Ледяная броня и хрупкая маска

Глава 20

С глухим шелестом бумага стукнулась ему о грудь и полетела к ногам. А Кристиан смотрел, как она кружится, и не мог поверить своим глазам.

Глуповатая, изнеженная красавица, какую он увидел впервые в оранжерее, превратилась в кого-то другого. Теперь перед ним стояла девушка, хоть наивная и неопытная, возможно, немного взбалмошная, но не расчетливая или хитрая. А смелая, решительная и живая.

Это перемена удивила его. Он почувствовал интерес. Не тот, который испытал, увидев в ней тень своей умершей жены, а тот, который ей удалось пробудить именно к самой себе.

Тем временем девушка встала, разгладила складки на юбке и медленно прошлась вдоль стен, стуча костяшками пальцев и прикладывая ухо к панелям.

- Что вы делаете? – спросил герцог с насмешкой.

- Вдруг здесь есть потайная дверь, - ответила она, не оборачиваясь, поглощенная своим занятием.

- Вы что - вычитали это в глупых романах?

- Какая разница?! – обернувшись, посмотрела она на него с возмущением, - Вы ведете себя так, как будто это только у меня проблемы. Чтобы вы там ни говорили, уверена, вам тоже не нужен скандал. Если вы такой сильный, такой независимый, такой… весь из себя … шотландский герцог - так действуйте! А не стойте рядом, предоставив мне одной спасать нас!

Последняя фраза задела его. Эта изнеженная, глупая девица насмехалась над ним, словно сомневаясь, что он - мужчина. Что все его прежние слова о себе и лондонских юнцах – лишь глупая бравада.

Он медленно оттолкнулся от двери и подошел к ней. Достаточно близко, чтобы заполнить собой пространство перед ней.

- А не боитесь ли вы, что я начну действовать … и будет только хуже? – тихо, почти ласково спросил он.

Она не отступила, лишь с вызовом посмотрела на него и сжала руки в кулак.

- Что может быть хуже, чем быть опозоренной? Чем разрушить жизнь своей семьи? Чем слышать, как младшую сестру никто не хочет брать в жены, не желая запятнать себя сомнительным родством? – последний вопрос был задан особенно эмоционально, словно Минерва воочию представила, как молоденькая девушка сидит у окна и иссыхает от тоски.

Она замолчала, дав ему возможность самому найти решение, и продолжила с твердостью, отвечая на свой же собственный вопрос:

- Ничего хуже быть не может.

И, пройдя мимо него, чуть оттолкнув плечом, снова принялась простукивать стены.

- У вас что же – есть младшая сестра, которая не переживет позора? – с легким удивлением спросил герцог, поражаясь тому, что его предположение, брошенное наугад, оказалось правдой.

- Нет у меня младшей сестры, - отмахнулась от него Минерва, даже не подумав обернуться.

Кристиан, не совладав с собой, хмыкнул, еле удержавшись, чтоб не рассмеяться в голос. По какой-то причине эта девушка - с её странными аргументами, её решительностью, её отчаянной попыткой казаться сильной - начала забавлять его.

- Что смешного? - с возмущением посмотрела она на него, наконец прервав свое занятие.

- Вы, - еле сдерживая улыбку ответил мужчина, разглядывая ее чуть растрепавшиеся волосы, запыленные перчатки, легкий румянец на фарфоровой коже, проступивший от воодушевления, блеск и жажду действия в глазах.

Такой она нравилась ему несоизмеримо больше, чем в их первую встречу, когда предстала перед ним в образе глупой, пресыщенной кокетки, играющей с огнем, не подозревая, что это опасная затея.

Он вспомнил ее упрек, когда она невольно засомневалась в его способности быть мужчиной, и подумал, что, пожалуй, их проблему он способен решить. А если девушке не понравится результат, что ж, он предупреждал о последствиях, а она отмахнулась от него. Когда дверь откроется, он сообщит во всеуслышание об их помолвке, коли не будет другого выхода, конечно.

Но не потому что она интересна ему. А потому, что он не хочет обрекать на позор ее, ее родителей и … вымышленную младшую сестру. Ведь он человек чести и не позволит никому усомниться в своем благородстве.

- Это не меняет дела. Лучше помолчите. Я ничего не слышу.

- Это уже бессмысленно, - мужчина прислонился плечом к стене.

Он на мгновение закрыл глаза, прислушался и вновь открыл их.

- Я слышу, что сюда идут. – со вздохом ответил он и добавил, - Они знают, что мы здесь.