Леди и разбойник

Глава 9

В тот же день вечером Джиневра вышла к своей изгороди, чтобы подрезать ветвистую лозу, которая украшала забор своими витиеватыми узорами. Выйдя за калитку своего поместья, она пошла вдоль ворот с секатором в руках. Погрузившись в свои мысли, леди де Ланваль напевала себе под нос песенку, и, конечно же, не заметила шайку Фольвиллов.

— Наша лакомка гуляет одна, да без сопровождения. Какая удача!

Джиневра резко повернулась на голос.

— Малькольм Фольвилл!

— Собственной персоной, — оскалился мужчина с густой бородой и сережкой в правом ухе. Левое его ухо было изуродовано, кусок мочки оторван в сватке с оборотнем—медведем. Малькольма Фольвилла все в округе знали очень хорошо. Он промышлял грабежами и разбоем вместе со своими братьями: Джоном, Джеком и Дерри. Этот бандит не боялся правосудия лишь потому, что находился под опекой самого графа Зиммариуса. Последний использовал эту шайку для решения своих личных, грязных делишек.

Малькольм окинул Джиневру взглядом, пожирая ее тело с головы до ног. Его похотливая, сальная улыбочка вызывала отвращение и страх, но леди де Ланваль даже не изменилась в лице.

— Что вы здесь делаете? Вас уже выпустили из заключения?

— Да. Как видите.

— Я думала за попытку разбоя и домогательств дадут гораздо больший срок.

— За нас с братьями был заплачен выкуп, — с превосходством ответил Малькольм, Медвежье ухо.

— Даже знаю, кем именно, — процедила девушка сквозь зубы. — Но я спросила, что вы делаете рядом с моей землей? Убирайтесь! От вашего присутствия чахнут мои цветы!

— Чем же мы не угодили вашим цветочкам, лакомка? — Малькольм положил свою огромную ручищу на изгородь, приблизившись к Джиневре совсем близко. Она тут же отпрянула назад, но за ее спиной возникли еще три фигуры. Мужчины, почти копии друг друга, стояли позади девушки и ухмылялись.

— Ваше зловонное нутро, заполненное темными помыслами, портит окружающий воздух.

— Думаете, что выше нас, леди де Ланваль? Но это не так. Ваша родословная не делает вас лучше.

— Дело не в моей родословной. Нас отличает совсем другое. Различия не снаружи, а внутри.

— Женщины существуют лишь для того, чтобы наслаждаться ими. Священники говорят, что у женщин и вовсе нет души. Значит они не выше моего пса, что сидит на привязи. Лишь твой статус еще служит оберегом. Если бы не он, я бы показал тебе, что значит обслуживать мужчину. И плевать, что ты хромоножка. Лежать с раздвинутыми ногами может любая.

Леди де Ланваль, не задумываясь, ударила Малькольма по лицу. Сильно. Наотмашь. Лицо Малькольма дернулось от резкой пощечины, которую он никак не ожидал.

— Это не сойдет тебе с рук, лакомка, — сузив глаза, прохрипел бандит и схватил девушку за руку, сжимая ее до боли. — Я возьму тебя прямо сейчас. А потом отдам остальным.

— Только в своих мечтах, Медвежье ухо! — Себастьян отбросил руку Малькольма, загораживая собой Джиневру.

— А ты еще кто такой? Уйди с дороги! — взревел самый старший из Фольвиллов.

— Я - гроза отморозков и упырей. Поэтому говорю в последний раз: если хотите жить, держитесь подальше от поместья "Рубиновое Сердце".

Малькольм только хмыкнул, его рука потянулась к внутреннему карману и достала маленький кинжал. То же самое сделали и остальные. Джиневра ахнула. Но на лице Себастьяна не дрогнул ни один мускул.

— А вот это вы зря, — Эскариус тоже оказался не промах. Он выхватил из ножен меч и направил его на Малькольма. — Мое-то оружие подлиннее будет.

Но на Фольвилла это предупреждение никак не подействовало. Он кинулся на Себастьяна, направив кинжал ему в лицо, но его атака была отражена холодным лезвием меча.

Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в багровые тона, когда на пыльной дороге развернулась нешуточная схватка. Четыре фигуры, облаченные в грубые кожаные доспехи, сжимали в руках короткие, но острые перочинные ножи. Их лица были искажены злобой и решимостью, глаза горели недобрым огнем. Против них стоял Себастьян, чья фигура выделялась на фоне вечернего неба. Его противники замерли на месте, с опаской поглядывая на длинный, сверкающий меч.

— Держитесь сзади, — шепнул Себастьян Джиневре, отодвигая ее к изгороди.

— Но..

— Все будет хорошо. Доверьтесь, — мужчина легким движением руки ласково коснулся девичьей щеки. Леди де Ланваль широко распахнула глаза, и ее реснички затрепетали. Она быстро кивнула и сделала шаг назад.

Тем временем Малькольм уже ринулся вперед, его нож мелькнул в воздухе, целясь в незащищенный бок Себастьяна. Но воин с мечом был готов. Молниеносным движением он отбил удар, и клинок его меча прочертил в воздухе дугу, заставив нападавшего отскочить. Второй мужчина, Джон, воспользовавшись замешательством брата, попытался обойти с фланга, но меч уже был нацелен на него. Острый металл свистнул, и второй противник, вскрикнув, отшатнулся, прижимая руку к ране.

Третий, самый крупный из братьев Фольвиллов, Джек, не стал ждать. Он бросился вперед, пытаясь сбить противника с ног. Но Себастьян Эскариус был не только силен, но и ловок. Он увернулся от грубого натиска, и, сделав шаг назад, с размаху опустил свой меч. Тот прошел в миллиметре от плеча Джека.

Четвертый бандит из шайки, Дерек, охваченный паникой, и вовсе, развернулся и бросился бежать, даже не пытаясь атаковать.

На пыльной дороге воцарилась тишина, нарушаемая лишь стонами раненых и шелестом ветра. Себастьян, держа меч наготове, оглядел поле битвы. Его дыхание было ровным, а взгляд – спокойным.

— Проваливайте, пока еще живы, — процедил мужчина. — Увижу еще раз, пощады не будет.

Малькольм злобно посмотрел на Джиневру и ее защитника, но ничего не ответил.