Леди и Мышь

8

Когда мы с миссис Гардой допили по первой чашке чая, я уже чувствовала себя гораздо лучше. Уверенней, что ли. Рядом появилась опытная самоназначенная наставница весьма боевого нрава. А впереди замаячила вполне реальная возможность трудоустройства, способного обеспечить кусок хлеба. Причём в самом прямом смысле этого выражения.

Правда, я до сих пор так и не понимала, каким образом (цитата) «при должной ловкости и упорстве можно выйти куда угодно» из дверей… кухни.

Ага, никто не ослышался, именно кухни. Выдающейся в ряду прочих скромных «пищевых комбинатов» местного разлива разве только тем, что находилась она не где-нибудь, а в замке самого герцога Арвеллара.

Нет, я вовсе не имела ничего против тяжёлой работы. Кулинарной феей на столь ответственный пост меня вряд ли бы кто-то пригласил. Ничего творчески возвышенного из разряда гастрономической поэзии «девчонке с улицы» явно не светило. Так сама ведь разве только транспарантом не махала, что готова на любую деятельность. Да? Да. Что угодно, лишь бы отогнать прочь от себя и теперь вот от внезапно объявившейся прожорливой пуховки призрак голодной нищеты.

Но столько надежд (как по мне, так весьма преувеличенных) на какие-то широкие перспективы при подобных исходных позициях… На моём лице, должно быть, явственно обозначилась тень здорового скептицизма.

В ответ на который, в очах миссис Гады заплясали подозрительно азартные огоньки.

- О, деточка, не сто́ит недооценивать само понятие «кухня»! – она нравоучительно оттопырила изящный указательный пальчик.

Прозвучало… эм-м… загадочно. Как минимум.

Прочертив в воздухе оттопыренным пальцем пару кругов и так и не озвучив никаких более подробных объяснений собственному заявлению, соседка просто заявила:

- Не спорь, — ещё пару секунд подумала и добавила:

- Впрочем, сильно благодарить тоже не торопись.

Прелесть какая! Как говорится, «упс!»

Спорить я как будто и так не собиралась. А вот последняя фраза явно намекала, что пора заволноваться.

С выражением «так, и в чём у нас здесь подвох» я решительно сложила руки перед собой, прищурилась и приготовилась слушать.

Ну вот. И что же выяснилось?

Миссис Гарда ещё раз подтвердила, что готова дать мне письменную рекомендацию, на которую «непременно обратят внимание, даже не сомневайся» и «примут к сведению в лучшем виде». Но! Приём может оказаться… непредсказуемым.

Зато! Если мне удастся «преломить некоторое естественное на первых порах недоверие» — судьба подарит шанс выбраться из той «неудобной и даже неприличной для столь отважной леди» ямы, в которую меня угораздило провалиться.

- Миссис Гарда, вы обещали быть предельно точными, — проникновенно напомнила я, начиная теряться в её туманных полунамёках. – Будьте так великодушны, объясните непонятливой мне, о каком недоверии идёт речь? И почему оно непременно должно возникнуть в адрес скромной труженицы кухни?

Ей-богу, чем дальше, тем больше меня тянуло чего-нибудь испугаться в абсолютно, на первый взгляд, простом и прозрачном предложении. Но чего именно – неясно.

Однако и сама моя собеседница, наконец, поняла: пора раскрывать карты.

Дело в том, что рекомендательное письмо миссис Гарды требовалось передать заведующей кадрами при упомянутом замке, некоей леди Агате Лодж. Даме непростой: умной, властной, наблюдательной и абсолютно безжалостной к нарушителям трудовой дисциплины в любых самых мизерных её проявлениях. Клинок какой-то разящий с всевидящим оком в собственном благородном лбу.

Безгранично предана герцогской семье, остальных представителей здешней знати считает бездельниками и разгильдяями за очень редким исключением. Особенной нелюбовью Агаты Лодж пользовались легкомысленные дамочки - охотницы до особого внимания мужской части семейства.

Так вот, сама моя благодетельница доводилась вышеописанному Церберу в юбке ни больше ни меньше, как невесткой. Я ведь ничего не путала? Так называют супругу мужчины по отношению к его сестре?

И новость-то могла быть вполне позитивной, если бы не один маленький нюанс. Две эти на редкость характерные родственницы оказались, некоторым образом, в контрах. Основательных таких и многолетних.

Признаваться в причинах конфликта досконально собеседница отказалась. Пояснила лишь то, что гвоздём его несколько лет назад стал добрейший супруг соседки. Точнее, гибель господина Стоуна. На этом всякие подробности по теме радикально закончились.

- Поняла, — не стала настаивать я. – Но… Хотелось бы уточнить: вы предлагаете мне сунуть голову в пасть тигру… оу, пардон, домоправительнице замка герцога Арвеллара…

- Главной распорядительнице герцогского двора, Ольвия. И не вздумайте назвать леди Агату как-то иначе – не простит, — педантично поправила Гарда, прерывая мою тираду.

-Оу, я запомню, — покладисто «задрала лапки» я. – А… насчёт тигра, так понимаю, возражений у вас не будет.

- На редкость меткое определение, деточка, — прямодушно подтвердила мою мысль собеседница.

И даже бровью не повела, ни одной морщинкой не дрогнула.

- Так я продолжу. Значит, приду я к леди Лодж – вашей непримиримой невестке, и она меня возьмёт в штат?

- Непременно.

- Вы уверены?

- Конечно.

- С письмом… от ВАС, — с дотошной настырностью продолжала добывать истину я.

- Именно потому, что от МЕНЯ, — с непоколебимой убеждённостью кивнула та.

- Она игрок? – мой вопрос возник озарением и прозвучал в лоб.

Даже несколько вызывающе. Но что-то я в происходящем по-крупному недопонимала, и это мне категорически не нравилось.

- В некотором роде, да, — дама приосанилась в кресле, но при этом странным образом перестала выглядеть каменным изваянием.

- А я для вас?.. – фраза полезла из моего горла сама, но так и застряла в нём на середине.

Гарда буквально выстрелила в мои зрачки горящим открытым взглядом и натурально вспыхнула на непроизнесённое «пешка». Полыхнула как спичка! Обжигающей гордостью, леденящим достоинством…