабилен.

«Наш» — это, видимо, про меня и этого ледяного выродка за спиной.

Я глубоко вдохнула. Вдох — пламя, выдох — контроль.

Я справлюсь. Я всегда справляюсь.

Айрен

Я не люблю лекции.

Особенно те, где нужно сидеть за ней и делать вид, что я не чувствую каждый импульс, исходящий от её магии.

Огненные никогда не умеют скрываться. Они горят даже, когда молчат.

Лиара сидела прямо передо мной.

Ровная спина, волосы, словно языки пламени, разметались по плечам.

Она делала вид, что слушает преподавателя, но пальцы ритмично стучали по столу — признак того, что внутри всё кипит.

Когда профессор заговорил о связях стихий, я почти рассмеялся.

— Взаимодействие огня и льда невозможно без потери равновесия, — сказал он. — Один всегда поглощает другого.

И в этот момент она обернулась. Медленно, почти лениво, но глаза её блестели.

— Не всегда, — ответила.

И будто вызов прозвучал. Не профессору — мне.

После пары я догнал её в коридоре.

— Ты не могла не вставить своё слово, да?

— Могла, — ответила она, даже не оборачиваясь. — Но скучно, когда в зале слишком холодно. Надо же кого-то разогреть.

Я усмехнулся.

— Осторожнее, Феникс. Когда играешь с льдом, можно не заметить, как он начнёт таять под кожей.

— А когда играешь с огнём, можно сгореть, — бросила она и пошла дальше.

И почему-то запах огня на её волосах остался со мной до самого вечера.

Лиара

Комната встретила меня привычным беспорядком.

Книги, одежда, чай, оставленный утром. Всё на месте, всё моё.

Я включила магический светильник — мягкое золотое сияние разлилось по стенам. Сняла сапоги, расстегнула куртку и просто рухнула на кровать.

В голове — шум. От усталости, от мыслей, от него.

Айрен всегда действует как катализатор. Рядом с ним я будто не контролирую температуру.

И что самое раздражающее — он это знает.

Хотела просто закрыть глаза. Но дверь распахнулась.

Ина засунула голову:

— Завтра практику перенесли на утро. Вместо лекции по истории.

— Почему?

— Потому что твой ледяной гений решил протестировать какой-то новый тип ментальной синхронизации с противоположной стихией. Преподаватели в восторге.

Я застонала.

— Он. Серьёзно.

— Очень, — ухмыльнулась Ина. — Похоже, завтра снова шоу.

Айрен

Ночь в академии всегда тихая.

После полуночи даже магические лампы становятся тусклее, будто сами боятся потревожить студентов.

Я сидел у окна, держа кружку с холодным чаем.

Не мог выкинуть из головы её взгляд.

Не вызывающий, не злой — настоящий. Живой.

Как будто она всё понимает, но всё равно идёт вперёд, даже если знает, что сгорит.

В какой-то момент я понял, что улыбаюсь.

Ненормально.

Но приятно.

Я поднялся, выключил свет и лег.

Завтра снова практика.

Завтра снова она.

И я не знаю, чего хочу больше — чтобы она пришла.

Или чтобы не пришла вовсе.