Леди в синем. Становление

Глава 29

Какой бы сложным ни был этот год, но и он завершился, а это значило, что настало время очередного отпуска, которого они так долго ждали. Соня же предвкушала не только встречу с родными, но и возможность снова вернуться в ВАЗК и увидеть Аниса, о котором она так много думала в последнее время.

Так же, как и в предыдущий раз, отпуск занимал ровно месяц. Если честно, Соня не планировала ничего заранее. Она решила просто насладиться моментом и отдохнуть вместе с отцом. Девушке хотелось просто провести время в родных стенах дома и вспомнить деньки, когда она была способна просто посвятить свободное время тишине и покою.

София хотела расслабиться и уделить время своим увлечениям: готовке и прогулкам, а еще выспаться как следует. Нагрузки за последний год было предостаточно, и, чтобы не случилось выгорания как интересов, так и способностей, ей было необходимо время выдохнуть. Во время учебы это время выкроить было совершенно невозможно, но тут, на родной планете и в своих стенах, она была способна посвятить этому всю себя.

Генри в честь ее приезда взял отгул на две недели, которые честно и в полном объеме провел с дочерью. Они ходили на выставки, рестораны, где готовили настоящие повара.

В одном из таких ресторанов, который славился своей изначальной кухней, шеф-повар был человеком. Встретить человека в их Конфедерации было очень большой редкостью, и только то, что ему было дозволено находиться в Зеридской Конфедерации, говорило о том, что его переманили либо разрешили открыть свою деятельность здесь и разрешение было дано высшими инстанциями. Все же их Система была закрытой и просто так сюда кого попало не пускали.

Кухня была изумительной, но и цены кусались. Генри в этот отпуск решил побаловать дочь и посвятил эти две недели тому, чтобы помочь ей наверстать все то, что она упустила среди всевозможных новинок, которые вышли за последнее время и были не связанны с военной отраслью. А еще использовать весь арсенал того, что могло порадовать его дочь.

Они посещали парки и морские побережья, которые находились недалеко, и даже один день посвятили цирку. Генри купил билеты заранее. Места были в первом ряду. Видимость была чудесной.

Представление длилось больше двух часов, девушка наблюдала за акробатами, канатоходцами, посмотрела выступление с различными животными и опасными трюками. Вся было интересно и приятно взгляду, но азарта, с которым Соня ходила в цирк ребенком и подростком, у нее уже не было. Сейчас для нее это стало своеобразным «разбором полетов». При каждом движении и элементе, который исполнял танцор, акробат или гимнаст, Соня видела все недочеты, если они были, либо анализировала, как она смогла бы применить это на практике, но в своем исполнении.

Даже будучи в отпуске, она не могла отключиться от своих мыслей. Она поступала так неосознанно, это был способ ее мышления, который она выработала за время учебы. Соня уже не могла по-другому. Прекратить обращать внимание на то, что их тренировали прошедшие три года, она уже была не способна.

На учебе она так сильно не задумывалась об этом, но теперь это стало очевидно. Соня поменялась, и более кардинально, чем она могла предполагать; и только в такие моменты она могла увидеть, насколько разительными были перемены.

Вечера они проводили дома. По заведенной традиции готовили отец с дочерью сами. Они чередовались при готовке, но всегда оба находились на кухне и во время процесса много болтали.

С Генри было легко. Многое из того, чем ее сокурсники не могли делиться со своими близкими, девушка могла спокойно обсудить с отцом. Не все, но многое. Его допуск был выше ее и позволял вести разговоры даже на военную тематику совершенно открыто.

Они успели перемыть косточки всему преподавательскому составу и ее сверстникам. Соня рассказала самые забавные моменты из своего обучения, зная, что дальше отца эти сведения не пойдут. Это было время, которого ей так не хватало, чтобы вновь вернуться в колею и не расклеиться.

Генри поддерживал и направлял. Он был тем, кто приходит на помощь и протягивает руку в беде. Для Сони он оказался больше, чем отцом и другом. В ее глазах он был примером и лидером, за которым она готова была следовать. Она осознавала, как же ей повезло в жизни иметь такого нера, и ценила каждый момент, проведенный с ним.

В последний вечер перед тем, как Генри предстояло вернуться на службу, они сидели за столом и ужинали тем, что Соня приготовила для них.

Сегодня мужчина был более задумчив, чем прежде. Дочь видела, что отец собирается с силами, чтобы что-то ей сказать, и надеялась, это то, что так тревожило его последнее время. Она не торопила и ждала времени, когда Генри сам решит раскрыться.

Закончив ужинать и взяв бокалы для вина, отец предложил пройти в гостиную для разговора. Учитывая, что все эти две недели они завершали посиделки приятным чаепитием, выбор напитка удивил.

Они уселись. Генри разлил вино и протянул один бокал дочери, а второй, оставив у себя в руках, сел напротив.

Соня не торопила. Зачем? Если бы ей было бы столь интересно, она давно могла бы выяснить все тревоги Генри, используя свои способности. Наверное, она поумнела. Ей не хотелось лезть в чужую жизнь и секреты без лишней надобности. Если с ней хотели поделиться, они могли это сделать словами, в противном случае она не лезла.

– Знаешь, Соня! – отец так и не прекратил дома называть ее настоящим именем, даже невзирая на ее просьбу. Она была его маленьким миром, его Софией, несмотря на всякие позывные. – Я очень рад, что нам удалось провести это время вдвоем. Я наконец вспомнил, какой прекрасный ребенок мне дарован! – он улыбнулся и посмотрел на дочь с чистой любовью в глазах. – Я горжусь тобой и всем тем, чего удалось достичь. Мне повезло, и я открыто могу этим поделиться.