Леди из будущего. Приглашение на казнь

Глава 16*

— Госпожа, вы вся горите!

От прикосновения чужой руки к лицу, Наташа вздрогнула и открыла глаза. Она не слышала, когда пришла служанка. После разговора с Бруно хлебнула бабкиного отвара, накинула вязаную накидку, улеглась поверх одеяла и не заметила, как заснула.

— Кейти, принеси кувшин кипятка, а эту воду забери, — кивнула она на каминную полку.

В комнате царил полумрак.

Знобило. В горле першило, прорывался кашель. Напрасно она купалась утром. Могла бы просто обтереться влажным полотенцем.

Девушка ощупала голову, шею — здравствуй, температура!

Порывшись в сумочке, достала две последних жаропонижающих таблетки. От кашля она избавится без применения медикаментов. После лечения Лиутберта остались травы.

При мысли о детях барона резануло болью в груди. Как они? Уже знают, что остались без мамы? При голливудской внешности Дитриха ему не составит труда найти очередную богатую красавицу-жену и маму детям.

Интересно, какой срок траура предусмотрен в этом времени? Распространяется ли он на самоубийц? Нужно ли Наташе идти сидеть у гроба Агны? Она не боялась покойников, но подобных мероприятий избегала. Только дважды она отсидела положенные «от» и «до». Папа и мама. Мама и папа — они навсегда останутся для неё самыми родными и единственными.

Хотелось пить. Открыв глаза, девушка не сразу поняла, что происходит. Отблески огня играли на стенах. От камина распространялось тепло. Она снова заснула?

У кровати на стуле сидел Бригахбург и чем-то сосредоточенно занимался. Язычки пламени отражались на полированной поверхности лезвия кинжала. Наташи присмотрелась. Острым кончиком оружия мужчина проделывал отверстие в редьке. На столике стоял поднос с ужином.

Заметив, что она открыла глаза, Герард сочувственно улыбнулся и подмигнул ей:

— Всё же занемогла, моя леди, — отложил он овощ и кинжал на поднос. Пересел на край ложа, склонился над Наташей.

Она зашевелилась, пытаясь выпутаться из душного шерстяного кокона одеяла, в которое была плотно упакована. Закашлялась.

— Вставать нельзя. Можно освободить только руки, — сдвинул граф край одеяла, ощущая жар тела больной.

Смотрел в её воспалённые лихорадочно блестевшие глаза, на сухие губы и испытывал к ней не только безотчётную нежность и любовь. Было что-то гораздо большее, значимее, без чего невозможно дышать. Без чего жизнь теряет смысл.

— Ты знаешь, как себя излечить? — коснулся он губами её щеки. — Как же некстати ты слегла, моя Птаха.

— Держитесь от меня подальше, ваше сиятельство. Можно заразиться.

— Герард, моя леди, — напомнил он, не шелохнувшись на замечание.

— Давно хочу спросить, почему вы называете меня леди? Это обращение к титулованной женщине в Британи.

— Знаю, — прикрыл глаза мужчина. Гладил любимую по щеке губами, шептал: — Леди благородна, добра, открыта. Такой была моя мать. Такая ты. Ты — моя Леди.

— Мне нужно время, чтобы привыкнуть ко всему новому для меня, — принимала она ласку его губ.

Герард кивнул в ответ.

— Это для меня? — указала девушка на продырявленный плод. — Отлично. Убью кашель в зародыше.

Мужчина снова прикоснулся к её щеке, и Наташа закрыла глаза. Почувствовала, как цепочка лёгких, воздушных касаний опустилась по шее к ключице, вызвав непередаваемые ощущения эйфории и полёта. Она тронула его волосы: жёсткие, упругие. Лучше бы не трогала.

Бригахбург напрягся, сжал её плечи, уткнулся лицом в подушку у изгиба её плеча, обдав кожу на шее жаром выдоха.

Она задохнулась от разгоравшегося желания — не хватало воздуха.

— Пожалуйста, не сейчас. Мне дышать нечем, — упёрлась в его плечи, переводя дух.

— Прости, — отсел он на стул.

Взял кинжал и продолжил дырявить редьку. Его руки заметно подрагивали.

— Таша, несколько дней меня не будет. Ничего и никого не бойся. Остаётся Дитрих. Я распорядился, чтобы тебя не беспокоили.

— Вы едете на рудник?

— Прибыл гонец от графини ди Терзи. Я должен их встретить на южной границе графства. Поездка займёт дня два, не более.

Граф едет встречать свою бывшую невесту и её мать? Как произойдёт их встреча? — вскинула девушка бровь. Сердце забилось чаще. Через несколько дней она увидит ещё двух представительниц знати средневековья. Итальянской знати.

— Они говорят по-немецки? — спросила она.

— Луиджа знает несколько языков. Графиня ди Терзи требовательная и довольно жёсткая женщина.

Наташа от волнения не могла говорить, а Герард выглядел спокойным и уверенным:

— Тебе необходимо поесть.

Она закачала головой:

— Ничего не хочу. Если только пить. А Бруно тоже едет с вами?

— И половина замкового гарнизона. Остальные останутся здесь. Всё, как всегда.

Знала бы она, что означает «как всегда». Девушка коротко вздохнула: