Ледяная броня и хрупкая маска

Глава 31

Они стояли вдвоем возле камина. Мимо них сновали люди — с бокалами, с веерами, с улыбками, — но, как ни странно, никто не посмел нарушить их уединение. Словно вокруг герцога клубился такой холод, что заставлял людей обходить их стороной.

Несколько раз к ним приближался кто-то из знакомых – светская львица с бокалом шампанского в руках и неуемным любопытством, старый лорд с любезностями и поздравлениями, даже миссис Монро, все еще пышущая неуемным энтузиазмом - но в ответ получали настолько свирепые взгляды от шотландца, что предпочитали ретироваться, словно столкнулись с дикарем, от которого можно ожидать, чего угодно.

По-видимому, разговор с семьей невесты пришелся ему совсем не по вкусу, поскольку еще полчаса назад, когда они только выбрались из комнаты, он выносил все эти светские глупости спокойнее.

Герцог долгое время стоял не двигаясь, рассматривая языки пламени и вспоминая далекую Родину, дома, в очагах которых точно так же плясало пламя, а вокруг него собирались совершенно другие люди, занятые настоящими вещами, а не этим кривлянием. Он молчал, как будто передумав говорить, а может собирался с мыслями или просто давал Минерве сполна прочувствовать тяжесть своей вины.

Она же молчаливо ожидала приговора, нервничая все сильней. Девушка больше не улыбалась. С тех пор, как она встретила мать, её маска растаяла и так и не вернулась на лицо. Ей бы натянуть привычную улыбку, но уже не было сил. Жизнь, казалось, была разрушена. Щёки были бледны. Глаза - огромные, напряжённые. Руки дрожали, и она спрятала их в складках платья. Мина стояла, как на судилище.

- Вы понимаете, что только что сделали? — не вынеся молчания, наконец тихо спросила она и тяжело вздохнула. — Вы дали понять моей семье, что считаете ее недостойной вас.

- Вам следовало дождаться, когда первым заговорю я, - с укором сказал герцог, тяжело вздохнув, как будто представил, какую сложную ему предстоит провести работу по перевоспитанию невесты, - Вы привыкли быть первой, задавать тон, оставлять последнее слово за собой. Похвально, но вы не мужчина.

- Вы прячетесь за словами, но не отвечаете на мой вопрос.

- Ну, хорошо. И в чем я был не прав? – герцог продолжал наблюдать за пламенем, - Вас, если это, конечно, правда, заманили в ловушку. Ваша мать ничего не заметила, брат не защитил, отца и вовсе нет в Лондоне. А вы преспокойно, как будто в этом нет ничего предосудительного, отправились в спальню на встречу к мужчине. И после этого удивляетесь – почему я не доверяю вашей семье?

- Я же не знала, что так обернется!

- И что? – он медленно повернулся к девушке, переводя взгляд на нее, - Эти отговорки хороши для детей. А вы уже не ребенок, мисс Иден. Вы были не осмотрительны и теперь вам придется следовать тем правилам, которые установлю я. Учтите, что к герцогине требования выше. А мои, - он пристально посмотрел ей в глаза, - еще выше.

- Вы не имеете права мне приказывать! Я не бессловесная кукла! – упрямо ответила Мина и отвела свой взгляд.

Её голос задрожал от ярости. Еще никогда за всю ее жизнь никто не указывал ей. Ее просили, уговаривали, задабривали, но чтоб приказывать – такого не было никогда.

- Ошибаетесь. Я ваш будущий муж, и теперь вы принадлежите мне, - усмехнулся герцог, - Вы что – не слышали, о чем я говорил с вашей матерью? Или, - в тоне послышалось бешенство, - с самого начала решили перечить мне?

Мина снова перевела взгляд на него. Черты его лица как будто заострились. И хоть выражение все еще сохраняло свою бесстрастность, что-то ей подсказало, что она приблизилась к той черте, за которой начинается что-то страшное.

- Н-нет, - выдавила она из себя.

Взгляд герцога не потеплел, но из тона ушли опасные нотки. Черты лица чуть смягчились.

- Я повторяю последний раз: я не потерплю непослушания. Вы будущая герцогиня, а не кухарка. И должны знать свое место.

- Но я не вещь, чтоб ко мне так относиться!

- Конечно, не вещь. Вы теперь – мое обязательство. Вы – моя честь. Вы – мать моих будущих детей. И пока я не сочту вас достойной, я буду контролировать каждый ваш шаг.

- А если я не подчинюсь вашим приказам?

- Тогда я сделаю то, что должен был сделать час назад, - он пожал плечами словно действительно допускал такую возможность, - Я просто уйду. А вы сами будете объясняться с изумленной публикой и придумывать оправдания. Повторюсь: я уеду в Шотландию, и там мне будет абсолютно все равно, что думает обо мне какой-нибудь напыщенный виконт и что обо мне говорят в светских салонах. А вот вы в Лондоне больше не появитесь.

- Вы не посмеете. – Мина побледнела.

- А вы попробуйте. Но, лично я, не советую.

Он сделал шаг по направлению к выходу из залы, очевидно, потеряв интерес к спору и не желая задерживаться на балу дольше.

- Я приеду завтра к десяти, - бросил он ей, обернувшись, - Надеюсь, что выразился достаточно ясно, чтоб вы все уяснили … дорогая невеста.

А Мина осталась стоять у камина, растерянная и сбитая с толку. Ни от Шотландии, ни от жениха она не ждала ничего хорошего. Какое-то время она смотрела ему вслед с тоской и мучительной болью.

Но уже вскоре взгляд ее твердеет, а дрожащие раньше руки сжимаются в кулак. Нет, она не позволит себя сломать. Она Минерва Иден, и не покорится шотландскому варвару.