Леди из будущего. Падь

Глава 9*

Лес закончился; обоз выехал к броду. Телега остановилась.

Наташа узнала место. Она теребила пальцами салфетку, пребывая в шоке от последних слов рыцаря. На подол выкатился кусочек сыра. Есть совсем не хотелось. Вертела в руках сыр и думала об услышанном. В том, что она находилась далеко от Ингольштадта, ничего удивительного не было.

Всё же разгадка кроется в реке, — решила она. Река та же самая — Дунай.

Воины спешились. Разлившийся ручей выглядел спокойным. Вынесенные во время весенних паводков камни и валуны преграждали проезд. Мужчины, обнажившись по пояс и подвернув штаны, находясь по щиколотку в воде, скатывали их в сторону и выносили те, которые были поменьше.

Девушка ловила на себе любопытные взгляды работающих. Поёжилась. Мужчины были рослые, физически развитые, с телами, изрезанными старыми и свежими шрамами. Их профессией стала война. Непомерные нагрузки были для них привычным делом.

По периметру прохаживались часовые. Два воина‑надзирателя сверлили её неприязненными взорами.

Солнце припекало, и Наташа решила отойти в тенёк. Нашла подходящее деревце и устроилась под ним.

Карета Юфрозины стояла в самом конце обоза, в тени деревьев. Женщины нигде видно не было.

Лягушонка в коробчонке, –– хмыкнула девушка, неохотно отщипывая кусочки хлеба и сыра, машинально кладя в рот и жуя. Нужно что‑то есть. Вино пить не хотелось.

Нет, я ничего не имею против этой Фроси, — вяло думала она. Хотя, себе‑то я могу не врать. Очень даже имею. Дрянь. Бывают некрасивые женщины, но с учётом их душевности и внутреннего обаяния их некрасивости не замечаешь. И даже считаешь симпатичными. А вот в этой, ну, ничего приятного найти не могу… Сука.

Заметив, что начинает нервничать, встала и потихоньку пошла вдоль берега вниз по течению ручья.

Тень Ра́бана преградила путь:

— Вам туда нельзя, — насторожено смотрел на неё воин.

— Нельзя так нельзя, — вернулась она под дерево, достала расчёску и зеркальце.

Было неприятно осознавать, что она всё же пленница. Раздражение нарастало, плохо подчиняясь контролю. Не утешал и вид в зеркальце. Казалось, малейшее слово, жест со стороны «поклонников» и она сорвётся на крик. Хотя было понятно, чьим указаниям они следуют. Нашла глазами графа. Тот стоял возле кареты и мило беседовал с графиней. Она, нечёсаная, в том же порванном платье вызвала недоумение. Казалось странным, что женщина не соизволила привести себя в порядок. Не могло же быть у неё всего одно платье? Вон, сколько сундуков на подводах.

Дёрнув запутавшуюся прядь, Наташа пискнула от боли. Нащупав горячую рану на макушке, осторожно погладила.

Юфрозина и Бригахбург смотрели в её сторону. Он махнул Наташе, подзывая. Подчиниться или проигнорировать? Она не спеша поднялась и походкой, полной достоинства и величия, направилась к карете. Лёгкий ветерок развевал полы её порванного платья. Надзиратели не отставали.

— Поможешь графине умыться и переоблачиться, — будто прочёл её недавние мысли его сиятельство.

Приказной тон вызвал бурю эмоций. Девушка, оглядев монашку с головы до ног, выдавила из себя:

— А у графини нет рук, чтобы привести себя в порядок?

— Замолчи и делай, что тебе велено! — повысил голос мужчина.

— Если бы попросили, я бы, возможно, помогла. Хотя, — окатила Фросю ледяным взглядом, — не думаю, что стала бы это делать.

— Ты сделаешь, — выпрямилась графиня, переводя взгляд на отца жениха в ожидании поддержки.

Он медлил. Снова этот непокорный взор, походка, достойная королевы. Всевышний, кто она? Вынудит он её сейчас подчиниться, а потом окажется, что девчонка королевских кровей и тогда за его голову никто не даст ломаного медяка. Да что там за его голову! Всю семью вырежут под корень, графство отойдёт казне, и в скором времени на его землях будет хозяйничать новый владелец.

Он только на минуту отвлёкся, а ситуация уже вышла из‑под контроля.

— Девка непотребная! Тебе место в придорожной канаве! — побледнев от злобы, Юфрозина рыскала глазами по фигуре незнакомки.

— Ну, тварь… — подалась Наташа к обидчице.

Мужчина перехватил её, сжимая, брыкающуюся:

— Ты смеешь поднимать руку на графиню? — голос дрогнул. — Высечь бы тебя за это как следует.

— Так что вам мешает? Давайте, бейте, — пыталась Наташа вывернуться из его рук. — Для вас это привычное дело, правда?

Герард ослабил хватку. Горячая волна раздражения прошла по телу. Развернув девчонку к телеге, он небрежно оттолкнул её от себя:

— Пошла прочь, — если в ней течёт королевская кровь, стоило бы ей быть более хладнокровной и выдержанной. Слишком она беспечна.

Подоспевший Бруно ухватил растерявшуюся девицу под руку. Проводив к телеге, шепнул:

— Не веди себя так.

— Что? Я должна терпеть подобное? Я не прислуга, — Наташа заправила прядь волос за ухо. От обуявшего гнева дрожали руки. Хотелось размазать венгерку по стенам её сундука.

В спину услышала злобный крик Юфрозины: