Лёд и пламя. Ты — моё сердце

Глава 14

— Надо найти укрытие и переждать бурю. Тут недалеко есть старая сторожка. Идём.

— И ты её найдешь? Вот в этом? — я только и смогла, что раскинуть руки в стороны, намекая, что мы находимся скорее в молоке, нежели на воздухе.

— Попробую. Я туда часто сбегал… — загадочно ответил он, схватив меня за руку и начиная пробираться вперёд. Хорошо, что у нас обоих были тёплые перчатки, поэтому его жар не причинял ощутимого вреда. Но зато во мне проснулось любопытство.

— А зачем?

— Как-нибудь обязательно расскажу, Хиона…

Мою руку сильнее сжали. И я, кажется, догадалась, зачем парню сбегать из Академии в пустующую сторожку… И от этого неприятно кольнуло сердце.

Дальше мы шли молча, поскольку говорить в принципе становилось сложнее. Снег сыпал всё сильнее и сильнее, а ветер бил в лицо колючей крошкой. Я натянула шарф повыше, чтобы иметь возможность хотя бы дышать.

Вокруг не было ничего. Или, наоборот, всё — одна сплошная белая бесконечность. Она под ногами, по бокам и сверху. Везде. Я абсолютно не понимала, как Айдан видит, куда следует идти, но доверительно держала его руку.

Мы брели и брели. Я — периодически спотыкаясь, Айдан — твердо и уверенно. И его спокойствие передавалось и мне. А может, это просто моё ледяное сердце, которое почувствовало родную стихию и начало вымораживать мои чувства? Страх пропал, а вот безразличие явно набирало обороты.

— Ещё чуть-чуть.

Я не ответила. Если бы ответила, то скорее фыркнула. Небось заблудились, а признаться смелости не хватает. Хотя мне было абсолютно всё равно.

Даже на ноющую боль в теле от долгой и тяжелой ходьбы было всё равно. На то, как ветер подкидывал мою юбку и всё время срывал с головы капюшон, отчего снег забивался под одежду и морозил кожу, было всё равно. Словно с каждым шагом в этой снежной буре я сильнее окоченевала и внутри.

— Иди-и ко мне-е… — услышала я то ли вой, то ли голос. Хотя он определенно не принадлежал Айдану.

— Что? — переспросила я, посмотрев на сосредоточенного парня.

— Пришли! — облегчённо выдохнул он, прибавляя шаг.

Я усиленно вглядывалась в уже ставшее привычным непроглядное марево, но спустя пару мгновений сквозь него пробился силуэт маленького домика. Мы и правда дошли. Только вот радости я не испытала. Впрочем, и горя тоже.

Айдан с протяжным скрипом отворил дверь и пропустил меня вперед, чтобы самому закрыть её на замок. Я начала озираться по сторонам, изучая крошечный деревянный домик, в котором имелась узкая одноместная койка, столик с одним покосившимся стулом да скромный кухонный гарнитур с печкой и минимальной утварью. Всего одна комната, но для полевых условий этого вполне достаточно.

Парень тут же начал суетиться, чтобы разжечь в печи огонь. Притащил заранее заготовленные дрова, сложил их в топку и поджёг своим пламенем. Раздался приятный треск, а комнату окрасил тёплый пляшущий свет. А чтобы домик прогрелся быстрее, он произнёс ещё и заклинание, ускоряющее сей процесс.

А меня начало колотить. Буквально. Настолько сильно, что стук моих зубов было слышно даже Айдану, который изумлённо обернулся и уставился на меня. Я стояла посреди комнаты, обхватила себя руками и пыталась унять противную дрожь в теле. Думать о том, что со мной происходит, я совершенно не могла. Во всём теле и даже в голове был один лишь холод. Пронзающий, выжигающий абсолютно всё. Лютый холод.

— Хиона? Ты так сильно замёрзла? Почему молчала? — встревожился парень и подошёл ко мне. Но, кажется, абсолютно не знал, что делать. То ли раздеть меня, так как от стремительно тающего снега в уже тёплом домике моя одежда начала намокать, то ли оставить как есть.

Я продолжала стоять. Сейчас было такое ощущение, будто меня сунули в морозильную камеру на недельку другую. Мне кажется, закрой я глаза, то больше не проснусь…

— Хиона? — снова спросил он, но, не дождавшись ответа, уже рявкнул: — Раздевайся! — я молчала. — Тогда я сам!

И он серьёзно начал меня раздевать. Расстегнул все пуговицы на моём пальто, развязал шарф и стянул шапку. Меня с каждой секундой колотило всё сильнее, что даже если бы я хотела, просто не смогла бы сопротивляться.

Снял пиджак и рубашку, а после, немного подумав, стянул ещё и юбку. И в очередной раз замер. Я с абсолютно пустым взглядом смотрела в никуда, пока он смотрел на меня, кажется, даже не моргая.

А тем временем стужа во мне всё активнее набирала обороты, что краем сознания я по-настоящему испугалась. Ведь ещё рано! Ещё есть время! Почему сейчас?

Но в мысли ворвался знакомый образ. Старуха зловеще оскалилась, пока её призрачные глаза торжествующе сияли.

— Ты уже моя, Хиона! Моя! И ты ничего с этим не сделаешь!

Её голос отдавался не только безумным холодом, но и мертвечиной. Чем-то загробным и беспросветным. Таким, что знаменует конец. Конец всему. И неизбежность… Обреченность…

Я закричала.