Леди из будущего. Приглашение на казнь

Глава 2

— Ах, госпожа, какая вы красивая, — поклонилась Берта и приглашающим жестом указала на стол.

Девушка увидела свой заказ. Довольная потёрла отшлифованные тонкие палочки*. Зафиксировав их пальцами и подхватив с разделочной дощечки кусочек сыра, продемонстрировала кухарке, как собирается ими пользоваться.

Ахнув, та села:

— А я думала, что это вы такие странные спицы для вязания запросили.

— У вас здесь можно нитки купить? Шерстяные, конечно, — наличие овец предполагало именно их.

— Есть. И женщины вяжут одеяние на холода. Вам пряжа нужна?

— Я бы посмотрела, что у вас есть.

Мысли побежали дальше: Наташа видела себя в тёплых гетрах и длинном свитере с высоким воротом-хомутом. Такой она вязала дома.

— Значит, ваш муж изготовит ещё и спицы: пять коротких и две длинные, — сказала она.

Берта указала пальцем на палочки:

— Ну, с маленьким плоским черпачком стало понятно сразу, а вот это… Никогда бы не подумала, что можно ими вот так… и в рот.

Иноземная леди показательно захватила палочками ломтик ветчины. Есть не хотелось, но то, как женщина забавно озиралась по сторонам в поиске свидетеля необычному спектаклю, вдохновило на демонстрацию «волшебных» палочек.

Вспомнила, когда у неё впервые возникло желание научиться пользоваться необычным прибором. Это была дань очередному всплеску моды. Кстати и шутка есть.

Вопрос: — Когда настанет в мире голод?

Ответ: — Когда китайцы начнут есть ложками.

Ложка. Наташа рассмотрела её со всех сторон — тонкая работа. Вот только не помешает натереть её оливковым маслом, чтобы она впитывала меньше жидкости.

— У вашего мужа золотые руки, Берта. Мне нравится. За такую работу не грех и отблагодарить.

— Не вздумайте, госпожа. Вы и так для нас много делаете.

— Я?

— А кто нашего вице-графа исцелил? Кто от моей девочки не отказался, когда пропажа обнаружилась?

— Кейти не виновата, — вздохнула Наташа, садясь за стол. Беспокойно поёрзала: — Вы не видели, гость хозяина уехал?

Рассчитывала, что Карл забыл о своём обещании переговорить с ней. Встречаться с ним не хотелось.

— Граф Фальгахен? Он ещё не выходил из покоев. И блудницы этой пока видно не было.

Девушка понимающе кивнула, а Берта принялась её уговаривать:

— Госпожа, съешьте что-нибудь. Супчик есть, каша с мясной подливой. Или вот, попейте морса из смородины с мёдом.

Наташа собралась отказаться, как позади кухарки появилась всклокоченная огромная мужская фигура, загораживая собой дверной проём.

Берта оглянулась и вскрикнула, схватившись за сердце.

Мужчина немигающим взором уставился на девицу за столом. Застыл безмолвным изваянием.

Застигнутая врасплох, она озадаченно молчала. Что ж, взяла паузу — держи до последнего. Схватила кубок с морсом, пригубила — не сидеть же истуканом. Да и убегать вот так сразу не к лицу. Как только гость поймёт, что она его побаивается, дело может принять другой оборот. Какой? Об этом Наташа старалась не думать.

Не дождавшись от неё и лёгкого поощрительного кивка, Карл занервничал.

Девушка медленно сканировала его фигуру, соображая, как долго она должна пробыть в его обществе, чтобы можно было уйти не вызвав подозрений.

Кухарка бочком бесшумно просочилась в дверь, ведущую на улицу.

Встретившись взором с госпожой, Фальгахен сглотнул:

— Простите мне мой вид, — подхватил пятернёй края ворота рубашки, стягивая на груди.

Наклонив голову к плечу и успокоившись, Наташа смотрела на мужчину. Его неловкость забавляла. Он уже не казался таким страшным, как прошедшим вечером. Хотя, внешность бывает обманчива. Вот и ей показалось. Наслушалась баек Берты об оборотне. Народ любит трудно объяснимым событиям придавать налёт зловещей таинственности.

Карл сел напротив девицы, где только что сидела кухарка. Ему не терпелось поговорить с ней. Но она, небрежно откинувшись на спинку стула, продолжала пить из кубка. При этом медленно облизывала чувственные губы и, ни капли не смущаясь, в упор изучала его.

Не сводя с её губ прищуренный взор, мужчина сглотнул. Хотелось пить. А ещё лучше, опохмелиться. Собственно, за этим он и пришёл в кухню.

— Госпожа, примите мои поздравления.

И голос его звучит не отталкивающе, — вздохнула девушка. С чем её поздравил верзила, уточнять не стала. Наклонила голову в другую сторону, меняя ракурс исследования «объекта».

— Вы не спросите, с чем я вас поздравляю? — её изучали тоже, радуясь, что никто не мешает.

Не дождавшись ответного вопроса, Фальгахен подивился выдержке девы. Один его вид приводил в трепет девиц, а эта… Он не мог понять, почему она так спокойна? В его понимании все женщины были пытливы. Нет, он ошибся. Перед ним та, которая рушит его представления о женщинах, пробуждая любопытство. Мужское.