Леди-доктор. С драконами одни проблемы!

Глава 25

Не успели мы подняться по ступеням Урада, как за спиной послышался скрип колёс и конское ржание. Я вздрогнула — сердце, словно почувствовав беду, сжалось в тугой узел.

Что на этот раз?!

Резко обернулась. Марк прерывисто вздохнул и стиснул мою руку.

К ступеням Урада подкатила карета. Её тёмно-зелёные лакированные борта блестели на солнце, а на дверце сверкал выбитый в золоте герб — распластанный дракон с короной на голове, за спиной которого восходило ярко-алое солнце.

Из неё с видом полного самодовольства выпрыгнул Ласло. На нём был роскошный сюртук глубокого винного цвета с золотым шитьём, мягкие светло-кремовые перчатки и отполированные до зеркального блеска сапоги. Волосы уложены безупречно, на лице застыло выражение самодовольства и непоколебимой уверенности.

Он выглядел не как человек, пришедший в Урад, а как почётный гость на балу — уверенный, что всё вокруг принадлежит ему.

Ласло обвёл глазами всех присутствующих, остановил взгляд на мне и хищно осклабился.

– Эстель! – воскликнул он, – Моя дорогая невеста!

Гуго икнул – скорее, больше от изумления, и до меня донеслись отвратительные миазмы перегара. Краем глаза я заметила, как напрягся Хан, и невольно удивилась: он-то что?

Но больше всего меня сейчас занимал другой вопрос.

– Какого чёрта ты тут делаешь? – прошипела я Ласло, – Я тебя сюда не звала!

Черты лица Ласло заледенели, а в глазах сверкнула сталь.

– Я прибыл сюда на правах твоего жениха, – отчеканил он, – и мне плевать на любые твои возражения. Все твои дела касаются и меня тоже, так что можешь визжать, истерить, рыдать, всё будет так, как скажу я!

Дыхание перехватило. Он не шутил – я чувствовала это по его тону. Ох, как не вовремя-то он сюда припёрся! Если пустить его в Урад, он не даст мне забрать Марка, сердцем чую!

У него деньги. И явно есть связи. Не удивлюсь, если в самых верхах. С такого мерзавца станется купить весь Урад на корню, лишь бы достичь цели!

– Я тебе не невеста, – процедила я, изо всех сил сдерживая рвущийся из груди отчаянный крик беспомощности, – и не собираюсь ей быть! Проваливай отсюда!

Ласло смерил меня насмешливым взглядом.

– А то что? – ухмыльнулся он.

– Ласло Драгомир, я полагаю, – вдруг услышала я низкий голос Хана и обернулась к нему.

Королевский инспектор подошёл ко мне и встал рядом. Я почувствовала тепло его тела, и у меня вдруг появилась робкая надежда: вдруг он решил прийти к нам с Марком на выручку?

Его присутствие Ласло не понравилось.

– Ты ещё кто? – рявкнул он, – И почему смеешь встревать в мой разговор с Эстель?

– Ашхар Хан, – невозмутимо ответил Хан, – Главный королевский инспектор.

Стоп, он ещё и Главный?! А я думала, обыкновенный…

– На данный момент я нахожусь здесь, чтобы обеспечить законность рассмотрения дела госпожи Эстель Адони по усыновлению Марка Примроуза, – отчеканил Хан, внимательно наблюдая за Ласло.

Тот замер, жадно ловя каждое его слово, а его глаза всё больше и больше наливались яростью и метались между мной и Ханом. Ласло явно пытался понять, что нас связывает.

– И на данном процессе не предусмотрено присутствие посторонних, – припечатал инспектор.

– И что это значит? – прорычал Ласло.

Хан прищурился.

– Это значит, катитесь отсюда на все четыре стороны, – тихо, но весомо процедил он, – к тому же, госпожа Адони явно против вашего присутствия. В противном случае, будете иметь дело со мной.

Ласло побагровел. На скулах заходили желваки, а ноздри вздулись и заходили ходуном, как у разъяренного быка.

Он открыл рот, но Хан сделал шаг вперёд — и в этом движении было столько власти, что воздух между этими двумя словно загустел.

Инспектор заслонил собой меня и Марка, не произнеся ни слова. Только холодный взгляд, направленный прямо на Ласло, говорил всё, что нужно.

– Ах вот как, – процедил тот, искривив губы в злой усмешке. – Значит, теперь у Эстель есть новый защитник? Посмотрим, надолго ли тебя хватит!

Он резко развернулся и прыгнул обратно в карету. Хлопнул её дверью так, словно наотмашь врезал кому-то по лицу, и крикнул кучеру. Колёса натужно заскрипели, копыта зацокали по булыжнику, и карета сорвалась с места и скрылась за поворотом, оставив после себя лишь запах пыли и лошадиного пота.

Я выдохнула, только теперь заметив, как сильно дрожат руки.

– Хан… – начала я, но он не дал мне договорить, бросив коротко:

– Потом. Сейчас – дело. Пойдём, я провожу вас к уряднику.

***

Кабинет урядника оказался тесным, пахнущим бумагой, сургучом и чем-то кислым — будто в углу забыли мокрую тряпку. На подоконнике стоял вялый фикус, на столе — чернильница, стопка каких-то бумаг и чашка, в которой застыли остатки чая.

Попав сюда, я немедленно почувствовала себя, как дома. Вот чудеса! Этот кабинет ничем особо не отличался от любого кабинета мелкого государственного бюрократа в моём мире. Только принтера не хватало, и телефона, а так – почти стопроцентное совпадение.