Леди из будущего. Приглашение на казнь

Глава 22

Наташа сидела за столом напротив Дитриха, а тот, заметно обалдев от присутствия стольких высокопоставленных женщин, перебегал глазами от одной к другой, быстро проскакивая Юфрозину и графиню-мать. В основном его взор метался от иноземки к Луидже, явно их сравнивая.

Графиня усмехнулась, а барон, заметив это, вскинул бровь, едва поведя плечом, расписываясь в своей беспомощности. С его точки зрения обе девы были прекрасны. И если одна из них походила на застывшую холодную статуэтку, то другая своей живостью перетягивала внимание на себя.

Вблизи при дневном свете приезжая графиня и её дочь выглядели совершенно иначе. Крой их одежды отличался от принятого в этом замке. Что приятно удивило девушку, так это их яркие пышные платья трапециевидной формы, сильно расширенные книзу, состоящие из двух туник, гармонирующих по цвету и надетых одна на другую, подпоясанные по завышенной линии талии. Длинные узкие рукава нижнего одеяния выглядывали из-под коротких и широких верхнего.

На голове графини красовалась ажурная сетка, предположительно связанная из шёлка, с широким налобником и вышивкой в тон платья. В неё, свитые жгутом, были уложены волосы. Очень светлая блондинка. Подкрашенные белёсые брови и ресницы контрастировали с белым лицом, придавая ему вид маски. Каскад из подвесок на груди с крупными кроваво-красными рубинами завершал образ строгой и не терпящей возражений женщины. Большой рот и алые блестящие губы подтверждали склонность их обладательницы к гедонизму*.

Дочь являлась полной противоположностью матери. С точёными чертами лица и большими небесно-голубыми глазами, длинными вьющимися волосами, перевитыми парчовой лентой, она в наше время, ничуть не затрудняясь, выиграла бы самый престижный конкурс красоты. Препятствием к этому мог оказаться рост. Луиджа, как и её мать, была не намного выше Наташи. Неудивительно, что взгляды всех мужчин были прикованы к ней. Впрочем, её это ничуть не смущало. Привыкла.

Ирмгард тоже присматривался к гостьям. Но большую часть времени предпочитал смотреть на своего Ангела.

Отец Готтолд, оказавшийся священником в годах, выглядел вполне мирно. Являясь обычным духовником графской семьи, познакомившись со всеми и удовлетворив свой интерес, переключился на трапезу. От него не требовалось непременной святости и прозорливости. Будучи смиренным и простым, он не возносился над господами. Молился и постился, большую часть времени проводя среди раненых, в парке на свежем воздухе или в отведённых ему покоях.

Наташа, уже привычно ела ложкой. Изредка косилась на кинжал в руках Герарда, думая о том, что при возможности попросит его найти для неё такой же, но поменьше. Она не видела, как Мисулла наклонила голову, чуть подавшись вперёд, и через Юфрозину заглядывала в её мисочку с густым рыбным супом. Маленький серебряный черпак с крупным янтарём на ручке привёл её в восторг, а манипуляции с ним выглядели со стороны необычно и изысканно. Бросившееся в глаза ажурное кольцо на указательном пальце графини лишило её дара речи. Графиня обожала дорогие украшения.

Улучив момент, когда мужчины, смакуя отменный напиток, переключились на обсуждение винных запасов в подвалах замка, она, чуть отклонившись назад, за спину невесты вице-графа, рассматривала произведение ювелирного искусства в волосах новой невесты графа. Прикинув, сколько может стоить такая радость, подавила вздох. Появилась уверенность, что его сиятельство не так прост, как казался ранее. Возможно, стоит с ним переговорить ещё раз и увеличить сумму приданого Луиджи? Уж очень не хотелось уступать этой великовозрастной невесте. Её дочь, капризничая и упорно игнорируя ухаживания лучших женихов графств Павии, давно засиделась в девках. Что уж говорить о графине, которая на несколько лет старше её дочери?

Госпожа была озадачена. Пожалуй, стоит вначале собрать о ней все возможные сведения. Она всегда щедро платила осведомителям, если это требовалось, поэтому добытая информация была достоверной и полной. Сбором таких данных занималась её лучшая и преданная, как собака, служанка Дониза. Появившаяся в замке ещё ребёнком, оказавшись хитрой и пронырливой, миловидная и с виду простоватая девочка уже тогда показала свои способности в выведывании чужих тайн посредством непринуждённого общения с прислугой, подглядыванием и подслушиванием, наряду с оказанием разного рода услуг своей хозяйке.

Графиня Мисулла, полностью игнорируя сидящую рядом Юфрозину, поглядывала на мужчин напротив, сожалея, что оказавшийся вдовым брат хозяина столь богатых земель является бароном. Скосив глаза на владельца замка, отметила его равнодушный взгляд, вскользь пробежавшийся по её дочери и вернувшийся на сидящую рядом девицу. Дрогнувшие уголки губ и потеплевший взор не скрывали его истинных чувств к Вэлэри. Она хоть и была не так красива, как её любимое чадо, но в ней было что-то неуловимое, что притягивало. Красивого цвета волосы и необычные живые глаза указывали на острый ум, чего так не хватало её своенравной и упрямой Луидже.

А вот почему интересующая её дева выглядит не совсем здоровой и с ранами на видных местах — об этом ещё предстояло узнать. Возможно, здесь пахнет некой тайной? Разгадывание семейных тайн и возможное их использование в дальнейшем, было для неё привычным и одним из любимых занятий, граничащих с получением удовольствий другого рода.

Его сиятельство исподтишка следил за гостьями. Поникшая Луиджа ничего кроме сочувствия не вызывала. Возможно, девица была нездорова и, ещё не отойдя от долгого путешествия, выглядела излишне бледной и вялой. Он вспоминал их встречу в приграничной таверне. Несмотря на усталость, тогда она выглядела значительно лучше. Румянец на щеках, сияющие глаза, порывистость движений. Невольно он любовался ею, как любуются ярким и ясным безоблачным утром или сочными красками зелёных лугов после дождя. Графиня-мать тоже была очень любезна и приятно поразила его несвойственной ей простотой общения.