Лед под ногами

Глава 1

От лица Нади Серовой

Я допивала третий американо, пялясь в экран ноутбука. Часы на стене кафе показывали 23:47. За окном крутился мокрый снег — не зимний, а какой‑то осенний, липкий, будто пытался склеить город в одну серую массу. Капли стучали по стеклу, рисуя хаотичные узоры, а в зале почти никого не осталось: пара за дальним столиком допивала глинтвейн, бармен лениво протирал стаканы, за кассой дремала официантка.

Тишина. Только тиканье настенных часов и редкий шум проезжающих машин.

Я закрыла ноутбук, потянулась за сумкой — и в этот момент услышала звон. Резкий, как удар хлыста. Стекло разлетелось вдребезги, кто‑то вскрикнул.

Почему я обернулась? Почему не сделала вид, что не заметила? Ведь это не моё дело…

Обернулась.

У входа — трое в тёмных куртках с поднятыми капюшонами. Один лежал на полу, второй пытался встать, опираясь на стойку. Третий, самый высокий, резко повернулся ко мне. Его глаза — ледяные, без тени сомнения. В руке — что‑то металлическое, блеснувшее в свете лампы.

— Уходи, — бросил он коротко. — Если хочешь жить.

Голос — низкий, без эмоций. Как лезвие.

Беги. Просто беги. Ты не обязана вмешиваться.

Но я не могла. Не могла просто развернуться и уйти, оставив человека умирать.

— Ему нужна помощь, — я шагнула вперёд, сама не понимая, откуда взялась эта смелость.

Он схватил меня за руку — пальцы как сталь. Я попыталась вырваться, но он уже тащил меня к чёрному ходу. Дверь с грохотом распахнулась, в лицо ударил ледяной ветер. Снег залепил глаза, я споткнулась на обледеневших ступенях.

Холод. Такой резкий, будто пронзает до костей. А в груди — жар. Страх или… возбуждение? Нет, не то. Это не адреналин. Это что‑то другое — будто внутри разгорается огонь, который не погасить.

— Не отставай, — его голос звучал где‑то сбоку, сквозь шум метели.

Мы бежали через дворы — мимо мусорных баков, через арки, по скользким тротуарам. Я задыхалась, ноги подкашивались, но он не замедлялся. Наконец, он втолкнул меня в какое‑то заброшенное здание. Запах сырости, пыли, старых досок.

— Где мы? — выдохнула я, прижимая ладонь к колотящемуся сердцу. Ладони вспотели, а пальцы дрожали.

— Неважно, — он прислонился к стене. Кровь проступала сквозь пальцы на боку. — Ты зря это сделала.
— Что?
— Не ушла. Теперь ты — проблема. И моя, и твоя.

Я опустилась рядом, дрожащими руками достала платок из сумки.

Белый. Чистый. Сейчас он станет красным. Как моя жизнь — до и после.

— Позвольте перевязать.
— Не стоит.
— Стоит. Я не могу оставить человека в беде.

Пока я обрабатывала рану, он не сводил с меня взгляда. В полумраке его лицо казалось высеченным из камня — резкие скулы, тень от ресниц, плотно сжатые губы. Свет от одинокой лампочки мигал, создавая странные тени, будто мир вокруг нас колебался, не решаясь, кем нас считать — жертвами или охотниками.

— Как тебя зовут? — спросил он вдруг.
— Надя.
— Надя… — он повторил это так, будто пробовал имя на вкус. — Ты глупая. Или очень смелая.
— Просто нормальная.
— Нормальные не выживают в моём мире.

Я замерла. Платок в руках пропитался кровью.

Его кровь. Моя ответственность. Почему я чувствую, что уже не смогу отступить?

— А ваш мир — это что?
— Это место, где каждый шаг — по льду. И если ты упадёшь, никто не протянет руку.

За окном завыл ветер, снег бился в разбитое стекло. Я посмотрела на него — на его бледное лицо, на капли крови на полу, на сжатые кулаки.

Он не монстр. Но и не спаситель. Он — часть чего‑то большего, тёмного, что я не понимаю. Но почему мне кажется, что под этой маской холода — человек?

— Тогда почему вы помогли мне?

Он усмехнулся — холодно, почти презрительно.

— Потому что ты напомнила мне кое‑кого.
— Кого?
— Себя. Когда‑то.

В этот момент лампочка погасла. Мы остались в темноте. Только его дыхание и стук моего сердца.

Кто он? И почему я чувствую, что теперь моя жизнь уже не будет прежней?