Леди Ректор (не) хочет замуж.

Глава 11

Плитка была современная, тэны нагревались быстро, и вскоре вода закипела. Володя сразу же  посолил ее, ибо помнил, что воду для варки макарон нужно солить  в момент закипания. А там и забросил полпачки толстеньких жёлтых завитушек. 

Как домовитый хозяин, мужчина не отходил от плитки, аккуратно помешивая быстро разбухающие макароны. Наконец ужин, скромный даже по Володиным меркам, был готов. А что делать? На карточке денег уже почти не осталось. Хорошо еще, что за квартиру заплатил вперед.

Вова не любил быть в долгах, даже такому вредному товарищу как ЖКХ, ДЭУ или как их там еще. Заплатил - и душа не болит. Потому что были прецеденты, были. Даже когда в Штаты уехал,ведь предупредил, заплатил часть по хорошему, вперед. Так приехал - а электричество отключили. Телефон отключили. Да телефон-то бог с ним, сейчас все на мобилах. Но электричество?! 

Мол, мы заранее предупреждали в случае неуплаты… и т.д. и т.п. Может, и предупреждали, да бумажку о том в ящик не кинули. Зато теперь, получив такой опыт, Володя стал уважаемым, аккуратным плательщиком.

Так что в ближайшее время придется ему сидеть на такой вот диете.

Разве что… 

Володя отставил кастрюльку в сторону, на стол, не забыв прикрыть крышкой от чрезмерно любопытной морды котяры, который уже просто отирался об его ноги, оставляя на джинсах грязную черную шерсть.

Однако не до котяры, и не до джинсов было сейчас мужчине.

Он вспомнил!

Он вспомнил, что у дядьки был погреб. А зачем погреб в доме, а? Да чтобы хранить продукты, зачем же еще. А вдруг в том погребе что-нибудь, да осталось. 

Не сказать, чтоб дядька был таким уж хозяйственным мужиком. Но огородик небольшой держал. А где огородик, там ведь и закруточки, баночки там всякие с огурчиками-помидорчиками.

Мысль сия пришла так вовремя, и так согрела душу нашего физика-теоретика, что он, невзирая на недовольство со стороны желудка, все свои дедуктивные способности употребил на поиски входа в тот погреб.

И тут наш теоретик  на практике показал себя достойным сыном советской науки. Вход в подпол оказался, между прочим, вовсе не в комнате. А в коридорчике, и заставлен был всякой, Володя не побоялся этого слова, рухлядью. 

– И до вас руки дойдут, – пообещал он сваленным в кучу полкам, ножкам от табуреток, и паре почти целых стульев. А пока просто перетащил их из одной обследованной части помещения в другую. 

Под кучей весьма нужных дядьке вещей обнаружилась крышка  с кольцом.

– Ага! Тут-то мы вас и найдем, – с воодушевлением сказал мужчина и потянул за кольцо. 

Крышка, которую давненько не открывали, и не шевельнулась. Володя задумался.

– Однако… Однако. Если дядька навалил тут весь этот хлам, стало быть, вряд ли собирался и открывать. А я-то хорош. Закаток  захотелось. Вот тебе и закатки, – опять погрустнел мужчина, и, несолоно хлебавши, отправился ужинать пустыми макаронами.

Которые приправил кетчупом, взятым в том же местном супермаркете на всякий случай.

Вот случай и не заставил себя быть.

– Ладно, бывало и похуже, – сказал Володя, поглощая макарончики и хваля себя за предусмотрительность. Желудок же помалкивал, хотя вполне мог обойтись без этого кетчупа, и даже предпочел бы.

Как ни странно, нежданный гость в виде одноухого котяры, которому за терпеливое ожидание ужина Володя положил целых три ложки макаронных изделий, только без кетчупа, поедал их с урчанием.

Чем премного удивил нашего физика-теоретика, который полагал данных существ исключительно плотоядными. Мыши там, крысы.

Котяра же, между нами, вовсе не отказался бы от основного блюда, присущего котам, да никаких крыс в покинутом доме не водилось.

Что им там делать?

Ни сырка, ни свининки, ни, на худой конец, овощей хоть каких-нибудь.

Эхх, да котяра бы и сам не отказался от всего вышеперечисленного, а еще и от сметанки.

Мур-р-р, сметанки, да-а…

От таковых мыслей кот чуть не подавился.

А вот у Володи, который до отвала наелся макаронами, из головы не выходила эта крышка с кольцом, закрывающая вход в погреб. Прямо вот так и стояла перед глазами. И мысли, мысли полезли в голову всякие, одна другой любопытнее. 

Что же там все-таки, в этом погребе? Не-ет, надо узнать. 

– Сразу видно ученого, блин, – усмехнулся Володя. Что правда, то правда. Как мы помним, в свое время не одну премию ему выписывал родной НИИ, да и в Силиконовой долине не скупились. Оклад-то хороший положили.

– Да что уж теперь…, – вздохнул мужчина, выметая из головы непродуктивные мысли. – Не о том сейчас надо думать, господа. Не о том,  – сказал он, обращаясь к внимательно его слушающему котяре, который умывался, но единственное свое ухо держал направленным в сторону кормильца.

– Ну-с, приступим, – провозгласил Володя, встал и отправился в коридорчик. Котяра, надо отдать ему должное, не бросил руку кормящую в борьбе с непослушной крышкой в гордом одиночестве, и величественно отправился следом.

Мужчина подошел к крышке, и вторично, прикладывая все полученные в результате какого-никакого, а ужина, силы и энергию, стал тянуть за кольцо. Опять неудача. Ну что ты будешь делать!

Володя огляделся, ища подходящий предмет, что бы поддеть им кольцо, и используя как рычаг, поднять наконец несговорчивую крышку.

Решив использовать попавшуюся на глаза, крепкую на вид, ножку от табуретки, он одним концом продел ее в кольцо, а на другой надавил со всей силы. Крышка стояла насмерть. Ножка же не выдержала напора физика-теоретика, и приказала долго жить, смачно хрустнув напоследок.

– Рычаг маловат…, – подумал Володя, – ну что же, ожидаемо. А ну-ка, ну-ка, вот это что за штуковина? Наш теоретик увидел прежде им не замеченный довольно-таки длинный черенок от лопаты, отполированный прямо до блеска. 

Черенок, несмотря на приличную длину, закатился под самую стену, а пол здесь был весьма и весьма неровный.