Леди-кутюрье в поисках счастья

«Глава 6»

Волк требовательно потянул меня за подол платья, уводя в сторону тёмной двери, скрытой за плющом. Крохотный колокольчик моментально зазвонил, стоило только тронуть его пальцем. Послушался треск половиц, дерево постанывало под весом человека. Затаив дыхание, я замерла, как кролик. Вдруг стоимость будет мне не по плечам? Или его уже сдали? Я заламывала пальцы, с трудом удерживаясь от побега. За меня всегда решали другие, не давая свободы.

Когда я отступила и решила уйти, дверь распахнулась. Пожилая женщина держалась за косяк, пошатываясь от слабости. Казалось, её тело просвечивалось, напоминая призрака. Я вздрогнула, когда её бесцветные глаза уставились на меня, оценивая с ног до головы.

— Чего пришла? — проскрипела старушка, срываясь на сиплый кашель.

— Госпожа Вилоус? — робко уточнила и тут же прокусила губу.

— Она самая, — хмуро кивнула старушка. — Так чего надо?

— Мне сказали, что вы сдаёте дом, — я не знала, куда деться от смущения.

— А-а-а, так бы сразу и сказала, — уже чуть дружелюбнее произнесла госпожа Вилоус.

— Сколько вы хотите за него? — спросила я, комкая подол платья.

— Триста золотых, — моментально ответила старушка, вновь заходясь в кашле. — Если согласна, вызовем нотариуса и оформим всё.

— Согласна, — не раздумывая, выпалила, ощущая, как душа начинает трепетать.

— Тогда идём в дом, покажу, что и как, — прокряхтела госпожа Вилоус, отступая в тёмное нутро дома. — Я сейчас отправлю весть нотариусу.

Коридорчик, куда нас завела госпожа Вилоус, был тёмным и страшным. Стоило двери захлопнуться за нашими спинами, как под потолком замерцала люстра. Свет артефакта тускло рассеивал мрак, оставляя углы без внимания. Потрёпанные стены, деревянный пол да следы от картин. Когда-то давно здесь царила красота и порядок — это угадывалось в мелочах: вензелях на потускневших обоях, пыльных канделябрах. Я шла и молча смотрела на призрак некогда богатого дома, что был под стать своей хозяйке. Волк шёл следом, внимательно глядя по сторонам.

Коридорчик закончился двумя дверями. Распахнув обе, старушка прошла в правую сторону. Там оказался просторный зал, пустой и погрязший в грязи. Зелёные обои выцвели на солнце, превратившись в блеклую тень. Деревянный пол кричал и молил о мокрой тряпке, что отдраит толстый слой грязи. Несколько дверей вели в маленькие комнатушки, идеально подходящие под примерочные. И арка, ведущая к лестнице на второй этаж, притягивающая словно магнит.

Наверх я поднялась в одиночестве — госпожа Вилоус боялась там и остаться из-за болей в ногах. Скромное убранство второго этажа меня не удивило. Небольшая комната, подходящая для спальни, там уже стоял гардероб и кровать с тумбочкой. Я туда только заглянула, не решаясь обследовать как следует. Кухня со слегка устаревшей магической плитой — готовить на такой сложно, и нужно постоянно подзаряжать внутренний артефакт-накопитель. Ванная комната с чугунной ванной и туалетом: проверив вентили в виде голов льва, я помыла руки горячей водой. В целом я была полностью довольна — здесь было всё необходимое, пусть и старенькое.

Спустившись вниз, я столкнулась нос к носу с госпожой Вилоус. Старушка стояла прямо на спуске лестницы, явно поджидая меня. Подхватив меня под руку, она почти повисла на ней.

— Нотариус уже пришёл, — прокряхтела старушка, указывая на тёмный коридор, откуда мы пришли. — Пойдём, детка, мистер Рудини не любит ждать.

— Хорошо, госпожа.

В ещё непроверенной комнате, той, что была за левой дверью, уже стоял мужчина. Его серый костюм идеально сидел на фигуре, а подстриженная бородка указывала на любовь к себе. Приятный и миролюбивый — именно эти мысли возникли при взгляде на него. В руках мужчины были подготовленные бумаги, а на заваленном мусором столе ожидала чернильница. Я не успела осмотреть ещё и эту комнату, но быстро выхватила пару покосившихся шкафов и стол со стулом. Сквозь грязное окно смутно виднелся внутренний дворик.

— Итак, госпожа Вилоус, — начал нотариус, растягивая губы в улыбке, — я подготовил всё, что вы просили.

— Отлично, господин Рудини, — проскрипела старушка, отпуская мою руку и идя к столу. — Давайте бумаги, я подпишу, что требуется. Деточка, триста золотых.

— Да-да, госпожа, — спохватилась я, доставая из корсета кошель с монетами.

Пока госпожа Вилоус подписывала бумаги, нотариус пересчитывал монеты. Он удовлетворительно кивнул, передав их старушке. Я убрала остаток обратно в корсет, надёжно пряча у сердца. Затаив дыхание, я ожидала своей очереди. Вскоре бумаги попали мне в руки, я вчиталась в текст договора.

— Госпожа Вилоус, тут же ошибка, — удивлённо вскрикнула я, увидев предмет договора.

— Какая ошибка, госпожа? — подошёл к нам нотариус, приподнимая брови.

— Тут не аренда, а продажа, — я ткнула пальцем в нужную строку договора.

— Всё верно, деточка, — прокряхтела старушка, важно кивая. — Я продаю тебе дом, какой смысл в моём возрасте сдавать его? Я видела твои глаза, ты горишь от желания творить. Могу поспорить, кха-кха, что ты уже знаешь, каким будет твой бизнес.

— Но… триста золотых слишком мало для этого дома, — растерянно пробормотала я, ошарашенно глядя то на госпожу Вилоус, то на нотариуса.