Леди Ночи. Истинная пара дракона

Воспоминание 6

– Она отказалась от завтрака и обеда. Мы боимся причинить вред императрице, поэтому не можем кормить ее насильно, – слышала я голос служанки, с удовольствием сдававшей Рамиусу мой небольшой протест в виде голодовки. Они уже были близко к двери в мою комнату.

На территории дворца был небольшой особняк, огражденный высоким забором. Рамиус говорил, что именно здесь отдыхают новобрачные в свой медовый месяц, наслаждаясь обществом друг друга и работая над появлением наследников. Мой медовый «месяц» превратился в несколько месяцев заключения.

Рамиус приставил к особняку своих самых верных рыцарей и слуг. О каждом моем действии те сразу же докладывали императору. Святая не поела? Срочно доложить! Святая подошла к окну и посмотрела на улицу? К императору, немедленно! Даже о попытке выйти в коридор, не наружу, они сразу же докалывали ему.

А для всего мира Святая «вскоре после свадьбы подверглась покушению со стороны противников законной власти императора, а потому решила сосредоточиться на семейной жизни и какое-то время не появляться в обществе. Прошу, поймите несчастную Святую, для нее этот мир новый, и к покушениям она не привыкла» – с такими благородными словами мой муж запер меня. Разумеется, никакого покушения не было.

– Если бы хотела видеть меня, сладкая, нужно было просто передать через слуг, а не устраивать голодовку, – Рамиус распахнул двери спальни. Я была морально готова к его приходу, но все равно ощутила прилив отвращения.

Контролировать выражение лица было сложно.

– Рамиус, сколько ты еще планируешь меня здесь держать? – Я прижала руку к сердцу, пытаясь выдавить из себя хотя бы одну слезинку, – ты убиваешь меня, держа взаперти. Со мной не разговаривает даже прислуга, я здесь совсем одна. Я уже схожу с ума!

Рамиус сел на край кровати и огладил мои плечи, медленно притягивая меня в объятия.

– Ну-ну, сладкая, – утешал меня дракон поглаживаниями по спине, пока я утыкалась носом в его плечо, – тебе некого в этом винить, кроме себя. Я же предлагал тебе любовь, верно?

Я громко шмыгнула носом, слез все еще не было.

– Я хочу поговорить с кем-нибудь, мне очень одиноко, Рамиус. Пожалуйста.

– Ты можешь говорить со мной, – его рука ласково запуталась в моих волосах, – впрочем, я могу разрешить одной из служанок разговаривать с тобой, но… только если ты меня поцелуешь. Сама.

Это была его навязчивая идея – желание получить инициативу с моей стороны. И хотя я ничего не могла поделать с нашим браком, все равно никогда не отвечала на его прикосновения, пусть и не противилась им.

Но сейчас я отстранилась от его плеча и несчастно посмотрела на Рамиуса. На моем лице отразилось сначала сомнение, потом непринятие и смирение. Приходилось четко контролировать каждую лицевую мышцу. Я репетировала это десятки раз не для того, чтобы в итоге облажаться.

– Ладно, но закрой глаза.

Рамиус хмыкнул, выполняя мою просьбу. К счастью, из-за этого он не видел презрения, мелькнувшего в моем взгляде. Я приблизилась к губам Рамиуса и поцеловала его очень медленно и неуверенно, и он тут же ответил мне, делая соприкосновение наших губ более страстным. Вот оно.

Я обняла Рамиуса за шею, притягивая его ближе. Под видом поглаживаний его спины мои руки нашли цепочки артефакта смены облика. Никогда не молилась Отцу-Создателю, но сейчас была готова это сделать. Лишь бы Рамиус не почувствовал, как я снимаю с его шеи цепочку, лишь бы не почувствовал!

Получилось. Я ощутила, как кулон упал мне на грудь, и продолжила также страстно целовать мужа, чтобы он ничего не заметил. Резко отстранила дракона от себя, чтобы оседлать его.

– Не открывай глаза, – хрипло напомнила, быстро пряча кулон под одеялом.

– О, Отец-Создатель, – прорычал Рамиус, схватив меня за бедра и резко поцеловав в шею, – Лейла… Мне нужно работать. Но вечером… вечером я приду к тебе.

Я нарочно медлила, прежде чем якобы нехотя отстраниться и сесть на одеяло – прямо на место спрятанного артефакта. Если честно, я была готова даже пойти до конца, лишь бы мой план сработал. В конце концов, мне уже приходилось выполнять супружеский долг.

Рамиус тяжело вздохнул и медленно провел пальцами от моей груди до живота. В его взгляде – страсть, похоть и одержимость. Не то чтобы я знала, как должна выглядеть любовь, но это точно не она.

– Ты не представляешь, как я жду, когда ты понесешь мое дитя, – хрипло прошептал Рамиус, – и тогда ты станешь нормальной женой.

Он с явным сожалением встал и, поправив свою одежду, ушел, так и не заметив пропажи. У меня же тряслись руки - от страха и ярости одновременно. Но времени было мало, поэтому я сразу же схватила с прикроватной тумбы колокольчик и позвонила, вызывая к себе одну из служанок.

– Ваше Величество, – пришедшая служанка поклонилась, – меня зовут Мариса. Его Величество разрешил мне говорить с вами.

Судя по голосу, это была та самая женщина, что доложила мужу о моей голодовке.

Я не обижалась на слуг. У меня не было ни одного шанса подружиться с ними, потому что Рамиус запретил каждому из них говорить со мной. Месяцами мне приходилось общаться только с ним.

– Приготовь мне ванну.