Ледяная броня и хрупкая маска

Глава 30

- Да как вы смеете? – вырвалось у полковника Идена, его лицо побагровело от ярости.

Он сделал шаг вперед, но герцог даже не подумал отступить. Он лишь предостерегающе поднял руку, словно отмахиваясь от надоедливой мухи.

- Вам следовало бы лучше заниматься воспитанием дочери. А не бросать её на растерзание свету, пока вы развлекаетесь здесь.

Мина вспыхнула. Горячая волна обдала щеки жаром, хотя от жениха веяло холодом. Она промолчала, не думая оправдаться, хотя прекрасно понимала, что своим легкомысленным поступком в глазах герцога бросила тень на родителей, вся вина которых была лишь в том, что они сильно любили ее. Её пальцы, сжатые в перчатках, но по счастью никому не было дела до ее рук.

- Мисс Иден утверждает, - продолжил герцог тем временем, - что получила запуску, где неизвестный умоляет ее о встрече. И вместо того, чтобы выкинуть ее из головы, как полагается любой благовоспитанной девице, - он перевел льдистый взгляд на леди Глостер, словно упрекая ее в том, что та недостаточно следила за воспитанием дочери, - она не придумала ничего умнее, чем пойти на тайное свидание. В комнате по нелепой случайности оказался я. Там нас и нашли.

Женщина ничего не ответила, но в ее глазах мелькнула боль. Она шумно вдохнула и выдохнула, как будто борясь со слезами.

С лица полковника разом сползла вся его спесь. Он перевел потрясенный взгляд на сестру.

- Мина… это в самом деле так?

Девушка несчастно кивнула. Вся ее жизнерадостная маска давным-давно исчезла. Сейчас она напоминала маленькую девочку, которой гувернантка делает выговор за очередную шалость. Со стороны она казалась искренне раскаявшейся. Но герцог, помня ее прирожденные способности к обману, не спешил доверять новому образу.

- Сделав предложение, я в первую очередь заботился о репутации девушки. Но вы можете вызвать меня на дуэль, полковник. Шпаги или револьвер – мне все равно. Ваша правая рука, которая так плохо двигается, и нога, которая хромает, обязательно помогут защитить свою честь от мнимого оскорбления, - он насмешливо улыбнулся одними глазами, выражая презрение, угрозу и легкую, отвратительную жалость к собеседнику, - Свою жизнь я ценю не то, чтоб сильно. А вашу - и того меньше.

Полковник побледнел от ярости, но не посмел ничего сказать.

- Чтобы вам было проще принять решение, - добавил герцог, - скажу, что общество уже решило, что я обесчестил вашу сестру. Поэтому даже моя смерть не вернет ей невинности. А вот моя жизнь и имя спасут от позора.

Леди Глостер поджала губы. Из ни двоих – матери и сына - она казалась разумнее, холоднее и явно лучше владела собой, хотя, должно быть, страдала не меньше, чем сын. Что ж, это вызывало уважение.

- Приезжайте завтра к двенадцати, - выдавила она. - Я думаю, нам есть, что обсудить без посторонних.

- Я приеду, но только не к двенадцати, а к десяти. И хочу сообщить, что намерен устроить свадьбу как можно раньше, потому что не доверяю ни вам, ни вашему супругу, - он холодно посмотрел на молодого мужчину, - ни тем более вашему сыну.

- Ваша светлость, пожалуйста не делайте преждевременных выводов, - леди Глостер недовольно сверкнула глазами в сторону дочери.

- Вы не можете так судить о нашей семье, - снова вмешался полковник.

- Могу и буду, - отрезал Кристиан, его шея напряглась, а жилка на виске забилась, - Пока вы были заняты картами да танцами, мисс Иден сбежала к незнакомцу, а вы даже не заметили, пока скандал не стал достоянием общественности. Теперь – я ее жених, и буду контролировать ее знакомства, выходы в свет и переписку. Надеюсь, вы не разочаруете меня, и не станете покрывать ее дурное поведение.

- Не кажется ли вам, что это излишне? – подняла бровь леди Глостер, - Мисс Иден – дочь графа, а не кухарки.

Герцогу хотелось рассмеяться. Да у последней кухарки скромности и благоразумия больше, чем у этой девицы.

- Она не дочь графа, а будущая герцогиня, - рявкнул шотландец, - Я ее жених, и имею право ее контролировать.

Он требовательно посмотрел на Минерву, словно на безмолвную фигуру, вся обязанность которой - молча выполнять его приказы.

- Я надеюсь, вы не захотите держать ее взаперти? – устало спросила леди Глостер.

- Нет, я хочу, чтобы вы уяснили, что ее слова отныне будут воспринимать как мои, ее поведение – бросает тень на меня, а неодобрительный взгляд в ее сторону – личное оскорбление мне. Кроме того, я хочу, чтобы она перестала так часто выходить в свет. Ей теперь нет нужды искать себе мужа, - ядовито закончил он.

Кристиан чуть помолчал, вспоминая, не забыл ли сказать что-то еще.

- Завтра я хочу переговорить с лордом Глостером.

- Я напишу ему сегодня, Ваша светлость, - ответила женщина, - Но не поручусь, что он будет завтра в Лондоне.

- Тогда я буду говорить с вами, - кивнул шотландец, - А сейчас вы свободны – я хочу пообщаться со своей невестой.

В тоне не было ни угроз, ни криков, только холод. Чистый, безжалостный, словно снег на склоне гор.

Леди Глостер посмотрела на дочь, полковник сжал крепче трость так, что побелели костяшки пальцев, но никто из них не посмел возразить ему.